Опричник Его Величества (СИ)

— Откуда такая уверенность? Вы её разбирали?
— У неё снимается корпус. Как у всех механических питомцев. Таковы правила изготовления.
— Хм… А как она… заводится? Я не нашёл ключа. Вы его не забыли положить обратно в ящик?
— Заводится, Ваше Сиятельство? — в голосе Падшей послышались удивлённые нотки.
— Ну, я имею в виду, что она, вообще, делает? Как её… включить?
— На лбу есть кнопка, Ваше Сиятельство. Просто нажмите на неё.
— Ясно. Спасибо.
Повесив трубку, я вернулся к собаке. Так, вот она, кнопка. Круглая, сделанная заподлецо с головой. Ну, попробуем…
На всякий случай выставив магическую защиту — мало ли, насколько тщательно проверили устройство — я вдавил кругляшок над глазами собаки и распрямился.
В первые три секунды ничего не происходило, так что я даже решил, что нажал недостаточно сильно, однако затем в глазах псины появилось зелёное сияние. И это были не лампочки: свечение явно имело магический характер. Затем собака повела головой в одну сторону, в другую, подняла уши и вдруг распрямила лапы. Смазан механизм был хорошо, так что почти не издавал звуков. Не было слышно ни гудения мотора, ни скрежета разгибающейся пружины. Собака задрала голову и уставилась на меня. А я — на неё. Так, и что дальше?
В этот момент в дверь робко постучали.
— Входите! — крикнул я.
Заглянула Марта.
— Прошу прощения, Ваше Сиятельство. Я подумала, может, вам понадобится помощь с механоидом.
— Входи. Разбираешься в этих штуках?
— Так точно. В нашей семье был один. Не знаю, что с ним стало после… В общем, что с ним сейчас.
— Собака?
— Нет, Ваше Сиятельство. Слуга.
— Слуга? — переспросил я, решив, что ослышался.
Падшая кивнула.
— Да. Очень дорогие штуки эти механоиды. И продают их редко. Обычно в качестве одолжения. Даже не представляю, сколько отец заплатил за нашего Ефима.
— Вы дали ему имя? Кукле?
— Ну, да. Почему нет? Вы, наверное, тоже придумаете псу кличку.
— Мне бы сначала понять, что с ним делать. Как управлять или… В общем, он же не будет просто так стоять всё время?
— Конечно, нет, — Марта улыбнулась, глядя на металлическую псину. — Вам просто нужно дать ему знать, кто хозяин. Только и всего. После этого он будет вести себя, как обычная собака. Выполнять голосовые команды.
— Мои?
— Только ваши.
Я взглянул на механоида с новым интересом.
— Любые?
— Ну… в пределах того, что он может физически.
— Понятно. Водить машину его не заставить, да?
— Нет, Ваше Сиятельство. Питомцы делают только свойственные своим прототипам вещи.
— Понятно. И… как мне с ним установить… контакт?
— Нужна ваша кровь.
Я взглянул на Марту.
— Кровь? Зачем?
— Так устроены механоиды.
— Ладно, допустим. Как… мне ему её дать? Позволить укусить, что ли?
— Нет, Ваше Сиятельство. Кусать он без приказа никого не станет, — она подошла, нажала что-то на спине собаки, и в руке у неё оказалась выскочившая из корпуса маленькая металлическая пластина.
Девушка протянула её мне. На полированной бронзе виднелись выгравированные символы, значения которых я не знал. Но выглядели они смутно знакомыми. Кроме того, имелись цифры.
— Что это? — спросил я. — И что с этим делать?
— Просто добавьте на пластину каплю крови. Затем вставьте в паз, и собака станет вашей. В смысле — определит вас как хозяина.
— А если кто-то вытащит пластину?
— Она перестанет слушаться. Будет просто ждать, когда идентификатор вернут на место.
— Значит, кто-нибудь может смазать пластину своей кровью и получить контроль над механоидом?
Марта отрицательно покачала головой.
— Нет, идентификаторы одноразовые. И каждому устройству подходит только один. Видите серийный номер? Нельзя заменить пластину.
— Понятно, — я задумчиво взглянул на собаку. — И сколько такая штука стоит? Хотя бы примерно.
