Тайна лорда Кавендиша

 
Глава двенадцатая, в которой дамы обсуждают велосипеды
 
После ужина женщины отправились вслед за леди Саммерхилл в большую гостиную, а мужчины ушли в библиотеку, чтобы выкурить по сигаре и промочить горло после сытных яств.
– Извините меня, – шепнула мисс Кэтрин Маргарет, – я не знала, что вы ничего не помните.
– В том нет вашей вины, – улыбнулась Маргарет, – вы и не могли этого знать.
Они разместились на изящном диванчике, и Маргарет, чтобы чем-то занять руки, начала разглаживать платье.
– Наверное, это ужасно – ничего не помнить, – сказала мисс Кэтрин.
– Я привыкла, – пожала плечами Маргарет.
Она и правда привыкла и уже не вспоминала первые годы, последовавшие за той ужасной лихорадкой, которая чуть не забрала ее жизнь. Тогда ей казалось, что она уснула, а, проснувшись, очутилась в совершенно незнакомом мире. Она не помнила ни дядюшки, ни кого-то из слуг, ни Вестмура. Она забыла все правила поведения и даже то, как говорить правильно. Наверное, тут сказалась не только потеря памяти, но и то, что росла она в России, которую дядюшка называл дикой, темной страной. Может быть, и хорошо, что Маргарет все забыла. Еще неизвестно, в какой обстановке протекало ее детство. Однако ей очень хотелось вспомнить свою маму, хотя бы черты ее лица и фигуры, ведь свою любовь к ней она не забыла.
– Слышала, вы совсем недавно были в Лондоне, моя дорогая, – проскрипела мисс Вайтвиллоу. – Пришелся ли он вам по вкусу?
Маргарет подняла глаза на противную женщину, что уже успела вызвать в ней неприязнь. В гостиной повисла тишина, другие разговоры стихли, и стало так тихо, будто бы все, затаив дыхание, ждали ответа Маргарет.
– Отчасти, – сказала она.
– Какой же частью он вам приглянулся? – продолжила расспрос мисс Вайтвиллоу.
– Лондон – современный город. Там кругом даблдекеры, электричество, водопровод.
– Вы правы, мисс Маргарет, – вмешалась графиня Риверс. – Это все так облегчает жизнь. Здесь, в провинции, нет таких удобств.
– А еще там многие ездят на велосипедах, даже женщины, – с энтузиазмом сказала Маргарет, и глаза ее загорелись.
При этих ее словах мисс Вайтвиллоу осенила себе крестным знамением.
– Хватит нам и того, что женщины ездят верхом на лошадях, еще не хватало, чтобы леди оседлали эти чудовищные приспособления.
Маргарет не сдержалась и закатила глаза, что вызвало смех у мисс Кэтрин. Та, однако, быстро прикрыла лицо веером, скрывая за ним улыбку. «Интересно, что бы сказала мисс Бородавка, если бы узнала, что я уже выписала себе велосипед, и он на днях прибудет», – подумала Маргарет. К слову сказать, лорд Кавендиш велосипедов для женщин тоже не одобрял и не знал, что племянница собралась-таки освоить этот вид передвижения. Ставить его в известность Маргарет не собиралась, уже договорившись с Люси, а та, в свою очередь, с молодым конюхом Питером, что велосипед они припрячут в конюшне, а кататься будут подальше от дома. Горничная, которая была старше Маргарет всего на пять лет, тоже горела желанием освоить езду на велосипеде.
– А как вам лондонские балы? – спросила мисс Риверс, старшая из дочерей графини Риверс.
Она была не очень хорошая собой: слишком вытянутое лицо и тяжелая челюсть придавала ей сходство с лошадью. Однако этот изъян нивелировали довольно большие яркие глаза и подвижный рот. Присмотревшись к девушке повнимательнее, можно было даже счесть ее хорошенькой.
– Ох, мама! Я тоже хочу в Лондон, – простонала мисс Элизабет, младшая и более симпатичная из двух сестер Риверс. Она была под стать мисс Кэтрин: такая же яркая, такая же веселая и подвижная. Между ней и мисс Саммерхилл было гораздо больше сходства, чем между мисс Элизабет и ее родной сестрой.
– Давайте послушаем, что нам поведает о балах мисс Маргарет, – протянула мисс Вайтвиллоу, бросив на Маргарет такой осуждающий взгляд, что той тут же захотелось запустить в эту старую деву диванной подушечкой или чем потяжелее.
– Балы как балы. Слишком много на них народу, а в залах слишком душно, – пожала плечами Маргарет. – Однако наряды дам восхищают.
 
