Ненавижу Волкова! (СИ)
— Ника, солнышко, ну что ты, — зашептал, притягивая ее в объятия. Погладил по спине, прижал к груди. — Не плачь, слышишь? Все хорошо, все уже позади. Лешка — урод и скотина, но с ним я разберусь. А ты не бери в голову, ладно?
Ника отстранилась и подняла на меня зареванные глаза. Господи, какая же она сейчас трогательная, беззащитная! Так и хочется закрыть собой от всего мира, оградить от любых бед и напастей.
— Макс, прости, — пролепетала она, кусая губы. — Я не хотела, чтобы ты это слышал. Леша… он как с цепи сорвался. То орет как ненормальный, то рыдает в трубку. Грозится Кристину в жены взять, лишь бы меня позлить. А то вдруг начинает умолять вернуться и простить его. Совсем крышей поехал!
Я стиснул зубы, борясь с желанием немедленно ринуться к Лехе и набить ему морду. Вот же сволочь, а! Ни стыда ни совести. Мало того, что кинул Нику с разбитым сердцем. Так теперь еще и угрозами давит, на жалость давит. Тоже мне, папаша выискался!
— Плюнь ты на него, — решительно отрезал я, заглянув Нике в глаза. — Леха как был кобелем, так и остался. Ему ни ты, ни ребенок на хрен не сдались. Просто самолюбие уязвлено, что ты меня предпочла. Вот и бесится теперь.
— Думаешь? — слабо улыбнулась она. — Может ты и прав. Просто он так убедительно говорил, так слезно молил простить. Обещал научиться быть хорошим отцом, измениться ради нас с малышом. Черт, ну почему мне так сложно разобраться в себе? Почему я до сих пор сомневаюсь?
Я притянул ее к себе, коснулся губами влажного виска. От знакомого аромата ее волос сладко защемило в груди. Господи, ну за что мне такое счастье? Чем я заслужил эту потрясающую, удивительную женщину? И плевать, чей там ребенок! Я в любом случае буду любить их обоих до потери пульса. Лишь бы Ника была рядом.
— Ты ни в чем не виновата, слышишь? — горячо зашептал ей на ухо. — Все мы люди, все ошибаемся. Лешка был твоей первой любовью, я понимаю. Избавиться от привязанности к нему сложно, никто и не требует. Просто поверь, что со мной ты будешь счастлива. Я сделаю для этого все, обещаю!
Ника судорожно всхлипнула и крепче прижалась ко мне. Спрятала лицо у меня на груди, обвила руками шею. Сердце заходилось в бешеном ритме, в голове шумело от нежности и восторга. Неужели свершилось? Неужели моя девочка окончательно и бесповоротно выбрала меня?
— Спасибо, — глухо пробормотала она куда-то мне в плечо. — Спасибо, что ты рядом, Макс.
41
Я сидела на кухне, задумчиво поглаживая округлившийся животик. В голове роилось множество мыслей и переживаний. Душу терзали противоречивые чувства — с одной стороны, безграничное счастье от будущей встречи с малышом, с другой — страх и неуверенность в собственных силах.
Макс, напевая что-то себе под нос, колдовал у плиты. От него исходили волны умиротворения и надежности. Казалось, ничто не способно пошатнуть эту каменную стену, за которой можно спрятаться от всех невзгод мира.
Встретившись со мной взглядом, он ободряюще улыбнулся. Сердце замерло от внезапно нахлынувшей нежности. Господи, чем я заслужила такого потрясающего мужчину? Сильного, верного, понимающего. Идеального во всех отношениях.
— Эй, ты чего притихла? — участливо поинтересовался Макс, усаживаясь напротив. Протянул руку, ласково накрыл мои пальцы своими. — Опять накручиваешь себя почем зря? Выбрось из головы дурные мысли, солнышко. Все у нас будет замечательно, вот увидишь!
Я через силу улыбнулась и кивнула. И впрямь, о чем это я? Пора перестать трусить и начать смотреть в будущее с оптимизмом. Скоро мы станем родителями, разделим безграничную любовь к ребенку. Что может быть прекраснее?
— Знаешь, надо бы уже об имени малыша подумать, — произнесла я, прочистив горло. Голос звучал хрипловато и неуверенно. — Ну, чтобы заранее привыкать, что ли. Как считаешь?
Макс на секунду задумался. По лицу пробежала тень сомнения — видимо, вопрос застиг его врасплох. Но спустя мгновение глаза снова засветились теплотой — он был готов поддержать любой мой каприз.
