Последняя буква Севера

– Бывшего парня, – поправляет он.
Глядя на Пайпер сверху вниз, Элфорд выглядит надменно и холодно. В голосе нет ни злости, ни раздражения, лишь безразличие.
Пайпер достает из сумки телефон и поворачивает экран к Джейку. Несложно догадаться, что там наше фото. К горлу в очередной раз подкатывает тошнота.
– Объяснишь, что это?
– Это фотография.
– Вижу, – цедит она сквозь сжатые зубы. – Какого черта?
Закусив колечко в губе, Джейк вглядывается в экран.
– Что не так? Надо было наложить фильтр?
– Зачем ты так? – Я впервые в жизни вижу на глазах Пайпер Майерс слезы. Черт возьми, я была уверена, что она бесчувственный робот. – Зачем, Джейк? Делаешь из нас посмешище.
– Из нас? – Качнув головой, он пожимает плечами. – Малыш, нет никаких нас.
– Перестань, ты так не думаешь. Ты втянул в эти игры Тряпку, лишь бы позлить меня лишний раз. – Нервно рассмеявшись, Пайпер разводит ладони в стороны. – Поздравляю, у тебя получилось! Давай выйдем и спокойно поговорим.
– Поговорим здесь. – Джейк подается ближе. – Ее зовут Микаэла, она мой друг. Даже не друг, она как член семьи. А я не люблю, когда моих близких обижают.
– Что за чушь? Вы терпеть друг друга не можете.
– Мы знакомы с детства, еще с тех самых пор, когда я жил с мамой в трейлер-парке.
 Все взгляды устремлены на Джейка и Пайпер, и только Оливер смотрит на меня, словно молча спрашивая: смеяться ему или же поверить.
– Больше не разговаривай с Микаэлой, не смотри на нее и даже не думай о ней, ты это поняла?
Грудь Пайпер тяжело вздымается. Скрестив руки на груди, она вздергивает подбородок.
– А иначе что?
– А иначе я воспользуюсь тобой и брошу. Опять. И буду делать это снова и снова, ради забавы. А ты каждый раз будешь принимать меня, потому что ты зависимая от меня, неуверенная в себе девочка, которая недополучила родительской любви и заботы. И чем больнее я тебе делаю, тем сильнее я тебе нужен. Так кто же на самом деле посмешище, Пайпер? Мы или все же ты?
Пайпер молчит, дрожа всем телом, а затем замахивается и дает Джейку звонкую пощечину. Не знаю, какую реакцию она ожидала получить, но уголки губ Элфорда приподнимаются. Он напоминает довольного Чеширского кота.
– Ненавижу! – Пайпер дает еще одну пощечину. – Мразь! Сволочь! Урод!
Джейк перехватывает ее руки и соскальзывает со столешницы. Сжав запястья Пайпер в ладони, он ведет ее к выходу из кухни, где сталкивается с Рэмом.
– Как ты сюда вошла? Я же повесил распятие над входной дверью. – На лице Рэма отражается такое искреннее удивление, будто Пайпер воскресла, а не вошла на вечеринку, о которой все трубят в соцсетях.
Джейк передает Пайпер Рэму, словно надзиратель заключенную, и возвращается на место, будто ничего не произошло.
– Пожалуйста, Оливер, не будем как они, давай просто поговорим, – умоляющим тоном просит Констанс. – Всего пара минут.
Я чувствую себя лишней, а еще у меня губы горят от желания выпалить то, что недавно рассказала Бэйли. О том, что на днях Констанс клялась в любви к Мейсону. Но если и говорить такое, то не сейчас, когда все пьяны и неизвестно, какая будет реакция.
Взяв стакан, медленно отхожу в сторону и отворачиваюсь, потому что не могу смотреть на то, как Оливер, сжав челюсть, борется сам с собой. Наконец он сдается:
– Пара минут, не больше. – Они с Констанс выходят из кухни через дверь, ведущую в гараж.
Мое лицо горит от выпитого алкоголя и от слов, которые Джейк сказал Пайпер. Постукивая пальцами по стенке стакана, я неровной поступью иду в сторону Элфорда. Он уже выглядит не расслабленным, а напряженным, словно в любую секунду готов спрыгнуть со столешницы и поймать меня, если я споткнусь и завалюсь на пол.
Остановившись напротив, я поднимаю голову. Лицо Джейка чуть плывет и двоится, а это значит, что я пьяна вдрызг. Мама меня убьет.
Щеки Элфорда покраснели после пощечин, волосы растрепались, но ему идет эта небрежность. Я настолько пьяна, что едва не говорю об этом вслух.
