Последняя буква Севера

– У меня нет здесь подруг.
Помолчав немного, она кивает.
– Что ж, не могу судить тебя за это. Общество здесь так себе.
Бэйли Шепард выглядит как дорогая кукла Барби в красивой упаковке. И я уверена, скажи я о том, что живу в трейлер-парке, она бы с головы до ног облила меня дезинфицирующим средством.
– Готова идти? – Я киваю на дверь.
Поправив волосы, она расправляет плечи, мельком смотрится в зеркало, и ее лицо мгновенно превращается в надменную маску.
– Идем.
В коридоре все внимание учеников приковано к Бэйли Шепард. Вздернув подбородок, она идет гордо, словно всем видом показывает, что никого не боится. Ничего общего с испуганной девушкой, которую я встретила пару минут назад. А еще она похожа на ходячую табличку с надписью «Вы мне не ровня». Возможно, Бэйли и правда так считает, а возможно, это защитная реакция. Окажись я на ее месте, то боялась бы до дрожи в коленях.
Некоторые парни присвистывают, а затем разражаются громким смехом.
– Вали отсюда, богатенькая сучка! – кричит кто-то вслед.
Бэйли прибавляет шагу, а затем оборачивается, чтобы проверить, иду ли я следом. Я едва поспеваю за ней и ее длинными ногами.
– Не отвечать, не вестись на провокации, не показывать страх, – тихо повторяет она себе под нос словно мантру.
– Мы почти у выхода.
– Передай своему брату, чтобы сдох! – выкрикивает одна из фанаток Оливера.
Бэйли замедляет шаг, ключи в ее напряженном кулаке скрипят, и я подталкиваю ее в спину.
– Они только и ждут, что ты ответишь. Идем.
Сжав челюсть, она тяжело сглатывает и идет к выходу.
Солнце на улице слепит, заставляя щуриться, и при этом свете волосы Бэйли переливаются и сияют как в долбаной рекламе шампуня. Она идет сначала в одну сторону, а затем разворачивается в другую, словно потерялась в пространстве и не знает, куда нужно идти.
– Проводить тебя до машины?
– Я без машины, меня сюда привезла мама. Ничего, я сейчас позвоню своему парню, и он заберет меня. – Достав телефон, Бэйли проводит дрожащими пальцами по экрану. – Спасибо тебе…
– Микки, – напоминаю я.
– Точно. Спасибо, Микки.
С минуты на минуту начнется урок, и мне надо успеть добежать до другого корпуса, но я остаюсь на месте, потому что не хочу оставлять Бэйли одну.
– Айзек, сможешь забрать меня? – спрашивает она в трубку. – Да, из этой чертовой школы. Мама силком привезла, еще и до дверей проводила, у меня не было выбора. Так что, заберешь?
Нервно рассмеявшись, она запускает пальцы в волосы.
– Что значит «почему я не позвонила Мейсону»? Может потому, что для него приехать сюда все равно что выйти на боевую арену? А знаешь что, пошел к черту, я вызову «Убер»!
Сбросив звонок, Бэйли словно только сейчас замечает меня.
– Ты чего на урок не идешь? – Оглядев меня с головы до ног, она задерживает внимание на моих кедах и коротко кивает. – Прости, у меня нет наличных.
Я вздрагиваю, как от пощечины.
– Что?
– Но я могу перевести тебе деньги в благодарность за помощь. Какой у тебя банк?
Хочу выругаться, но с губ слетает лишь смех. Вскинув ладони, я отступаю.
– А знаешь, нужно было позволить тебе ответить тем девчонкам в коридоре и посмотреть, как тебе надирают задницу.
Раскрыв губы, Бэйли прижимает к груди ладонь с зажатым в ней телефоном.
– Боже, прости, я почему-то подумала… – Крепко зажмурившись, она встряхивает головой. – Извини, Микки.
– Ничего. Хорошей тебе дороги.
Развернувшись на пятках, я несусь обратно в школу, пока не наговорила Барби лишнего. День у нее и так не праздник.
  
Глава 14 Новый-старый друг?
 
