Не сахарные (СИ)

— Ты же любишь игры, — улыбаюсь я, пожимая плечами. Вот тут я его сейчас сделаю! Он в жизни не догадается, с каким вкусом у меня жвачка. — Так что?
Его глаза сверкают, и вместо ответа Руслан слегка подается вперед, накрывая своими теплыми губами мои. Но я совсем не думаю его отталкивать. И когда здравый смысл доходит до меня, было уже очень поздно. Ну и пусть! Я действительно хочу его целовать и поэтому еще больше поддаюсь вперед. Но, кажется, все так быстро заканчивается, особенно, когда слышим голос, обращающийся к нам.
— Слезли с подоконника! — кричит нам кто-то, и я отрываюсь от его губ, первая, слезая с подоконника. Мне должно быть стыдно! Но все не так.
— Это было не честно, — произношу я, поднимая на него глаза. Машинально перевожу взгляд на его губы, и замечаю, как они слегка распухли.
— Тут не было правил, — отвечает он, улыбнувшись.
— И все же ты проиграл, — заявляю я и тянусь за учебником. Как по всей школе разносится звонок на урок. Руслан слазит с подоконника и подходит ближе ко мне.
— Черника, — шепчет он мне в губы и сразу же отходит, заходя в наш кабинет.
Мне совсем не хочется это признавать, но Руслан оказался прав. Я тепло улыбаюсь и следом захожу за ним в кабинет. Надеюсь, нашей сцены с поцелуем кроме той учительницы никто не видел. Как хорошо, что она у нас ничего не ведет. А то я бы сгорела от стыда еще в первую секунду.
***
Как теперь можно жить дальше, осознавая, что Руслан несколько минут назад тебя поцеловал? Чувствовать, как твое сердце замирало и продолжает замирать. Я оборачиваюсь посмотреть на него во время урока, но он увлеченно пишет конспект из учебника. И мне, наверное, стоит делать тоже самое, но мои руки перестают меня слушаться.
— Чего ты не пишешь? — шепотом спрашивает моя соседка по парте. — Зоя Максимовна обещала в конце урока проверить.
— Меня сейчас мало интересует жизнь Пушкина, — произношу я и думаю, нужно же со своей разбираться, а тут Пушкин!
— Потом будешь думать о своем сериале, — бормочет Таська, и я слышу, как она шумно начинает водить ручкой в тетради. — Еще двойки по литературе тебе не хватало.
И в этом Таська права. Еще из-за Журавлева получить двойку по литературе не хватало. Нужно прекращать мечтать, а начинать писать. Хотела бы я сейчас залезть в голову к Руслану и узнать о чем он сейчас думает. Вдруг он решит, что я со всеми так целуюсь?
Я уточняю у Таськи, что именно нужно делать и заставляю себя начать учиться. Как хорошо, что сейчас последний урок и можно спокойно пойти домой. И мне, наверное, повезло, когда Руслан ушел из школы самый первый. И куда ему так приспичило?
— Знаешь, я пойду к Антону и напрямую признаюсь ему в своих чувствах, — на остановке произносит подруга. — Не могу же я вечно ходить около него. Пусть знает!
— А если ты ему не нравишься?
— Зато я хотя бы буду об этом знать. А не мечтать. Ты как думаешь? — интересуется она. А я думаю о том, что Антонов может проболтаться. Это же Витька! Еще вдруг расскажет, что я ему нравлюсь. И как тогда быть?
— Не знаю, — пожимаю я плечами. — Решать тебе.
— Я спрашиваю твоего совета, — отвечает Таська и мне становится ее жалко. Если она ему не скажет, то будет за ним бегать всю жизнь! Надо же было ей влюбиться в Антонова.
По дороге домой я включаю свой плейлист с веселыми песнями. Но, так и не послушав ни единой песни, я выдергиваю наушники и спокойно без музыки иду домой, каждую секунду отвергая мысли о Журавлеве.
  
Глава 20
 
Новый статус для меня.
Самое ужасное, что Руслан не обращает на меня внимание, а Таська интересуется, стоит ли подходить к Антонову. И не важно, что еще не было звонка на первый урок. И даже не стоит обращать внимание, что Журавлев влетел в кабинет, не отрываясь от телефона. Если бы я ему нравилась, он бы подошел и на секунду оторвался от железяки. Как мне кажется это слишком просто.
Вторым уроком была физкультура и Таська снова завела свою шарманку про Антонова.
— После уроков я к нему подойду. Я решила, — уверенно она идет, и мы заходим в девчачью раздевалку. — Пусть он знает, а что будет мне все равно.
 
