Ниочема (СИ)

Эти размышления привели Олега в хорошее расположение духа. Он натянул джинсы, футболку и отправился вниз, приглашать.
Маша была у себя. В простом халатике, уютная и домашняя, она была сейчас необыкновенно мила. Настолько, что мысли Песцова стали принимать вполне определенное направление. Но он вовремя спохватился.
— Привет, Олег, — улыбнулась девушка. — Ты принес новые рисунки?
— Нет, я по другому поводу.
— Очень интересно. И по какому же?
Маша села на кровать, аккуратно расправив на коленях полы халата. При этом ворот чуть приоткрылся, не позволяя ничего разглядеть, но при этом разжигая сильнейшее желание заглянуть.
Олег собрал волю в кулак:
— Мария, позвольте пригласить вас на рождественский бал в императорском дворце, — выпалил он, от волнения перейдя на официальный слог.
— Право слово, я польщена, — в тон ему откликнулась девушка. — Но, к большому сожалению, как раз в этот день я буду занята.
Олег тут же сложил два и два.
— Мы сможем увидеться на балу?
— Возможно, — лукаво улыбнулась Маша. — Но даже если и так, спутницей вашей я быть, увы, не смогу.
— В таком случае, обещайте мне танец.
— Всё в ваших руках, милостивый государь. В бальной книжке не так много страничек.
Олег изобразил на лице страдание и прижал руки к сердцу.
— Что ж, по крайней мере, вы, сударыня, оставляете мне надежду.
Маша звонко рассмеялась.
— Олег, я действительно не могу пойти с тобой, хотя мне бы этого хотелось. — сказала она уже серьезно. — Извини, но мои желания здесь значения не имеют.
Песцов вздохнул:
— Я понимаю.
— Не переживай, это всего лишь бал. А у нас в классе имеется ещё четырнадцать девочек, каждая из которых мечтает взглянуть на него хотя бы через окошко.
И Маша, легко соскочив с кровати, подошла и мимолетно коснулась губами его щеки.
Олег дошел до своей комнаты в состоянии полнейшего внутреннего хаоса. Ведь поцелуя практически и не было, а ощущение от него до сих пор осталось. Зато в голове не осталось ни одной связной мысли. Делать хоть что-то было решительно невозможно. Уйти, что ли, к песцу, помедитировать? Подышать размеренно, успокоить сердце и голову? Пожалуй, это был самый верный вариант. Но — не судьба: у дверей его комнаты стояла Лиза.
— Ты где ходишь? — сходу выкатила она предъяву. — Я стучу-стучу, а тебя, оказывается и нет на месте!
— Тебя искал, — нашелся парень. — Ты что делаешь в следующую субботу, на рождество?
— И где же это ты меня искал? — подозрительно прищурилась Лиза. — Я только что у себя была.
— Э-э-э…
Олег лихорадочно соображал, как бы ему отбрехаться, не накаляя обстановки, но тут на его беду мимо проходила одна девонька, подпевала заносчивых блондинок.
— Да он только что от Машки вышел, — беззастенчиво сдала она Песцова.
Разумеется, Лиза тут же разъярилась.
— Ты! К этой лахудре! Так вот знай: на ближайший месяц я для тебя занята.
— Как знаешь, — равнодушно пожал плечами Олег и повернулся к ябеде.
— Эй ты, — крикнул он вслед удаляющейся с довольным видом девочке.
Та обернулась.
— Как там тебя? Оля, да? Так вот: я это запомнил. И я этого не прощу.
Оля фыркнула и с гордым видом удалилась.
Минус три имени за один вечер! Похоже, выбирать спутницу на бал придется методом исключения. Но этих двух клуш непременно надо наказать. Опять же, ходить и предлагаться каждой однокласснице — это себя не уважать. Но идея на этот счет имеется. И Олег постучался в соседнюю дверь.
 Глава 19 
Витя Полоз из славного города Орла характер имел лёгкий, внешность располагающую к общению, с людьми сходился просто и числился в приятелях почти что у всего класса, вне зависимости от пола. Он и был выбран для реализации хитрого плана.
