Последняя буква Севера

– Пайпер объявит на меня охоту, когда узнает, что мы приехали вместе. Спешу напомнить, что твоя бывшая сумасшедшая стерва.
– Она тебя не тронет.
Может, и не она лично, но у Пайпер Майерс полно рычагов давления и девчонок, которые сделают все, что она попросит.
– Хочешь все отменить? – спрашивает Джейк, мельком глянув на меня.
– Не знаю. Нет, наверное, нет. – Заправив волосы за уши, я поворачиваюсь. – Представляешь, Олли вчера спросил, не влюблена ли я в него.
– Ничего себе, какой догадливый, ему понадобилось на это всего лишь каких-то пять лет.
– Тебе вообще знакомо слово «эмпатия»? Вообще не смешно, я чуть прямо там не разревелась.
– И что ты ответила?
– Отрицала.
Прикусив губу, Джейк кивает.
– Правильно.
– А еще истерично рассмеялась. Но, кажется, он мне поверил.
Чем ближе мы подъезжаем к школе, тем сильнее меня колотит изнутри. Ладони потеют, и я снова и снова вытираю их о джинсы. Почему мы так быстро едем? Почему дорога такая короткая?
– Открой бардачок, – просит Джейк. – Там есть шоколад, съешь, чтобы унять стресс. Меня от твоей тряски укачивает, Рамирес.
Протянув руку, открываю бардачок и нахожу коробку с маленькими квадратиками шоколада, обернутого в красную фольгу.
– Фу, он же горький.
– Другого нет.
Взяв квадратик, я снимаю с него обертку и отправляю в рот. Горьковатый вязкий вкус заставляет меня сморщить нос.
– Никогда не понимала, как ты можешь есть эту гадость.
Джейк поворачивает голову, и уголок его губ ползет вверх.
– Мило, что ты помнишь такие вещи.
– Случайно всплыло в памяти, потому что в последний раз пробовала это в детстве.
Закрываю бардачок, а заодно и рот. Не хочу, чтобы Джейк Элфорд знал, что я помню о нем хоть что-то. Он все эти годы делал вид, что прошлого не существует, я взяла ту же тактику и не хочу проигрывать в этой игре.
Комкаю обертку в пальцах до тех пор, пока она не падает на пол. Наклонившись, пытаюсь подобрать, но лишь закатываю ее пальцами под сиденье.
– Черт.
Прокряхтев, я шарю по полу пальцами, пока не натыкаюсь на что-то мягкое. Сжав в ладони, вытаскиваю и понимаю, что держу в руке черные кружевные трусы.
– Фу! – Я машинально швыряю их на приборную панель и лезу в рюкзак за антисептиком.
Нахмурившись, Джейк смотрит на нижнее белье, как на сложную математическую формулу.
– Чьи это?
– Ты у меня спрашиваешь? – Я выдавливаю на ладонь большую порцию антисептика и протираю руки.
Опустив стекло, Джейк с невозмутимым видом протягивает руку и, подцепив двумя пальцами крошечный клочок ткани, выбрасывает в окно. Господи.
– Это… Это отвратительно. Ты отвратительный.
– Уверен, хозяйка трусов поспорила бы с тобой на этот счет.
Вздрогнув, я выливаю еще немного антисептика на ладонь. Честно говоря, хочется обработать весь салон и искупать в нем самого Элфорда.
Мы заезжаем на парковку, и к горлу подкатывает тошнота. Меня волнует не реакция людей, а то, что предпримут Пайпер и компания, когда узнают об этом. Хотелось бы надеяться, что я себя просто накручиваю, может, у меня синдром главной героини, а по итогу окажется, что никому не будет до меня дела даже несмотря на то, что я заявилась в школу с мистером Последняя буква «Севера»?
– Готова? – спрашивает Джейк, заглушив двигатель.
– Не уверена, – выдыхаю я, опуская рюкзак на колени. – Можно вопрос? Ты закинешь руку на мое плечо в стиле Эдварда Каллена, или мы просто зайдем в школу?
Облизнув губы, Элфорд склоняет голову набок.
– Как тебе больше нравится, Микаэла.
– Пожалуй, просто зайдем вместе. Мы еще не настолько близкие друзья.
Джейк выходит из машины, и я, сделав глубокий вдох, вылезаю следом. Группа девчонок стоит неподалеку, первой нас замечает сплетница Люси: широко раскрыв рот, она толкает локтем Шейлу, а затем они обе достают телефоны и быстро стучат пальцами по экранам. Все, эта новость распространится по старшей школе Уэст-Мемфиса еще до конца первого урока.
