Мать не одиночка (СИ)

Все мои тревоги и сомнения стали реальными, когда мама явилась ко мне с утра пораньше, помочь собраться. Когда только снюхаться с Иваном успела неясно, потому что я их даже познакомить не успела.
— Я никуда с ним не поеду. — самоуверенно заявила я, и как обычно не торопясь, готовила себе завтрак, пока Егор мирно спал в своей кроватке.
— А я сказала поедешь. — мама не могла повышать голоса, а стало быть, ткнула палец свой указующий мне, что делать в стол с такой силой, что тот побелел на кончике, и глаза ее возмущенно лезли наружу.
— Тебе если надо куда-то, так ты и езжай, а я с Егором тут остаюсь. — заявила это, прямо глядя матери в глаза, сдерживая порыв позвонить этому тихушнику, который мне полусловом не обмолвился, зато маму мою успел агитировать и на свою сторонку перетянуть.
Как раз в свои излюбленные рамки пяти дней уложился.
— Да кто тебя спрашивает?! Если не хочешь свои вещи собирать, так я сама накидаю в сумку первого попавшегося и претензий не приму, что ни того положила. — мама рванула в комнату, я за ней, только где мне свои вещи отбивать, когда Егора мама разбудила своим порывом.
— Ты мне еще спасибо потом скажешь. Думаешь мне легко было тебя растить хоть ты и девочка? А у тебя сын, вообще-то, ему отец нужен! — пока я занималась ребенком, мама скидывала вещи мои в сумку, какие под руку попадали.
— И что толку что у Ивана отец имеется? Людей людьми не считает. Вижу цель не вижу препятствий! Такого же внука себе хочешь? — думала, что уязвила маму, за живое задела, оттого она замерла, бросила мои вещи и подошла ко мне впритык.
— Так, ты его сама такого выбирала доченька. — устало сказала, и глаза у мамы такие уставшие, а потом добавила; — Дай внука мне, у меня отпуск только в марте, нескоро увижу его. Иди сюда мой сладенький. — мама засюсюкала, тесня меня от пеленальной доски, я же, оставив с ней Егора, пошла на кухню.
Спокойствию моему пришел конец, голова разболелась, руки тряслись от напряжения. Набрала впервые за все то время номер Ивана. На этот раз послышались размеренные гудки. Больше я не в его черном списке, честь-то какая, не прошло и года! Только толка было не больше, трубку этот гад не брал! Уже через минуту ясно стало почему. Явился не запылился. Он в машине под окнами сидел, возможно, даже он маму и привез.
Пока мама возилась в комнате с Егором, увела Ивана на кухню для разговора.
— Документы Егора верни. Мы с тобой никуда не поедем, и это даже не обсуждается. — заявила сразу же, как только Иван за собой дверь прикрыл.
— Егор мой сын, я его хочу воспитывать, но я живу в Москве. Даже по выходным приезжать не смогу. — логично Иван рассуждал, но надо было это со мной обговаривать, а не с мамой моей за спиной решать, так словно не я мать Егора вовсе.
— Это не мои проблемы, раньше надо было думать, когда в командировке интрижку заводил. — тихо говорила с ним, наступая себе на горло из-за ребенка, но всякому терпению приходит конец.
— Значит, так Пчела, идешь сейчас собираешь свои вещи или ребёнка я у тебя заберу. Сама понимаешь, мне это устроить легко. У тебя ведь даже документов на руках нет. — нагло заявил мне это — вот все, глядя прямо в глаза.
Куда тот Ваня, слов не связывающий только подевался?!
— Какой же ты негодяй! Просто наглый подонок! Ненавижу тебя! Всем своим сердцем и душой! — в душе такая буря негодования выросла, не думая, схватила со стола лопатку и налетела на Ивана.
Даже ударить этого говнюка не успела, только в тисках его оказалась.
— Я могу быть хорошим, ты же знаешь просто сейчас ты мне выбора не предоставила для этого.
— А ты?! Ты предоставил мне этот выбор?! Спасибо за самую прекрасную командировку! Даже не удосужился мне в лицо сказать, даже на мои звонки струсил ответить! А теперь ты являешься, хочешь забрать моего сына и требуешь от меня подчинения?! Ты просто больной псих! Неадекватный эгоист! Тебя не волнуют чувства других людей, ты плевать на меня хотел весь этот год и не вспомнил бы про меня не явись в наш городишко с очередной проверкой! И все эти игры в заботливого папашу я больше, чем уверена, так же не надолго! Через сколько мне ждать очередного букета с душещипательной запиской?!Через месяц?!Через два?! Или отправишь нас обратно сразу же после Нового года?! А может, все по стандарту?! Пять дней на все про все?! — кричала ему это все в лицо, напрочь забыв про сына, единственное, что могла сейчас делать, потому что не вырваться было из его ручищ.
 