— Витя, — таинственным голосом начал Олег, — я предлагаю тебе поучаствовать в одном весьма опасном, но страшно интересном деле.
Улыбчивый пацан нордической внешности, классическая белокурая бестия, развернулся к Олегу вместе со стулом.
 
— Ну что ж, излагай.
— Сейчас я открою тебе одну тайну.
— Тайну черепахи Тортиллы? — съехидничал Полоз.
— Бери выше! Тайну Олега Песцова. А твоя задача будет по секрету поведать о ней нашим девчонкам.
— И что потом?
— Увидишь. Но тебе, я уверен, понравится. Это будет такое представление — в цирк ходить не надо.
— Звучит многообещающе. Ну давай, открывай мне свою ужасную тайну.
— У меня имеется приглашение на императорский рождественский бал. Приглашение именное, но на двух человек.
— То есть, ты можешь привести с собой девушку.
— Именно.
— И твоя задача — провести отбор кандидаток.
— Умница.
— Но… ты представляешь, какой поднимется кипешь? Ты уверен, что тебе это нужно?
— Разумеется. Именно это мне и нужно. Потому, что желающих много, а пойдет лишь одна. Но я не могу сам выйти и об этом сказать. На меня тут же накинутся всем скопом, и вместо отбора будет свалка и женская драка с выдранными волосами и расцарапанными лицами. А так — представь: все девчонки будут как бы невзначай ловить меня по углам и словно между делом интересоваться: нет ли у меня лишнего билетика. И каждая будет думать — по крайней мере, поначалу — что остальные еще не в курсе. Ну разве не здорово?
— Ага. А потом, когда они разберутся, то и меня разберут. На запчасти.
— Не, не разберут. Ты же им ни одним словом не соврешь. Скажешь только, что узнал некую информацию по секрету: мол, у Песцова есть приглашение, и он еще не выбрал спутницу. А остальное они сами себе надумают. Более того: ты будешь не всем подряд рассказывать, а только двум-трем, самым сплетницам. А уж те домыслят недостающие детали и разнесут информацию всем остальным.
— Вот этого я и боюсь, как бы чего лишнего не надумали. А у тебя это приглашение действительно есть?
— Разумеется. Хочешь — пошли, покажу.
— Конечно, хочу! Никогда не видел.
Утром среди девочек элитной группы Санкт-Петербургской гимназии для одаренных начались подозрительные переглядывания и перешептывания. Время от времени быстрые взгляды бросались в сторону Песцова. А он сидел за партой, как ни в чем не бывало, решал задачи, отвечал у доски — все, как обычно.
Бурление среди женской половины группы постепенно нарастало, и на большой перемене, по дороге в столовую, Олег был отловлен парочкой блондинок.
— Песцов, есть разговор.
— Слушаю, девушки.
Олег остановился, повернулся и изобразил готовность к диалогу.
— Тут появились слухи, что у тебя имеется приглашение на рождественский бал.
— И что?
— Мы хотим узнать, правда это или нет.
— Хотите на здоровье. Я-то тут причем?
— Ты что, издеваешься? — не выдержала натуральная блондинка.
— А что, так заметно?
— Песцов!
— Ну, Песцов. И дальше что?
— Ты должен немедленно сказать…
— Ну уж нет, девочки, вам я точно ничего не должен. И вообще: идет обед, я есть хочу. Пропустите.
— Пока не скажешь, никуда не пойдешь!
— И чем вы меня собираетесь удерживать? Грудью?
Олег поднял руки и потянулся к интимным местам сразу обеих блондинок.
— Дурак! — отскочила одна.
— Хам! — отпрыгнула другая.
Олег вышел из закутка, где его пытались допросить и повернулся к негодующей парочке.
— Знаете, что я вам скажу?
— Что? — насторожились девчонки.
— В любом случае вам не светит.
И пошел дальше, отмечая в уме: минус два, осталось десять.
На уроках девчонки перешептывались и перебрасывались записками, вызывая неудовольствие учителей. Строгое замечание восстанавливало порядок, но лишь на время. На переменках девичья половина класса собиралась кучками и что-то интенсивно обсуждала, а на уроке вновь начинались шепотки и записки. Время действовать наступило тогда, когда уроки завершились.