— Ну, раз ты так решила. Главное не переживай. Может, ты ему нравишься, и все будет хорошо, — стараюсь я улыбнуться и хоть как то поддержать Таську, но как по мне это выходит отстойно. Но Антонов же не скажет ей, что она ему нравится. Если он не дурак, то не станет меня упоминать. Но зная, какой он, дурак все может выйти из-под контроля. Таська мне не простит, что я нравлюсь Антонову. Хотя я в этом совершенно не виновата — это он там себе в голове на придумывал.
— А ты чего не переодеваешься? — кивает на меня подруга. Точно, я же не брала форму. Отлично! Значит, могу позаниматься своими делами. Хотя какие тут могут быть дела, когда такая путаница. Прямо Санта Барбара.
— Да я не брала форму, — спокойно произношу. — Скажу, плохо себя чувствую.
— Все как обычно. Тебе скоро дадут грамоту по непосещению физкультуры, — усмехается Таська.
— Чего мелочиться можно сразу медаль, — улыбаюсь я и чувствую, как в раздевалке становится с каждой секундой все теснее. И как в таком помещении, где несколько классов переодеваются? Тут же нет совершенно место! — Давай я тебя там подожду, — говорю я Таське и выхожу из раздевалки.
— Привет, — слышится рядом со мной, и поднимаю на Руслана глаза. — Чем занимаешься? — я блокирую свой телефон, и Руслан садится рядом со мной на лавочку в спортивном зале.
— Привет, — как можно спокойнее говорю я. — Искала в интернете… — не успеваю договорить я, как слышу Антонов просит мою одноклассницу позвать меня. Он же не знает, что я сижу уже в спортзале. И зачем я ему сдалась? Неужели хочет при Таськи сказать, что я ему нравлюсь? Только не это.
— Так что искала? — повторяет Руслан, и я понимаю, что не договорила, отвлекаясь на Антонова. Я поднимаю на Руслана глаза.
— Давай встречаться, — как можно спокойнее произношу я. А потом понимаю, что я это сказала.
— Ты предлагаешь мне встречаться? Я думал — это я должен делать, — говорит он, натягивая на своем лице улыбку.
— Да. То есть, нет. Не по-настоящему, — начинаю объяснять я и понимаю, что говорю полную ерунду. Но зато это идеальный способ отшить Антонова.
— Не по-настоящему? — переспрашивает Руслан.
— Ты был прав, я нравлюсь Антонову. А если я скажу, что у меня есть парень, то он сразу отстанет от меня, — начинаю объяснять.
— Это ужасная идея. К тому же почему он должен поверить? — поднимает брови Руслан. — Я же тебе не поверил, когда ты сказала, что встречаешься с… Как его зовут? Матвей? — и я демонстративно закатываю глаза.
— Ладно. Я поняла, — произношу я и начинаю вставать со скамейки. — Придумаю, что-нибудь другое, — договариваю я и начинаю отходить от Руслана. Но тут же его теплая рука перехватывает мое запястье.
— Но это же Антонов, он поверит, — отвечает Руслан, и встречаюсь с его карими глазами. Я чувствую, как мы стоим слишком близко. В последний раз это все закончилось поцелуем. Опускаю глаза на его руку и он, почувствовав мой взгляд, отпускает. Но мое запястье все еще продолжает чувствовать его руку, как будто она все еще там находится.
— Значит, ты согласен? — переспрашиваю я, переводя взгляд на его глаза.
— Да.
— Тогда обсудим все после урока, — быстро произношу я, видя, как Таська выходит из раздевалки и махает мне. Но кто сказал, что Руслан послушает меня?
Весь урок я провела сидя на лавочке, потому что не занималась и размышляла наш разговор с Русланом, все прокручивая и прокручивая его заново в своей голове. А когда в конце преподаватель физкультуры отпустил всех и мои одноклассники пошли переодеваться, Журавлев тут выдал чуть ли не на весь спортивный зал.
— Эль, встретимся около турников, — проговорил Журавлев, и мне хотелось его просто убить.
— Хорошо, — говорю ему и чувствую, что все кто шел за нами стали шушукаться. А что теперь делать? Я же сама это все придумала.