Змей - искуситель для Неприступной (СИ)

— Анабель Соундаль является матерью Алисии из приюта.
А вечером Эн поразила новость: граф Соундаль погиб от сердечных болей в номере отеля. Анабель Соундаль стала вдовой с ребенком.
В темной жиже болота, в это же время, тонуло тело одного очень продажного оборотня.
— Приобретенная свобода, не всегда лучше рабства, — произнес прощальную речь Брелли Тишь.
Закрыв за собой дверь кареты, мужчина погладил рукоятку трости. Разминая уставшую шею, он тяжело вздохнул.
— Расмус Хорд, девочки в безопасности. Я за ними прослежу. Но... Ты не стер Анабель память, значит, ты хочешь вернуться. В качестве кого ты предстанешь перед графиней? Явно ведь не с дружескими порывами придешь. Неужели мне придется...
Он замолчал. Вспомнил взгляд своего сына, который готов был убивать за возлюбленную и спасать ее ценой множества жизней. У горгулов специфическое понятие безопасности. Свое гнездо они защищают так, что после любого сказанного не той интонацией слова, можно оказаться в болоте. Это обостряется, когда появляется ребенок, ведь только кровь дитя способна убить отца.
— Томсон, а у тебя выросла хваткая и сообразительная дочь. Правда, тот кто пробудил ее цвет, был врагом твоей птички.
Погрузившись в светлые воспоминания, мужчина будто наяву увидел белокурую женщину с отметинами выжженных знаков. Вечная мученица, которую брали как заложницу и ставили на ней печати рода. Та кто спасала себя лишь иногда, подчиняясь всем, считая что так будет лучше. Позабывшая свою истинную природу, но все же родившая девочку.
— Крета, ты боялась выходить на свет, теперь свет отражается в глазах твоего дитя.
Карета замерла. Дверь открыл воин - оборотень и успел увидеть нежную улыбку на губах властного хозяина. Подчиненный никогда не спрашивал и не ведал что творится в голове коммерсанта, но сейчас мужчина был немного человечнее, чем обычно.
Встретивший ночными звуками парк, пах влажной землей и листвой. Но тонкий аромат курительной трубки пробивался к носу. В этом парке торговца уже ждали.
— Нашел? — Брелли смотрел на светлеющий огонек и сдерживал свое нетерпение.
— Нет.
— Даже вероятного прошлого хозяина?
— Императорская семья владела таким типом оружия, но куда их спрятали потом, никто не знает. Даже при самой чете не было ничего похожего на артефакты.
— Я тебе плачу не за сказки! — трость недовольно дернулась. Ворон на ручке, сверкнул своим глазом. — Все цацки императоров найдены, даже горгул - хорд, предводитель каменной армии бегает по свету, а простые атаме исчезли? Плохо ищешь!
— Имперский замок занял Касьян, поговаривают, что он приручит Хорда и поднимет Бессмертных.
— Глупости говорят. Без имперской крови и приказа истинного Императора камни так и останутся статуями. Ищи, что приказано, а не собирай сплетни.
— Как пожелаете, хозяин, — зашипел огонек и тут же исчез.
  
32
 
Касьян смотрел на своего потрепанного и безрукого воина. Впервые Френк едва не провалил задание. Еслибы самопровозглашенный император не решил отправить соглядатая своему исполнителю, то Расмус Хорд сбежал бы в очередной раз. А сейчас ничего, горгул вон - сидит за столом и грызет кости дичи. Правда от него мало толку в таком "человеческом" теле. Но чтобы усыпить бдительность разума, надо набить живот.
— Руку отрастишь с помощью...
— Прошу прощения, мой Император, но рука не подлежит восстановлению! — отозвался воин.
Удивлению потомка Арктосов не было предела. Наги прекрасно регенерируют. Их убить можно если только голову успеть унести далеко от тела, либо сразу сжечь. Но этот наг заявляет что обычную руку нельзя восстановить.
— Зря я ее что ли отгрыз? — раздался противный голос самодовольного пленника. — Смотрите как работают мастера, а не ваши зеленые мальчишки.
— Ты закончил? — Касьяну требовалось время, чтобы собрать все мысли воедино.
Оказалось что горгул не так прост, как все думали в самом начале. Казалось что трусливый главнокомандующий прячется от потомков древних домов. Но на деле что-то не совпадало. Наемники дохли в пути, а опытные ищейки возвращались ни с чем либо пропадали без вести. Единственная вещь которая способна удержать вертлявого горгула - это артефакт омытый в имперской крови. Ради этой вещицы пришлось штурмовать имперский замок и терять здесь своих лучших солдат. И теперь это недобитое непотребство смело смотреть с улыбкой на своего господина!
 
