Дитя любви
Джаспер всегда чуял грех. Грех был повсюду, и лишь им, Джаспером, не могли овладеть греховные помыслы.
Голоса все приближались. Я посмотрела на Джоселина и чуть не умерла от беспокойства.
Будь с нами Ли... Но Ли здесь не было, да я и представить себе не могла, что бы он мог посоветовать нам. Стук гальки под чьими-то шагами, и лай собак, нескольких собак!
Мы сидели, прижавшись друг к другу, на жестких камнях пещеры, и внезапно Джоселин взял мою руку. Он поцеловал ее и сжал в ладонях. Я прошептала:
- Кто-то идет по пляжу. Они направляются сюда!
- С собаками, - сказал он.
- Джоселин, вы считаете... Он кивнул:
- Нас предали! О, Присцилла, все кончено для меня, для нас! Но, может быть, они просто гуляют?
"Гуляют! - подумала я. - Зимним днем с нависшими свинцовыми облаками! Гуляют по пляжу с собаками! До ближайшего дома отсюда почти миля. Ли упоминал об этом, когда расписывал, какое это хорошее место для укрытия".
- Давайте зайдем поглубже в пещеру, - прошептала я. Мы забились в одну из ниш, не забыв прихватить вещи с собой. Скала шла, подобно выступу, и, встав на колени, мы не смогли пробраться еще дальше. Мы легли на землю и прижались друг к другу. Джоселин обнял меня, и мы замерли, лежа в этом тесном углублении под нависающей скалой.
Наши сердца громко бились. Шаги звучали все ближе и ближе. Собаки продолжали лаять.
Лицо Джоселина было совсем рядом с моим, губы его прижимались к моей щеке.
- Вам не следовало приезжать сюда, - прошептал он. - Вы...
- Бруно! Бруно! - раздался мужской голос. - Что ты там нашел?
Собаки лаяли. Теперь они были совсем близко. Я ужасно боялась за Джоселина. В те секунды я думала, что никогда уже больше не буду радоваться жизни. Они увезут его и убьют, как его отца. Ближе и ближе. Уже совсем рядом.
- Я непременно должен сказать это, - вымолвил Джоселин. - Это моя последняя возможность: я люблю вас!
Я сжала ему рот ладонью. У входа в пещеру появилась чья-то тень. Это была одна из собак. Она направилась к нам. Я услышала, как кто-то позвал:
- Бруно!
Пес замер над нами. Я вспомнила наших собак и, как можно спокойнее, произнесла:
- Хороший Бруно!
Он гавкнул, после чего повернулся и выбежал из пещеры. До нас донесся смех хозяина.
- Босун, Босун, ко мне! И ты тоже, Бруно! Мы лежали, боясь шевельнуться, руки Джоселина прижимали меня к себе. Мы боялись вздохнуть, и вдруг я поняла, что никто идти в пещеру за псами не собирается. Звук голосов постепенно стал отдаляться.
- Они ушли! - прошептала я. - Они не искали нас, они действительно просто вышли на прогулку!
Мною овладел нервный смех, и я громко рассмеялась, но потом так же внезапно я остановилась.
- А вдруг это уловка? Но они легко могли схватить нас, если бы действительно искали?
Я выбралась из-под скалы и встала. Джоселин последовал за мной.
Я вышла из пещеры. Вдоль пляжа, сопровождаемые собаками, шли двое мужчин. Один из них поднял камешек и швырнул его вперед. Собаки наперегонки помчались за ним.
Все переживания остались позади, но случилось еще кое-что: Джоселин взял мою руку и поцеловал ее.
- Теперь вы все знаете! - сказал он. Я отвернулась и посмотрела на море, серое, с белыми барашками на гребнях волн. Ветром заносило брызги соленой воды далеко на пляж.
- Здесь очень опасно, - сказала я. - Ли скоро вернется.
- Но тогда я вынужден буду уехать!
- Скорей всего, к Харриет.
- Вы часто навещаете ее?
- О да, я ее любимица.
- Я не хочу уезжать, если это означает разлуку с вами!
- Вы должны уехать туда, где будете в безопасности.
Внезапно он поцеловал меня.
- Это было прекрасное приключение! - сказал он.
- Оно еще не закончилось, - напомнила я ему. Мы опустились на гальку, и он сказал:
- Если бы вы были постарше, мы могли бы пожениться!
- Сказали бы, что я слишком молода для этого?
- Люди и женятся молодыми! Когда все закончится, я буду просить у родителей вашей руки! Вы согласны?
- Я знаю людей, которые выходили замуж и женились без их согласия на это!
- Но только не вы! Уверен, вы бы нашли какой-нибудь способ избежать нежелательного союза! О, Присцилла, мне кажется, вы питаете ко мне какие-то чувства и вас не раздражает то, что я с вами так говорю.
- В эту секунду я не могу думать ни о чем, кроме вашего счастливого спасения! Я была ужасно напугана, Джоселин, а вы?
Он некоторое время молчал, после чего промолвил:
- Да, я думал, что пришли за мной, думал, это конец! Когда забрали моего отца, а через какое-то время убили его - они назвали это "казнью", а я называю это "убийством", - что-то случилось со мной. Я решил, что бороться с судьбой бесполезно. А когда я лежал и сжимал вас в своих объятиях, то подумал:
"Это - конец, но перед тем, как умереть, я встретил Присциллу, и свело меня с ней все это!" Видите ли, это что-то вроде подарка судьбы!
- Вы философ!
- Возможно, и, если мне суждено умереть, я умру, но если судьба будет благосклонна ко мне и убережет, тогда я смогу подумать о будущем, и, Присцилла, я хочу, чтобы вы разделили его со мной!
- Вы почти не знаете меня!
- В обстоятельствах, подобных этому, знакомство очень быстро перерастает в дружбу, а дружба - в любовь! Вы многим рисковали ради меня!
- Не я одна!
- Но больше всего я ценю то, что сделали вы! Что бы ни случилось, я никогда не забуду те мгновения в пещере, когда вы лежали, прижавшись ко мне, и сердце ваше наполнялось страхом, страхом за меня! Я буду помнить это всю жизнь, но ничего бы не случилось, если бы не было того, что я пережил в недавнем прошлом! За вещи, которые многого стоят, надо расплачиваться!
- Вы, действительно, философ!
- Жизнь сделала нас такими, какие мы есть, и я знаю, что буду любить вас до самой своей смерти! Присцилла, когда все это закончится...
Я почувствовала радость. Слишком многое произошло за такое короткое время: это происшествие и просьба выйти замуж! А мне было всего четырнадцать лет! Дома ко мне относились, как к маленькому ребенку, и Ли обо мне был такого же мнения: маленькая сестренка! Как я обижалась, когда он говорил мне это!
- Присцилла, - продолжал Джоселин, - а вы будете помнить сегодняшний день? Услышит ли этот пустынный пляж нашу клятву?