Ключ, перо и самоцвет (СИ)

— Провёз что?
— Гнилые флаконы, это как сила наших жрецов, только с обратным эффектом. — Мрачно пояснил Оис.
— А, морайская чума, только в стеклянной баночке?
— В точку, — орёл кивнул и повернулся обратно к Нар-ху, — И сколько этой гадости в запасах у генерала? Хотя не важно, для катастрофы хватит и одной. Лучше скажите, что вы с этим делать собираетесь.
— Я не знаю. Мне неизвестно ни количество, ни местоположение. Но ваши жрецы ведь могут справиться с гнилью, не так ли?
— В теории. — Оис пожал плечами. Нар-ху вздохнул и оправил мантию, было видно, что он собирается с мыслями.
— Скажу честно, мои дела крайне плохи. Тон-халл активно метит на пост градоначальника, если так пойдёт и дальше у меня совсем не останется власти. Я сообщил знакомым о мирном предложении, но ждать ответа может быть неразумно, каждый час на счету. Уверен, генерал планирует использовать флаконы в ближайшие сутки, поэтому я выведу вас отсюда. Предупредите товарищей и замолвите словечко за Нуттил, если всё кончится в вашу пользу.
Оис кивнул. Сделка значит. С одной стороны, правильное решение. Похоже, Тон-халл не до конца понимает, что творит. Использование гнилых флаконов может наделать много шума и перевести область Нуттила из разряда обыденной неприятности в насущную проблему дня. В таком случае три военных стаи дворянам покажутся цветочками. С другой стороны, инициативу Нар-ху можно рассматривать как спасение для обеих сторон. Одни смогут защититься, другие пережить непоправимое. В таких обстоятельствах не сложно будет присвоить часть лавр от урегулирования конфликта. Повезло, что хитрость Нар-ху оказалась на руку.
— Заманчивое предложение. Вот только как вы собираетесь проводить нас мимо стражи с ка-фелами, если уже начали терять авторитет?
— Никак, — Нар-ху улыбнулся. — Я покажу вам другой выход.
Он достал из кармана связку ключей и принялся отпирать замки. Губернатор провёл птиц по коридору почти до самого выхода, но, не доходя до двери, свернул в просторную каморку, доверху заполненную ящиками и бочками. Пришлось протиснуться между рядами старой ветоши и отодвинуть целых два шкафа, прежде чем увидеть фальшивую стену. За неровным и низким проёмом птиц ждал тёмный длинный туннель. Нар-ху подкрутил лампу, чтобы та давала больше света.
— Хотел бы сказать, что дальше вы пройдёте сами, но впереди путь преграждает несколько переключателей, о расположении которых знаю только я, — губернатор горько вздохнул.
— Возможно, это к лучшему, — глухо откликнулся Оис. — После нашего побега все подозрения пали бы на вас. Пленники испарились после того, как их видел губернатор. Что же могло случиться?
— Не спорю, всё возможно, — Нар-ху вышел вперед, всем видом показывая, что у него имелся план на этот случай. Выглядело слегка комично. Птицы вернули на место мебель и отошли, после чего Нар-ху сдвинул обратно каменную кладку.
В туннелях оказалось сухо и холодно. Откуда-то тянуло жестким пыльным воздухом. Путь то сужался, то расширялся, петляя из стороны в сторону. Нур смотрел во все глаза. Ему не давали покоя знакомые очертания. Не выдержав, он спросил.
— Как такое возможно? Я всё детство играл в этих туннелях, но ни разу не находил дорог между постройками.
— Сказал же, переключатели, — Нар-ху довольно крякнул и приступил к пояснениям, — здесь есть древние механизмы, меняющие расположения троп. В обычном состоянии те никак не связаны, но после нажатия нескольких рычагов, мы окажемся прямо у сгоревшего здания.
— Откуда вам это известно? — полюбопытствовал Оис.
— Моя семья передаёт секреты туннелей из поколения в поколение. Не представляю, откуда у них взялись эти знания, но сейчас они нам очень пригодятся.
Вскоре выяснилось, что Нар-ху помнит пути не так хорошо, как раньше. Птицы заплутали. Пару раз зашли в тупик, использовали пять рычагов вместо трёх и оказались наконец у лестницы, ведущей на поверхность. По ощущениям прошло несколько часов. На этот раз чувства не обманули. Было глубоко за полдень, правда вышли птицы не там где собирались. С другой стороны, до библиотеки оказалось даже ближе, чем планировалось.
 