– Это из-за меня. Прости. – Протягиваю руку, чтобы коснуться его щеки, но замираю.
  
Что я, черт возьми, делаю?
– Вот. – Я отдаю ему стакан с холодным пивом, – приложи.
 Усмехнувшись, Джейк забирает стакан и отставляет его в сторону.
– Спасибо за заботу, Рамирес.
– Нет, это тебе спасибо. – Я замолкаю и оглядываюсь, чтобы убедиться в том, что всем в кухне уже нет до нас никакого дела. – Ты рассказал о нас… В смысле, нет никаких нас, но рассказал о том, что мы были…
– Что я был твоим Джейком?
Боже.
– Если не перестанешь это повторять, то станешь Джейком, которого я убила.
На мгновение прикрываю веки, и пол под ногами тут же качается. Меня заносит в сторону, Джейк мгновенно ловит меня за плечи и притягивает к себе.
Я оказываюсь зажатой между его колен и какое-то время глупо смотрю на висящий на его шее кулон в форме медиатора, а затем поднимаю голову. На губах Элфорда улыбка, он в хорошем настроении несмотря на то, что несколько раз отхватил по лицу.
– В доме Рэма странно работает гравитация, – подмечаю я.
Только когда Джейк беззвучно смеется, я замечаю, что мои руки лежат на его талии. Ладони словно горят, но я не отвожу их на случай еще одного сбоя гравитации.
– Мама тебя убьет.
– Знаю. Но этот вечер того стоил. Сначала мое имя на экране, затем «Очень страшное кино», ты слышал, как люди смеялись? Я не одна люблю этот фильм.
Джейк внимательно смотрит на меня и кивает, словно я рассказываю что-то интересное. Наверняка он тоже пьян.
– А сейчас ты как, Рамирес?
– Два пива назад было лучше.
– Я про то, что Оливер говорит с Констанс.
– Хорошо. Сегодня как раз думала об этом. Нам нужно это прекратить.
Джейк подается ближе, настолько, что перед глазами перестает плыть и двоиться.
– Что именно нам нужно прекратить, Микаэла? – почти убаюкивающим голосом спрашивает он, заправляя прядь волос мне за ухо. Джейк не убирает руку, кончики его пальцев лежат на моей шее, и это почти невесомое прикосновение сбивает мысли.
– План по захвату Оливера. Он должен сам решить, хотя он уже это делает и… Погоди. – Замолкнув, я сжимаю в пальцах футболку Джейка.
Глядя в его глаза, я молчу. Молчу настолько долго, что Джейк изгибает бровь в немом вопросе.
– В чем дело, Рамирес?
– Я жду.
– Чего?
– Жду, когда улетят летучие мыши.
– Ты точно только пила? – спрашивает он, поймав пальцами мой подбородок. – Больше ничего не употребляла? Подожди секунду…
Сжав мои ребра коленями, чтобы я не рухнула на пол, Джейк наклоняется в сторону и достает из кармана джинсов звонящий телефон.
– Да, мам? – Он хмурится. – Конечно, встречу. Ты в порядке?
– Все хорошо? – спрашиваю я, когда он завершает вызов.
– Да. Мама все же поругалась с родней Сэма и, никому не сказав, сбежала. Она едет на поезде, нужно будет встретить ее на железнодорожной станции.
– Ты поедешь пьяным?
– Я не пил. Проиграл парням в жеребьевке, сегодня я трезвый водитель. Ты как, продержишься еще час? Если хочешь, поедем вместе, а потом подброшу тебя домой.
– Нет, спасибо, но не хочу, чтобы Долли видела меня в таком состоянии.
– Тогда позвоню твоей маме, скажу, что задержишься из-за меня.
– Да, спасибо, я как раз попробую отрезветь за это время. Пойду найду Бэйли.
– В последний раз видел их с Ником на заднем дворе. Проводить тебя до них?
Я фыркаю.
– Мне не пять лет, Джейк. Найду. А если встречу бешеную Пайпер, то поверь, я могу за себя постоять в любом состоянии.
Кивнув, Джейк склоняется еще ближе.
– Эй, Рамирес? – шепчет он на ухо, и по моей шее бегут мурашки.
– Что?
– Позволишь?
Мне требуется несколько долгих секунд, чтобы понять, что именно я должна позволить. В голову лезут разные мысли, дурацкий алкоголь и вовсе подкидывает нечто неприличное, а когда до меня наконец доходит, что Джейк просит отойти в сторону, чтобы он смог уйти, я тут же отступаю.