Мой живот призывно урчит, когда вместо ланча я иду в библиотеку. Миссис Дженкинс сопит за столом, и я проскальзываю мимо нее в читальный зал. Пройдя вдоль пустующих столов, сворачиваю к коридору стеллажей, выстроившихся вдоль ряда окон.
Джейк написал, что будет ждать меня у секции с буквой «К». В затхлом воздухе пахнет пылью и старыми книгами, солнечные лучи косыми нитями падают на пол и стеллажи. Я передвигаюсь осторожно, почти крадусь, пока воображение рисует картинки того, как из-за угла с камерами выскакивают ПАКТ, крича о том, что я, как наивная дурочка, повелась на розыгрыш.
  
Увидев букву «К» на боковой стенке стеллажа, я заворачиваю и останавливаюсь между рядов. Джейк сидит на полу и, облокотившись спиной о полки, читает книгу Кафки. В руке у него банка колы, которую он неспешно потягивает.
– В библиотеке запрещено пить и есть.
– В библиотеке запрещено спать, – отвечает Элфорд, не отрываясь от книги. – Я снял на видео спящую на работе миссис Дженкинс, так что у меня теперь пожизненный абонемент на пикники в библиотеке.
Подойдя ближе, бросаю рюкзак на пол и, сев напротив Джейка, прижимаю колени к груди. Запустив руку в раскрытый рюкзак, он достает сэндвичи в пластиковой упаковке и протягивает мне.
– Взял тебе в кафетерии.
– С чего ты вдруг такой добрый? Он ведь не отравлен? – спрашиваю я, не скрывая подозрения в голосе, но все же беру сэндвичи.
– Я украл твой перерыв на ланч. – Он достает пакетик апельсинового сока и, не глядя, подбрасывает, а мне едва удается поймать его.
– Спасибо.
Протыкая трубочкой пакетик, не могу не задаться вопросом: Джейк взял апельсиновый сок просто так или потому, что помнит, что это мой любимый сок?
– С чего начнем?
– Ч-ш-ш. – Он выставляет указательный палец. – Дай главу дочитаю, тут интересно.
Глянув на обложку с названием «Замок», пожимаю плечами и принимаюсь есть сэндвич с индейкой. Внезапно мне хочется рассмеяться, мы с Джейком Элфордом втайне ото всех проводим время в библиотеке, он читает (или делает вид, что умеет), а я ем принесенный им ланч. Глупость.
Но при этом сидеть в тишине напротив этого парня странно, даже напряженно. Воздух словно наэлектризован, я жду подвоха и никак не могу расслабиться, словно смотрю фильм ужасов и жду, что вот-вот грянет скример 14.
– Судя по количеству перевернутых страниц, ты прочитал больше одной главы, – подмечаю я, расправившись с сэндвичем и стряхивая с себя крошки.
– Прости, затянуло.
Отложив книгу, Джейк поднимает голову.
– Прежде чем начнем, хочу задать несколько вопросов. – Сделав пару глотков сока, я барабаню пальцами по колену. – Ты сказал, что можешь помочь мне не только с Оливером, но и покончить с тиранией Констанс и компании, так?
– Все именно так, солнышко.
– Не называй меня так. Не понимаю, какая тебе выгода от помощи мне?
Прислонившись затылком к полке, Джейк молчит какое-то время, и когда мне кажется, что я уже не дождусь ответа, он говорит:
– В группе разлад, и все из-за Констанс. Оливер сам не свой, парни тоже замечают это. Для всех будет лучше, если они расстанутся. Но если они расстанутся по ее инициативе, то Олли будет страдать и петь меланхоличные песни в стиле «Yesterday», а это сведет с ума всю группу.
– Почему вы не хотите попробовать? Олли пытается привнести в звучание «Севера» что-то новое.
– Это не наш стиль, это как если бы Эминем резко ударился в оперу. Мы только начали набирать популярность, и новое направление в музыке может отвернуть аудиторию. Если Олли хочет идти против мнения группы, то у него путь только в соло, и он это знает.
– Вы не можете так поступить с ним, – цежу я сквозь сжатые зубы, даже не пытаясь скрыть злости в голосе. – Он собрал группу, собрал вас всех.
– Мы все это помним, Микаэла. Именно поэтому пытаемся найти компромисс, но Олли пропускает репетиции, а когда приходит на них, то постоянно отвлекается, чтобы ответить на ее сообщения
Видимо, Олли пытается доказать Констанс, что она для него на первом месте, потому что в прошлый раз она бросила его из-за того, что он слишком много времени проводил с группой.
– Если он будет с тобой, то, возможно, мы увидим старого-доброго Оливера.