Аристократы улиц 2 (СИ)

— Вот поэтому я предпочитаю форму, — улыбнулся Зар.
— Прекрасно. Потому что снять её тебе нескоро удастся.
— Почему?
— Слышал о вчерашней перестрелке на границе Москвы и Рязани?
Яромир хмуро кивнул, а Лучезар воскликнул:
— Конечно! Во всех газетах пишут. Мол, обстановка накаляется, куда смотрит император и всё такое.
— Приведи гвардию в повышенную готовность. Яромир, надо усилить охрану дома.
— Сделаю, — кивнул ведьмак. — К госпоже Белославе тоже пару человек приставлю.
— За неё можно не бояться. Она, как было сказано, не покидает своё новое поместье.
— Она же остаётся членом семьи, не так ли? — буркнул Яромир. — Я за неё по-прежнему отвечаю. Пусть будет пара охранников из наших, так надёжнее.
— Ладно, как скажешь, — не стал спорить я.
— А за госпожой Есенией сам прослежу.
— Я не против, — улыбнулся я. — Ну всё, пора ехать. Думаю, сегодня встречусь с князем Молотовым. Может, удастся убедить его в том, что воевать не стоит.
— Думаешь, получится? — с сомнением хмыкнул ведьмак.
— Вот и я думаю, вряд ли, — покачал головой Лучезар.
— Попробовать стоит, — сказал я. — До встречи.
Я сел в машину, и через полчаса был уже в Петербурге. А если точнее — недалеко от Зимнего дворца. Куда и направился.
Имперская стража тщательно осмотрела машину, потребовала от моего водителя сдать оружие и только потом пропустила.
Выйдя из автомобиля, я огляделся и среди служащих парковки заметил очень уж внимательных сударей в штатском. Агенты Чёрного орла, не иначе. Они всегда тайно следят за безопасностью на императорских мероприятиях.
Дворец и без того был роскошным, а в честь дня рождения правительницы его украсили тысячами живых цветов и специальных артефактов. Всё вокруг сияло, вкусно пахло и переливалось разноцветными волнами.
Сначала состоялся фуршет, где все присутствующие по очереди поздравляли и превозносили нашу императрицу. Эта часть затянулась, несмотря на то, что каждому выступающему давали всего минуту.
Императрица поблагодарила всех собравшихся и предложила перейти к закускам. Бал должен был начаться через час, а после него — состояться торжественный ужин.
Император так и не появился. Вероятно, был занят государственными делами.
Как и сказал агент Шилов, ко мне сразу же проявили много внимания. За полчаса я успел переговорить с несколькими десятками людей. От этого даже голова заболела. Все задавали одни и те же вопросы: про Сибирь, про рекламный бизнес, про то, как мне удалось убедить Влада отменить изгнание.
Сам Владислав тоже был где-то в зале, но я успел заметить его только раз, а потом людские волны нас разделили.
— Добрый вечер, барон, — ко мне подошёл высокий человек с пронзительными голубыми глазами.
Раньше я ни разу не видел князя Молотова вживую. Но по гербу на лацкане фрака сразу понял, кто передо мной.
— Добрый вечер, князь, — я обозначил поклон. — Рад познакомиться.
— Взаимно.
Никита бросил быстрый взгляд по сторонам, и как бы разогнал всех подслушивающих зевак. Вокруг нас образовалось кольцо пустоты. Никто не решался приближаться, но смотрели во все глаза.
— Всегда приятно встретить дальних родственников, не так ли? — понизив голос, спросил Никита.
Вот как. Мы сразу перешли к животрепещущей теме. Похоже, Молотов не из тех, кто любит рассусоливать.
— Не таких уж и дальних, — улыбнулся я. — Мы весьма близки.
— Зависит от того, с какой стороны взглянуть. Как вам живётся под Смоленском, барон? Лучше, чем в Сибири?
— Даже не знаю. Меня и там, и там пытались убить. Впрочем, вы об этом прекрасно знаете, не так ли? Лучше многих.
Никита усмехнулся и сделал глоток шампанского.
— Да, вы правы. Мне хорошо известно о покушениях на членов вашей семьи. Прошу прощения, бывшей семьи. О тех покушениях, что были неудачными, и о тех, что привели к смертям.
Мой Взор едва не вспыхнул сам собой. Не знаю, как получилось сдержаться. Судя по довольной ухмылке Молотова, он был рад тому, что получилось задеть меня.
— Впрочем, началось всё с другого покушения, вы об этом знаете? — спросил он.
 
