Начать заново (СИ)

Когда я перевела взгляд на циферблат, засмотревшись на хмурые статуи горгулий на башне, то поняла, что отведенное на небольшую паузу время было исчерпано. В дверь аккуратно постучали и меня пригласили для беседы.
Длинные коридоры тянулись нескончаемым лабиринтом. И похоже дворецкий обладал встроенным компасом внутри себя, иначе в этих путаных галереях можно было просто заблудиться, нечаянно свернув не у той вазы. Я не представляла, как сюда можно было забраться, чтобы что-то украсть, так как каждая дверь была оснащена магическим контуром, а стены искрились от магии. Как вообще здесь что-то можно было найти, не зная точного места нахождения. Это как иголку в стоге сена искать. В огромной зале я отвлеклась от грустных мыслей о невозможном. Живописные портреты в огромных золотых рамах с вензелями украшали путь и притягивали взгляд, напоминая, кому принадлежит этот гений инженерной и архитектурной мысли. Я остановилась около огромного изображения в несколько человеческих ростов, на котором было изображено вероятно семейство Рассел. Светловолосый мальчик выделялся на общем фоне черноволосого хмурого семейства. Властные черты матери и угловатое отца не испортили милое лицо мальчишки с закравшейся смешинкой в глазах. Глава семейства, стоявший за спиной супруги, расположившейся на кресле, смотрел на зрителя твердым прямым взглядом человека, явно привыкшего, что все его указания исполняются в то же мгновение. Повелительная аура так и сквозила через масло. Пара темноволосых мальчишек-близнецов сидели на коленях у строгой женщины, по всей видимости, являвшейся бабушкой. На фоне такого чисто «темного» семейства мальчик с пшеничными волосами вызывал вопросы. Но долго мне разглядывать семейное наследие не дали, а поторопили на выход. Кто же вы Рим Рассел? Приемный сын? Впрочем, какое мне дело?
Наконец-то мы достигли арочного свода, ведущего в оранжерею. Дендрариум буйно цвел, пах влагой и землей, создавая иллюзию джунглей. В факелах по периметру пылал баснословно дорогой магический огонь, переливаясь радужным светом. В центре небольшой площадки стоял мужчина, сменивший костюм на черные брюки и графитовую льняную рубашку с закатанными рукавами на крепких предплечьях. По протоколу это было допустимо лишь наедине с домашними.
— Вы пришли. — чуть улыбнулся мужчина и его серые глаза оглядели отсутствие платья. Вернее, его наличие, но не того, что ожидалось.
— Разве у меня был выбор? — удивилась его фразе.
— Разумеется. — он подал руку, предлагая локоть, что выбило меня из колеи окончательно, заставив прищуриться. Он усмехнулся. — Не бойтесь, Таяна.
— Вы должны понимать, что мне как молодой девушке точно следует быть осторожной. — я приняла локоть и мы медленно шли по выложенной красивым камнем дорожке. Мысленно мне стало смешно от сказанной фразы. Ведь все, что я делала в последнее время, было антонимом таким словам как «осторожность» и «осмотрительность».
— Бесспорно. Но вы уже здесь. Разве с вами происходит нечто нежелательное?
— Пока нет. Но вы бизнесмен, господин Рассел, с вами не может быть просто.
— Вы причисляете нас в отдельную касту, леди Тесс? — усмешка просквозила через сказанную фразу.
— Просто знаю, что есть привычка мыслить определенным образом.
— Интересная точка зрения.
Я повернулась к нему, пытаясь хоть что-то прочитать на лице. Что это? Локоть, прогулка? Полуулыбка?
— Это ведь не просто блажь — заплатить за девушку сто золотых. Хочу заметить, в контракте прописаны моменты насилия и интима. Без согласия на то служащего эти действия аннулируют сделку.
— А вы читали документ.
— Естественно.
— Таяна, — обратился ко мне виз-а-ви, — будьте моей гостьей эти три дня. — не спросил, утвердил.
— Гостьей? — скептически посмотрела на мужчину, которому я еле-еле доходила до плеча.