– Ты выглядишь так, будто я привез тебя силой, а еще взял в заложники твою маму, – бросает Джейк, пока мы идем ко входу. – Сделай лицо попроще.
  
– Пытаюсь, – цежу я сквозь сжатые зубы.
– Напомни, ты случайно не актерское образование собираешься получать? Потому что не хочу огорчать тебя, солнышко, но играешь ты так себе.
– Ну, от твоего сарказма я точно не начну улыбаться шире.
– Надо отвлечь тебя. – Подтянув лямку свисающего с плеча рюкзака, он склоняется ближе и подталкивает меня локтем. – Какой твой любимый фильм?
– Эм, первые две части «Очень страшного кино».
– Шутишь? – Он присвистывает. – До сих пор?
– Но он смешной.
– Ты с тех пор вообще смотрела другие фильмы?
– Эй! – Поджав губы, я толкаю его в бок. – А ты все еще фанатеешь от «Беверли-Хиллз девяносто двести десять»?
Прикрыв веки, Джейк покачивает головой и усмехается. Кажется, я разблокировала непрошеное воспоминание.
– Я смотрел его, потому что ты смотрела, – поясняет он, открывая дверь и пропуская меня в школьный коридор. – А еще я был влюблен в Келли.
Келли Тейлор. Золотая девочка, блондинка и самая желанная девушка для главных красавчиков сериала. В детстве я готова была продать душу, лишь бы стать похожей на нее.
– Теперь понятно, что ты делал в отношениях с Пайпер.
– Воплощал свои детские сексуальные фантазии?
– Именно. Твоя бывшая выглядит как копия Келли Тейлор из первого сезона.
Он не спорит. Вообще все девушки, с которыми встречался Джейк Элфорд, выглядели красиво и женственно. И дело не в платьях или каблуках, от них просто исходит аура изящности, легкости, словно они родились где-то на просторах эстетичной подборки в «Пинтерест». В отличие от Джейка Оливер никогда не перебирал девушек и встречался только с Констанс, но она тоже олицетворяет собой грациозную женственность, по крайней мере, в те моменты, когда не облизывает микрофон в «Тиктоке». Может, мне все же стоит задуматься о смене стиля?
Мы останавливаемся у моего локера, и я ввожу код на замке. Джейк не спешит к своему и, скрестив руки на груди, прислоняется плечом к дверце соседнего локера.
– Первый раунд прошел хорошо. Ты отлично справилась.
– Спасибо. Слушай, я тут подумала. – Я накидываю на себя небрежный вид, пока перебираю стопку учебников. – Может, нам все же стоит поиграть с преображением из простушки в красотку?
– Глупая затея.
– Да-да, я настолько безнадежна, что мне не поможет ни один салон красоты. Погоди, не уходи, хочу выбрать книгу потяжелее, чтобы ударить тебя.
– Затея глупая, потому что ты и так красивая, Рамирес. В какую красотку ты собралась превращаться?
Замерев на мгновение, я выбираю толстый учебник по истории и, сжав его, выглядываю из-за дверцы. На лице Джейка нет улыбки, я жду, когда он рассмеется, чтобы треснуть его по голове, но секунды тикают, а он даже не улыбается.
– Ну, и где он? – щурюсь я.
– Где, – медленно повторяет он, изогнув бровь, – кто?
– Момент, в котором ты ухмыляешься как придурок.
– Микаэла. – Подняв руку, Джейк обхватывает ладонью верхушку открытой дверцы локера, а я готовлюсь к ядовитой порции сарказма, в случае которой могу не сдержаться, хлопнуть по дверце и с удовольствием прищемить Элфорду пальцы. – Ни за что не поверю, что ты не считаешь себя красивой. Ты ведь хоть раз смотрелась в зеркало, верно? Или у тебя в доме оно кривое?
Его ответ вводит меня в ступор. Прижав учебник к груди, я переминаюсь с ноги на ногу.
– Скажем так, я не считаю себя страшной.
– Формулировка для застенчивых девушек. Прими это как факт. Ты красивая. Немного странная, моментами злая, а еще слишком часто показываешь средний палец, но ты красивая.
Джейк не шутит. С тех пор как мы перестали общаться, этот парень никогда не делал мне комплименты, зато не скупился на колкие замечания. Но сейчас его голос звучит уверенно, и от этого мои щеки внезапно начинают гореть. Мне неловко, но приятно и одновременно с этим почему-то хочется сбежать.