— Честно говоря, я как-то не загадывал, — признался он с легкой улыбкой. — Думал, у нас еще уйма времени определиться. Но раз ты спрашиваешь, могу предложить кое-что навскидку…
— И что же? — с любопытством подалась я вперед. — Поделись соображениями, мне очень интересно!
Макс смущенно потер шею, но глаза блестели озорством.
— Ну, если родится мальчик, можно назвать его Иваном, — предложил он. — В честь моего деда. Сильное, надежное имя. А еще мне нравится Тимофей. Звучит красиво, с характером.
Я задумчиво покусала губу. Предложения мне понравились. Особенно про Ивана — в самом деле хорошая мысль, запоминающееся имя.
— А для девочки? — уточнила с улыбкой. — Уже присмотрел что-нибудь?
Макс хитро прищурился. Видно было, что он уже обдумывал этот вопрос. И ответ заготовил обстоятельный.
— Полина мне кажется симпатичным вариантом, — принялся перечислять он. — Или Александра. Можно сокращенно звать Сашей. Мелодично и со значением — защитница людей.
От его слов у меня потеплело на душе. Приятно было сознавать, что Макс тоже думал о нашем ребенке. Искал подходящие имена, примерял их, так сказать. Интересно, почему раньше не заговаривал об этом?
— Здорово! — одобрительно кивнула я. — Мне нравится и Иван, и Полина. Надо будет на досуге обмозговать, прикинуть все "за" и "против". Главное, чтобы тебе тоже по душе пришлось.
Макс довольно улыбнулся. По лицу было видно, что он рад моей поддержке. Осторожно погладил мой живот, будто здороваясь с малышом. Сердце затрепетало от этого трогательного жеста.
— Согласен, тут спешка ни к чему, — задумчиво произнес он. — В конце концов, как ребенка ни назови, он все равно будет самым любимым и желанным. Лишь бы здоровеньким рос.
Я растроганно шмыгнула носом. До чего же у меня заботливый и чуткий мужчина! Всегда знает, что сказать, как утешить и ободрить. С ним не страшны никакие трудности и передряги.
Какое-то время мы сидели молча, погруженные каждый в свои мысли. А потом Макс вдруг помрачнел и отвел взгляд. Будто на ум ему пришло что-то не слишком приятное.
— Ника, послушай… — произнес он, прочистив горло. Голос прозвучал непривычно глухо, с едва различимой дрожью. — Я тут подумал… Может, нам стоит узаконить отношения? Ну, знаешь, расписаться, пожениться? Сейчас самое подходящее время, как по мне. Ребенок вот-вот родится, и…
У меня брови на лоб полезли от изумления. Вот так поворот! Уж от кого-кого, а от своего неромантичного Макса я такого точно не ожидала. Он ведь никогда особо не задумывался о браке, считал это пустой формальностью.
— Макс, ты это серьезно? — выдохнула я, ошарашенно хлопая ресницами. Почувствовала, как бешено застучало сердце, а щеки запылали огнем. — Ты же сам всегда говорил, что штамп в паспорте — ерунда… И вообще, мы ведь совсем недавно начали жить вместе, куда торопиться?
Он смущенно улыбнулся, опустив взгляд. Надо же, а ведь нервничает, бедняга! Пальцы подрагивают, скулы порозовели. Видимо, долго собирался с мыслями, прежде чем озвучить свое предложение.
— Ника, пойми… — произнес Макс тихо, но твердо. — Я люблю тебя. Сильнее жизни люблю, и ты об этом знаешь. И малыша нашего тоже безумно жду, не представляю, как справлюсь с нахлынувшим счастьем. Разве ты не хочешь скрепить нашу семью узами брака? По закону, по-человечески…
У меня голова пошла кругом от противоречивых чувств. С одной стороны, сердце пело от восторга — ведь это предложение руки и сердца, пусть и не совсем типичное. С другой — разум нашептывал, что рано, что мы еще не готовы к таким кардинальным переменам.
Да и потом, куда торопиться? Сначала нужно разобраться с малышом, привыкнуть к роли родителей. Сейчас не время думать о свадьбе и прочих глобальных вещах. Надо сосредоточиться на насущных проблемах.
Видимо, вся эта сумятица отразилась у меня на лице. Макс тревожно нахмурился, в глазах появилось затравленное выражение. Кажется, он уже пожалел о своих словах, испугался моей реакции.