– Должно быть, вам довольно одиноко в Вестмуре, моя дорогая? – леди Саммерхилл наконец вмешалась в разговор и перевела его в более безопасное русло. – Теперь, когда мы свели знакомство, надеюсь, вы почаще будете составлять компанию моей Кэтрин. Она тоже часто скучает здесь.
– Я буду рада стать вашей подругой, – пробормотала Маргарет скорее из вежливости, чем из искренних побуждений. Она еще слишком мало жила в Вестмуре, чтобы начать скучать. Да и проведя десять лет в глуши северного графства, где у нее не было близких подруг, Маргарет привыкла сама себе находить развлечения, не нуждаясь в обществе сверстниц.
– Вы любите ездить верхом? – обрадовалась мисс Кэтрин. – Я заядлая наездница.
– Я тоже обожаю верховую езду, – с энтузиазмом поддержала ее Маргарет. Может, эта мисс Кэтрин не так безнадежна?
– И я, – заявила мисс Элизабет, а мисс Риверс поморщилась – лошадей она не любила.
– Вы, наверное, получили великолепное образование. Учились в пансионате? – поинтересовалась графиня Риверс.
– Нет, – призналась Маргарет. – Из-за того, что я долго болела в детстве, дядюшка посчитал, что будет правильным нанять домашних учителей. Так что в пансионате я не училась.
– А я считаю, что истинное образование леди может получить только под строгим надзором профессиональных учителей, – вздернула нос мисс Риверс. – Мы с Элизабет учились в школе миссис Вудстер в Брайтоне.
– А я посещала школу в Кэмдене, – сказала мисс Кэтрин и шепотом добавила для Маргарет: – Я оттуда сбежала при первом удобном случае.
– Сбежали? – ахнула Маргарет и восхищенно посмотрела на новую подругу.
– Энтони, мой брат, приехал навестить меня, и я нажаловалась на учительницу, которая заставила меня целый день просидеть в углу только лишь из-за того, что у меня волосы выбились из пучка.
– Какой ужас, – искренне посочувствовала Маргарет. Она представить боялась, что бы эти строгие учителя сделали с ней, доведись им увидеть, как она вытаскивает шпильки из волос во время верховой езды, позволяя ветру играть ее локонами.
– И что же ваш брат? – тихонечко спросила она.
– Увез меня и запретил матушке снова отправлять в это ужасное место.
Маргарет поняла, что не зря она радовалась своему домашнему образованию. Ведь дядюшка и правда выписал ей лучших учителей, и она получила обширные знания по истории, географии, математике и по другим наукам. В отличие от присутствующих здесь молодых леди ее действительно учили чему-то полезному, а не только правильной осанке, игре на пианино и вышиванию. Последнее она на дух не переносила, и каждый раз, когда миссис Эванс заставляла ее взять в руки пяльцы и нитки с иголками, колола себе пальцы в кровь.
Их беседу прервали мужчины, присоединившиеся наконец к дамам.
– Мисс Элизабет, сыграете нам? – попросила леди Саммерхилл. – Я так люблю, как вы играете на пианино.
Мисс Элизабет вежливо склонила голову, улыбнувшись герцогине, и, победоносно взглянув на Маргарет, прошла к пианино, попутно бросив такой многозначительный взгляд на Ларентиса, что Маргарет тут же догадалась: младшая из сестер Риверс была влюблена в графа.
 
Глава тринадцатая, в которой званый обед продолжается
 
Мисс Элизабет играла на пианино с чувством, вся отдаваясь не столько музыке, сколько желанию поразить окружающих.
Когда несколько композиций были сыграны, мисс Элизабет, взглянув на Маргарет с вызовом, сказала:
– Мисс Маргарет, теперь ваша очередь.
– Моя? – ахнула от неожиданности Маргарет.
– Вы ведь умеете играть? – вмешалась старшая мисс Риверс. – Не знаю ни одной настоящей леди, которая не умела бы играть на пианино.
– Маргарет умеет играть, мисс Риверс, – отозвался лорд Кавендиш. – Правда, ей еще не доводилось играть перед большой публикой.