— В темницу его! — приказал император и посмотрел на своих охранников, но те со страхом поглядывали на отсутствующую руку Френка.
Ирит передернул плечами и пошел на врага своего господина. Расмус не сопротивлялся и сыто облизывал пальцы.
— Это было угощение перед казнью? — ирония так и сочилась из наглого горгула. — Если что, то мне бы еще искупаться и в теплую постель с красоткой.
— Тебе не хватает воспитания, — спокойно заметил Касьян. — Но вскоре, ты будешь боятся смотреть мне в глаза, — пообещал Император.
После этого обещания потянулось время "приручения". Так Расмус назвал тот период, когда его пытались заставить признать самозванца на имперском троне. Начинали с малого: голод, холод и порка. Порки было много и часто. Не успевала отдохнуть рука колдуна - палача махать ножом - атаме, как невольник вновь висел перед его лицом без каких либо следов предыдущего посещения. Не зря Расмус Хорд именуется предводителем Бессмертных.
Касьян тянул время и искал возможность повлиять на своего раба. Ему нужен был всего один шанс, чтобы повернуть ситуацию в свою сторону. Уже спустя месяц воины за спиной лже-Императора стали передавать друг другу, какими извращенными прозвищами его награждает раб. Расмус Хорд смеялся над всем что с ним делали. Он - Бессмертный! Непотопляемый, не горящий, не убиваемый.
Всего один шанс!
И небо откликнулось на тихий призыв.
— Что ты сказала? — толстая старая нянечка из приюта "Крыло Ворона" смотрела на мужчину и шамкала губами.
— Говорю, что хочу обеспечить своей дочери безопасность в Тени...
— Нет! То что ты сказала после, — взгляд нага был прикован к обычной женщине, дочь которой понесла от иного.
— Нууу, Расмус Хорд поклонился Анабель Кайсирской на Осеннем балу и привечал Алисию. Я слышала как Анабель негодовала из-за того что ее раб бросил собственную дочь.
Как много могут слышать слуги? Самые обычные мимо проходящие люди, ради своей выгоды вспомнят все и даже то что казалось незначительным.
Женщине нужна была помощь и она обращалась к разным иным, не зная что предложить в обмен на жизнь дочери. Один из иных взял деньги и предложил перевезти в Тень ее семью. Старенькая няня согласилась. Позже она увидела на главной площади, как пытаются убить того кто совсем недавно танцевал с графиней Соундаль. Так у женщины появился план подняться за счет своих знаний. Если бы она знала, что нага, обрюхатившего его дочь отправят "убрать ненужное потомство". Смешение крови иного и человека породит лишь слабого недо-нага. Обычно, беременные наоборот сбегают из Тени, боясь принести своему партнеру слабое потомство. В этом случае и мать и дитя убивали, либо оставляли на обочине жизни и те умирали сами.
Испортив жизнь другим, женщина сама навлекла на себя беду.
Вечер для гуляющих выдался прохладным. Графиня в траурном наряде неспешно вела за ручку девочку и рассказывала сказку из своего детства. Алисия привыкла жить в отдельной части приюту, куда до этого не пускали. Она начинала привыкать жить как принцесса из историй. Но Анабель пока так и называла по имени. Миссис Соундаль не торопила девочку и сама старалась привыкнуть к ребенку. Ведь малышка это не только спокойная вечерняя прогулка, но и "хвостик", который следует по пятам. Везде приходилось осматриваться, чтобы случайно не толкнуть или не ударить дочку.
Вечерний променад заканчивался. Девочка боялась темноты, поэтому не отпускала руку женщины. Анабель старалась идти медленно и осторожно, показывая пример элегантности.