— Знаю и жалею о том, что так всё получилось, — скрипнув зубами, ответил я. — Думаете, что теперь у вас есть право проливать кровь Тарковских?
— Да.
— И вы думаете, что способны победить нас в войне?
— «Нас»? Мне казалось, вы больше не Тарковский.
— Думаю, для вас не секрет, что я наследник брата и его союзник. А значит — ваш враг, — прямо сказал я.
— Вот оно что, — скучающим тоном сказал Никита. — Значит, мы с вами враги. И одновременно родственники. Это весьма печально, не находите?
— Конечно. Но вы не ответили на мой вопрос о войне.
— Я одержу победу. Вы просто не знаете, какие козыри есть у меня в рукаве, — оскалился Молотов.
— У меня тоже есть козырь, — сказал я. — Мы можем выйти на улицу, ваше высочество? Здесь много лишних ушей.
— Хотите показать мне свой козырь?
— Всего лишь рассказать о нём.
— Вы разожгли моё любопытство, барон Терновский, — Молотов щёлкнул пальцами, подзывая слугу, и вручил ему бокал с недопитым шампанским. — Идёмте.
Мы вышли на крыльцо и отошли подальше от остальных.
— Только не тяните, Эспер, — сказал Никита. — Скоро начнётся бал, я хочу потанцевать.
Я решил, что и правда лучше перейти сразу к делу:
— Мой дедушка, который приходится вам отцом, оставил мне кое-что.
— Интересно, что же?
— Дайте слово, что никому не расскажете.
Молотов приподнял бровь, глядя на меня как-то презрительно. Мол, кто ты такой, чтобы просить у меня слово. Но потом всё же кивнул:
— Хорошо. Только из-за любопытства. Даю слово чести, что это останется между нами.
— Кольцо, — сказал я. — В котором заключена ваша кровь. Стоит мне его применить, и вы тут же умрёте.
  
Глава тридцатая
 
На мгновение я оказался ошеломлён. Но затем решил, что Молотов просто блефует.
Не может такого быть. Зачем дедушке так поступать?
— Конечно, — фыркнул я. — Думаете, я поверю?
— Кольцо вам передал барон Привалов. Ещё один потомок нашего обожаемого Эспера Григорьевича, — сказал Никита. — Две недели назад, не так ли?
Я промолчал, но по моему лицу наверняка всё было видно и так. Уж о таких подробностях Молотов знать не мог — если только ему не выдал информацию сам Привалов.
Такое не исключено, конечно, но…
— Сомневаетесь? — с усмешкой спросил князь. — Понимаю. Вы думали, что держите меня за горло. Но оказалось, что я в этот момент приставил нож вам к животу. Слушайте дальше: вместе с кольцом я получил письмо. Мой отец, он же ваш дед, писал вот что.
Молотов кашлянул и заговорил, будто актёр на сцене:
— Не используй его без крайней необходимости, сын мой. Знай, что род Тарковских для меня важнее. Помни, что я сохранил тебе жизнь, хотя мог бы отнять. Ты должен решить, стоит ли неправедная власть того, чтобы проливать родную кровь.
Тон текста был весьма похож на тот, что я читал в своём письме. Так что мои сомнения таяли с каждой секундой. Одновременно с уверенностью, как это ни парадоксально.
Никита коротко рассмеялся и сказал:
— Подонок. Воспользовался моей матерью, устроил такой бардак. Родная кровь, написал он! Если хочешь знать, на самом деле я не считаю вас родными, Эспер.
— Понимаю, — сказал я. — Ну и что теперь? Сыграем в игру «кто первым активирует кольцо»?
— О нет. Это будет, пожалуй, опаснее русской рулетки, — сказал Молотов. — Предлагаю просто обменяться кольцами. Это будет честно, как думаешь? Мы оба избавимся от угрозы внезапной смерти.
— Но тогда случится война, — я посмотрел на Никиту исподлобья.
— Обязательно случится, — кивнул он. — Это уже неизбежно.
— Предлагаю другой вариант. Мы оставляем кольца у себя, но клянёмся их не использовать. Взамен — нейтралитет между княжествами. Никакой войны.
— Почему ты так переживаешь из-за этого? Погибать на этой войне за нас будут другие. А нам с тобой стоит обезопасить себя.