— Да. Вы голодны? — мы завернули мягкой дугой по дорожке и оказались в зоне, где по центру стоял длинный стол, накрытый белоснежной скатертью. Приборов было всего на пару человек. На блюде лежала свежая выпечка с кунжутом. Легкие закуски с океана и кувшин с красным вином. Я оглядела атмосферу. Прозрачный купол утопал в густых сумерках, из-за горизонта выплывала желтоватая луна. Мягкий живой огонь делал атмосферу, наполненной чем-то особым. Проходя мимо него, я невольно засмотрелась на родную стихию и потянулась к ней рукой. Пламя лизнуло мне руку, но не обожгло. На секунду я увидела, как огонек вспыхнул и в глазах собеседника, но лишь на миг. Хотя, может, это просто отблеск огня? Кто знает? Он быстро проговорил:
 
— После суматошного, но весьма удачного дня, я просто умираю с голоду. Предлагаю трапезу. — мужчина отодвинул мне стул и весь его вид выражал дружелюбие и заинтересованность. Не знаю почему, но мне везде чудился подвох.
— Вы всегда так галантны к людям с рабским клеймом? — не смогла удержаться от сарказма и положила накрахмаленную салфетку на колени.
— Когда в них заинтересован, да.
— Приятно осознавать, что вас мог заинтересовать обычный маг.
— Вы еще и скромны, леди Тесс. Это благодетель.
Нет, черт подери, я просто боюсь оказаться еще кому-то нужной! Терпеть не могу быть пешкой в чьих-то ни было руках! Не дай Единый опять вляпаться в подобную историю!
— Долмена страдает дефицитом благодетельных девушек? — я проследила, как из ближайших экзотических кустов вынырнул слуга и поставил передо мной тарелку с диковинным салатом.
— Честно говоря, не знаю. — ответил мужчина, отогнав официанта, решив самолично налить мне вина.
— Вы не ходите на проповедь? Или в целом не озабочены поиском благодетельных дам? Говорят, долменцы очень консервативны и набожны. — позволила себе легкую улыбку на собственную дерзость.
— У меня своя часовня и молельщик.
— Значит, замаливать грехи вам без надобности? Все куплено. — он вдруг рассмеялся на мои слова.
— Вы забавны, леди Тесс. И явно не та, за кого вас можно принять по первому впечатлению.
— Скорее дурно воспитана, как сказала бы моя матушка. — аккуратно разрезала розоватую креветку нужным прибором, вспоминая родителей.
— Уверен, каждый родитель хочет, чтобы его ребенок был…
— Безупречным? — продолжила за него. На что он улыбнулся.
— Я хотел сказать лучшим, но ваша формулировка тоже подходит.
— Вы необычны. — позволила я себе комплимент. Не могу представить, чтобы граф Риверский купил девицу на «бирже труда» и усадил ее за хозяйский стол. Может, Рим Рассел не любитель алых кварталов, а любит словить удачу вот в такой вот лотерее? Но если он читал контракт, то в чем подвох?
— Мне говорили. — легко улыбнулся он. — Вам нравится?
— Креветки? — уточнила я, разрезая очередного моллюска.
— Здесь.
— Симпатичный замок. — кинула я взгляд, на загибающуюся буквой «П» часть строения, что была видна свозь стекло. Теплые огни подсвечивали красивые барельефы. — Но пусто. — вспомнила я безлюдные каменные коридоры.
— Послезавтра здесь будет много людей. — почему-то последнее слово мужчина выделил особо. Или мне показалось?
— Что же будет послезавтра? — спросила я, пригубив лишь капельку красного вина для вида.
— Бал. — его лицо озарилось заразительной улыбкой и внимательным взглядом. — Вижу вы не заинтересованы. — кажется, в тоне прозвучало разочарование.
— Не имею привычки желать чужой жизни. — пожала я плечами.
— Интересная формулировка. Мне казалось, юные леди крайне щепетильны к таким мероприятиям. Как в сказке про леди Анабель. Помните?
— Неужели вам читали Дэвиса Райса? — приподняла я бровь.
— У меня была хорошая няня.
Я хмыкнула и продолжила терзать салатный лист.
— Что это значит?
— Что? — удивилась я.
— Это «хм» передразнил он меня. — на что я невольно усмехнулась.
— Просто подумалось, что детей аристократов всех растят одинаково.
— Это как? — пригубил он вино.
— Сбрасывают на чужие руки и хорошо, если хотя бы раз в день заглянут, чтобы проверить чадо.