— Дура. Я за тобой приехал. Да, я виноват, очень виноват. Эта ситуация, стала самой большой моей ошибкой в жизни. И записки ты от меня больше не дождешься. Я отец Егора, я хочу его растить и воспитывать, прошу, дай шанс. — просит, он просит.
Нет вот святая простота, угрозами осыпал с ног до головы, и думает, что это он просит?!
— У тебя было много шансов, возможно, было бы ещё больше, не заблокируй ты мой номер. Тебе эти шансы не нужны были. Я дала тебе шанс и что я сейчас получаю? Угрозы! Как ты себе представляешь, вообще, жить с тобой под одной крышей?! — все это время я бесполезно трепыхалась, пытаясь вырваться, но он так вцепился в меня, клещами не оторвать.
А он и бровью не повёл, к тому же тут же у него защитница выискалась.
— Так что тут происходит? Ира иди вещи собирай. — мама встала, между нами, буквально грудью своего Ивана ненаглядного прикрывает, зато я наконец-то получила свободу.
— Какие вещи? Что ты несешь?! Что ты вообще?! Ты мне мать или не мать?! Я никуда с этим монстром не поеду! — дальше я совсем с катушек слетела, невзирая на маму, смогла дотянуться и пару оплеух влепить Ивану успела.
— В ванну! Быстро! — мама смотрела на меня волком и за шкирку, как щенка утащила в ванную комнату.
— Пусти! — я пыталась вырваться, но мама была непреступна.
— Сейчас умоешься, соберешься сама, я Егорку соберу и поедешь в Москву. Это твой шанс ты хоть чуть-чуть понимаешь? — мама не понимала меня, не было мне сейчас ни от кого поддержки, оттого еще больней становилось.
— Какой нахрен шанс мама?! Я что какая-то вещь?! Хочу в сугроб брошу, хочу в санатории молча оставлю, а сейчас является и забирает меня?! А ты? Я что для тебя ничего не значу? Где хоть солидарность твоя женская, раз материнское растерялось при виде денег? — вот за последнее мне ещё и пощёчина прилетела, мама сильно оскорбилась, лица только я ее уже разобрать не могла от слез.
— Истерику прекрати. Умывайся и иди собирайся. Мне до твоей солидарности нет никакого дела. Её эту солидарность твою на хлеб не намажешь. Ребёнку нужен отец, о сыне думай, а не о себе. Всё! — на том и оставила меня, рыдающую над ванной с бегущей водой, хоть топись!
Думай о сыне! Разве не о нём я думаю?! Где гарантии что через неделю этой падле не надоест и нас молча не выставят за дверь?!
Иван добился своего, вместе с мамой моей усадили меня в поезд. С мамой даже прощаться не стала. Только и делала, что молчала теперь, да Егорку к себе прижимала.
— Что-то не так? — участно спросил гад бессовестный, сидя со мной в одном купе, как надзиратель, напротив.
Не так! Всё не так! Только хрен тебе, а не ответ от меня!
Так и ехала всю дорогу с Егором на груди, уговаривая себя, что это из-за поезда ребенок нервный, но по подгузникам было ясно, молока сыну просто-напросто не хватает. От этого ещё больше хотелось отлупить папашу и домой очень хотелось. Обратно в те спокойные деньки, где не было никаких Иванов, была только я и мой сын, которому не приходилось сутками висеть на мне. Молока со второго дня рождения Егора хватало, но сейчас мой организм мгновенно дал сбой, испытав мощный стресс. Все! И мама, и Иван, парировали тем, что всё для блага Егора, и вот оно их благо. Никто не задумался о моих нервах и о том, что я от этого могу потерять молоко.
   
Глава 18
 
Иван
Вообще, я понимал, что перегнул палку с Ирой. Лопнула палка и нехерово так по мордасам мне прилетело. То молчала все, да в мою сторону поглядывала на морозе, а тут все, что на душе ей плохого сделал, вспомнила. И записку, трусость мою, все в общем. Словно голову на плаху положила мою и рубанула.