Граф Суворов. Книга 4

Спорить с учителем совершенно не хотелось. Тем более что хоть в этом мире и не существовало ядерного оружия, но вот со средствами взаимного уничтожения всё было просто прекрасно. И хотя ни одно государство не говорило, что ими располагает, следы в виде зон диссонанса прямо говорили о том, что оружие огромной разрушительной силы, способное опустошать целые области, в этом мире имеется.
А уж последствия… хотя в учебниках и на лекциях нам и говорили, что в зоне диссонанса не выживает ничего, в тех же учебниках искажённые значились как жертвы несчастных случаев и экспериментов с использованием диссонанса. Сложить два и два в уме было нетрудно. Что не объясняло существования такого феномена в принципе…
– Ну что, пожелаешь мне удачи? – спросил бодрящийся Таран через полчаса, начиная готовиться к схватке с Гербом. Его противник выглядел более чем уверено, но и бурят за последние полгода сильно продвинулся вперёд. Жаль только пиковый выход силы маловат… а то я бы поставил на него свои деньги.
– Удачи, она тебе понадобится, – усмехнулся я, заглянув в планшет, которым начал пользоваться после приобретения второго камня. – Ого, букмекеры считают так же, на тебя можно поставить десять к одному…
– Ну да, – вздохнул бурят. – Не слишком-то в меня верят. Что ты, что эти…
– Да нет, я в тебя верю, даже больше – надеюсь на твою победу. Хмм… а как насчёт… Победить хочешь? Правда, есть немалый шанс, что тогда в завтрашнем бою ты вообще ничего против меня не покажешь. Но зато шанс, – озарённый внезапной догадкой, проговорил я.
– Ты же сам против наркоты всю нашу роту построил, ребята кашлянуть лишний раз боятся, пиво безалкогольное пьют, – удивлённо уставился на меня Таран.
– И это правильно. Нечего организм травить, когда его можно перенапрячь другим способом, – усмехнулся я, разминая пальцы. – Так что? Готов рискнуть?
– Для того чтобы этого крысёныша в пыль втоптать? Готов! – решительно проговорил Таран, и я усмехнулся.
– Хорошо. У тебя будет пять минут максимум. Задержи дыхание и постарайся не дёргаться, – ответил я, начав принудительное раскрытие его чакр и заливая в меридианы собственную прану. Таран тяжело засопел, морщась от боли, но стерпел стоически, ни разу даже не пикнув. Но стоило ему открыть глаза, как парень поплыл и с силой зажмурился.
– Ох… что-то мне нехорошо, – пробормотал он, попробовав плавно опуститься на скамейку, но вместо этого рухнул как подкошенный, не рассчитав скорость. – Перед глазами всё троится и волнами разноцветными идёт.
– Нормально, это ты просто начал видеть конструкты, – шёпотом объяснил я, помогая буряту подняться. – Доспех удержит тебя на ногах, а скорости должно как раз хватить, чтобы отражать атаки Герба и возвращать ему диски. Постарайся справиться, но, если не выйдет, ничего страшного, завтра я за тебя отомщу.
– Ну нет. Я сам, – прорычал Таран, вскакивая. Он, наверное, хотел плавно подняться, но не рассчитал приложенную скорость, так что взлетел пулей и едва устоял на ногах, чуть расставив руки в стороны для равновесия. – У тебя такое что… постоянно?
– Ага, сам удивляюсь, как ещё с ума не сошёл. Только ни слова остальным, – ответил я, помогая буряту забраться в доспех. – Помни, пять минут. Плавно, размеренно, не спеши, просто уделай этого придурка и возвращайся с победой.
– Сделаю, – кивнул Таран и чуть не расшиб себе лоб о край доспеха. Вздохнув, он всё же забрался в мягкую подкладку, и я с облегчением защёлкнул крышку брони. Ну, по крайней мере, в доспехе при таком усилении он себе ничего не сломает. Не должен… вроде…
– Отборочный бой, полуфинал училища, выступают Геннадий Беляков с одной стороны и Ивель Тайон с другой. Противники, на арену! – объявил судья, а я метнулся к кассам букмекеров, установленным прямо в зрительских ложах. Дружба дружбой – а денежки мне пригодятся. Тем более 10 к 1. Грех не поставить!
– Двести рублей на Ивеля, – сказал я, выкладывая пачку из внутреннего кармана кителя. – Быстрей, прошу вас.
– Ставка десять к одному, ставка принята, – флегматично ответила кассир, выдав мне чек, а на арене уже разгорелся бой.
  