— Очень много. Кто-то вам крайне благодарен. Ведь ему пришлось не просто раскошелиться, но задействовать связи. Как я уже сказала, Коэны мало, кому продают свои изделия.
— Коэны? Кажется, я читал про этот род в Дворянском справочнике. Входит в Белый клан, верно?
 
Марта кивнула.
— Да, Ваше Сиятельство. Но даже у соклановцев Коэнов далеко не у всех есть механоиды.
— Вот как? Почему? Из-за цены? Или Коэны даже им лишний раз не желают продавать?
— Именно так. Их продукция — большая редкость. Дело в том, что на каждое изделие уходит много магии.
— В каком смысле? Разве её можно… помещать в объект, чтобы она там оставалась?
— Род Коэнов может. Собственно, они такие единственные. Поэтому их и приняли в Белый клан, хотя они правящей династии не родственники.
Очень интересно. Я и не знал, что в империи есть род, который умеет подобные штуки.
— А как работают механоиды? В них какой-то моторчик?
— Нет, Ваше Сиятельство. В том-то и дело, что все они, по сути, просто шарнирные куклы с очень простыми механизмами, которые действуют исключительно благодаря помещённой в них магии.
— И надолго её хватает?
— Максимум на два года. Потом нужно везти их в сервисный центр и пополнять запас. Но это не проблема: Коэны беспрекословно обслуживают все свои изделия. Правда, приходится за это платить. И недёшево. Кстати, они же изготавливают Иглы Малика.
— Те, которые вставляют в шеи гулей?
Марта кивнула.
— Да, Ваше Сиятельство. Только кабаллисты умеют их делать.
Кабаллисты! Вот, как называется Дар Коэнов. Точно! Читая справочник, я не особо вникал в детали. Меня тогда больше интересовали боевые способности местных магов, а этот Дар не показался важным. Да и описан он был как-то невнятно.
— Значит, чтобы кукла заработала, она должна быть изготовлена подвижной, — сказал я. — И накачана магией. Плюс идентификатор, который заставляет её служить определённому человеку. Так?
— Всё верно. Странно, что вы не слышали о кабаллистах, Ваше Сиятельство.
— Думаю, слышал. Но у меня были проблемы с памятью после того, как я едва не умер во время нападения гулей.
— О! Прошу прощения, господин маркиз.
— Ничего. Так, а боевые механоиды существуют?
— Конечно. Но они служат только Коэнам.
— Не продаются?
— Никогда. Даже у императора их нет. Впрочем, их бы и не стали особо покупать.
— Почему?
Марта пожала плечами.
— Из-за дороговизны и опасения, что… Коэны могут их контролировать. Никто ведь не знает, насколько механоиды преданы хозяевам. Возможно, кабаллисты сохраняют над ними власть. Это лишь слухи и подозрения. Подтверждений подобного, насколько мне известно, нет.
Я взглянул на собаку, продолжавшую пялиться на меня мерцающими зелёными зенками.
— А подслушивать через них нельзя?
— Жучков в псе нет. Ну, а что касается магии… Это знают только Коэны.
Интересный подарок, конечно. Даже не знаю, стоит ли его активировать. С другой стороны, если бы механоиды выполняли роль шпионов, Коэны наверняка постарались бы наводнить ими особняки знати. Так что вряд ли.
— Что ж, спасибо за ликбез, — сказал я. — Пожалуй, попробую… завести питомца.
Я этими словами я взял нож для вскрытия писем и уколол указательный палец. Когда выступила красная капля, щедро мазнул по пластине.
— Нужно покрыть все символы, — подсказала наблюдавшая за этим Падшая.
Я размазал кровь по металлу, наклонился и вставил пластину в щель на спине собаки.
— Нажмите сильнее, — подсказала Марта. — До щелчка.
Как только раздался характерный звук, псина дёрнулась, встряхнулась, клацнула зубами и вдруг пружинисто выпрыгнула из ящика. Крошечный хвост пришёл в движение.
— Думаю, надо дать ей имя, — улыбнулась Падшая.
Я уставился на механического питомца. Кого-то он мне напоминал. Точно!
— Пусть будет Анубис, — сказал я. — Он это запомнит?
— Если вы ему скажете.
Присев перед псом, я осторожно протянул руку и положил ладонь ему между острых ушей.