Первые две улицы беглецы пересекли быстро. Вокруг было тихо и пустынно. Город словно вымер, жители или сидели по домам, или укрылись у родни и друзей на окраинах, чтобы оказаться подальше от враждующих стай. Оис чувствовал немногочисленные людские эмоции тут и там, но в основном они представляли собой тупое тревожное ожидание.
Над головами идущих пронеслась крылатая тень. Очень быстро и почти бесшумно. Так летают совы. Нур отскочил в тень ближайшего переулка, остальные последовали его примеру. Не хотелось бы быть замеченными городскими стражниками. Птицы подождали ещё какое-то время, но в небе никого не появилось, видимо, пронесло.
Пара поворотов и за сферическими гнёздами-домиками показались высокие стены библиотеки. Когда птицы вышли на площадь, Оису стало не по себе. Какое-то липкое тревожное предчувствие заползло ему под кожу. Три шага и орла накрыло мощной волной тошноты и безысходности. Оис стал противен сам себе, собственное существование отравляло жизнь. Хотелось орать от злобы и ненависти. Сходу поняв, в чём дело, он заставил себя остановиться и прикрикнуть на товарищей.
— Все назад, ни шагу дальше!
Нар-ху шёл позади, поэтому странное оцепенение его не коснулось. Ему было плохо, но не настолько, чтобы проигнорировать предупреждение. А вот Нур замешкался. Он медленно обернулся, и его влажные глаза сверкнули отчаянием. Оису пришлось срочно хватать того за руку и тащить назад. Благо щит, что он ставил против свежести, помог и от гнили. Сыч не удержался и упал на колени, но быстро опомнился, так как птицы вышли из зоны поражения.
Нар-ху тем временем обеспокоенно тёр предплечье. На нём медленно проступали тёмные волдыри. Оис бросил в него защитной энергией, замедлив, а затем и остановив процесс.
— Что это было? — Голос Нура прозвучал бессильно и сипло. Он тоже начал чесаться, но куда интенсивнее губернатора. Орёл не смог его полностью очистить, поэтому внушил, что тот не чувствует боли. Помогло.
— Это то, о чём я думаю? Мы опоздали? — Глаза Нар-ху стали почти такими же круглыми как у сыча.
— Это определённо гниль, — кивнул Оис, — но для морайских флаконов слишком слабый эффект.
— Слишком слабый? — Нур ошарашенно закашлялся.
— Будь он нормальным, нас бы разъело на месте, — сухо ответил Оис.
Троица с тревогой посмотрела на библиотеку, за окнами кто-то двигался, но больше разобрать не представлялось возможным. Оис сглотнул, необходимо попасть внутрь и оценить масштабы поражения. Но тогда придётся пройти сквозь губительное поле неизвестной концентрации. Гниль, как и свежесть, невидима глазу, оттого и невозможно предсказать, насколько всё плохо.
Выбора нет и медлить нельзя, подпольщики в здании могли нуждаться в помощи.
  
Глава 11. Помощь
 
Мало было Оису самого наличия гнили, так вредоносное пятно начало ещё и расползаться. Телепат понял это по стремительно увядающей траве. Ранее он планировал оставить спутников на безопасном расстоянии. Это уберегло бы их от риска, а его самого от лишних трат. Но не получилось. Граница поражения неумолимо росла, а значит, в скором времени товарищам понадобится защита.
Оис мог обеспечить её лишь с натяжкой. Его ментальная энергия совсем не подходила для подобных дел. Потому орёл надеялся, что на подходе к зданию птиц встретит кто-то из жрецов. Заметит в окне и выбежит на помощь. Вот только до библиотеки нужно ещё дойти, ребята Илы забаррикадировали ту на совесть. Путь преграждали сети колючего кустарника и кривоватые деревянные ежи.
— Подготовьтесь, сейчас нырнём туда снова. Я постараюсь вас защитить, но лучше поторопиться.
Нур серьёзно кивнул, Нар-ху поёжился. Птиц пугала неизвестность, но они держались. Оис сосредоточился, накрывая себя и спутников куполом. Он слегка изменил его структуру, сделав более обтекаемым. Такой щит не отличался прочностью, но при движении нагрузка на него снижалась, что значительно облегчало поддержание. Удобное преимущество, учитывая, что психическое воздействие гнили сбивало концентрацию.