Когда я подбежал к экрану, зрители шумели, не в силах понять, что происходит. Ещё бы, два противника стояли друг напротив друга, не шевелясь, а на бетоне между ними только появлялись глубокие царапины, какие-то отметины, и в песок вокруг центрального пятачка то и дело врезались конструкты, поднимая облачка пыли.
К сожалению, через экран я не видел аур и разводов конструктов, пришлось улавливать их движения по обозначенным Симеоном признакам. Кажется, противники совершенно отказались от прессов и щитов, сконцентрировавшись на дисках. Но даже руками не шевелили, чтобы не подсказывать врагу, что происходит.
Больше минуты длилось сражение на грани, и Герб не выдержал первым. Геннадий выхватил саблю и почти сразу взмахнул ей, одновременно запуская в бурята снаряд. Его конструкты должны быть мощнее, быстрее и плотнее. Если, конечно, Таран не приберёг в кармане чего-то более существенного.
Вот бурят тоже выхватил саблю, отмахнулся от чего-то невидимого левой рукой и, присев, бросился в атаку. Стальные гиганты с дребезгом столкнулись в центре бетонного пятачка, Герб легко отразил атаку саблей, но Таран и не думал биться честно – поймав момент со всей силы, ударил противника кулаком по шлему.
Вряд ли гул из колонок передавал всю прелесть ощущений Гены, но, покачнувшись, он всё же устоял на ногах и ударил противника в упор. Скорее всего, снова диском. По крайней мере, бурята сложило почти пополам и отбросило к противоположному краю платформы. Не теряя ни секунды, Герб подскочил к противнику, но вместо того, чтобы пнуть его или ударить конструктом, начал опускать руку с саблей.
Не успел.
Схватив его за ногу, Таран просто перекувырнулся на другой бок, роняя и увлекая противника за собой, и Гена, потеряв равновесие, шлёпнулся головой вниз, в песок. После чего буряту оставалось только сесть на противника, вдавливая обеими руками шлем в песок и не позволяя подняться.
– Десять! – закончил считать судья. – Всё! Бой окончен! Победитель полуфинала второй группы – Ивель Тайон!
– Идите ко мне, мои денежки, – довольно произнёс я, складывая ассигнации «сотки» во внутренний карман и стараясь, чтобы никто не заметил происходящего. Как назло, именно в этот момент у меня завибрировал телефон, и на экране появилось имя, которое я совершенно точно в него ещё не вбивал. Инга Лугуй – княжна Ляпинская.
 
Глава 3
 
– Приветствую вас, ваше сиятельство, чем обязан? – удивлённо спросил я, прижимая трубку плечом к уху и одновременно запихивая последние купюры во внутренний карман кадетского кителя.
Меня буквально разрывало на части. С одной стороны, я внезапно стал богаче на две тысячи рублей, и эти деньги надо срочно отнести в банк, от греха подальше. С другой – я должен вытащить из доспеха друга и остановить перегрузку его организма. С третьей, если меня верно информировали, у княжны может быть выход на оппозицию, которая сейчас, после свадьбы с Гавриилом, станет значительно активней.
Выбрал я, естественно, друга, но и деньги распихать успел, и трубку не выпускал.
– Вы меня узнали? Приятно, когда молодой человек выполняет обещания, даже данные мимоходом, – ответила Инга, и я почувствовал, как потеплел её голос. Прекрасно, значит, это не проделки моего своевольного телефона и не обычное дело с определителем номера. Нужно будет поблагодарить кого-то очень предусмотрительного в службе безопасности Суворовых.
– Как я могу забыть вас, – произнёс я, отодвигая медика из ордена Асклепия, уже склонившегося над Тараном.
– Что вы себе позволяете?! Вы мешаете проведению… – проговорил врач, но я, не обращая на него внимания, схватил Тарана за шкирку и повернул к себе лицом.
– Прошу прощения, ваше сиятельство, одну секунду, – проговорил я, отложив трубку. Пройдя кончиками пальцев по меридианам, я вывел паразитические токи, остатки моей праны в теле Тарана прочь и, не сдерживаясь, влепил ему пощёчину. – На меня смотреть, боец! Сколько пальцев показываю?!