Восемь недель (ЛП)

ГЛАВА 20
«Я сверну горы, если смогу, только чтобы ты поняла» — For Your Love by Gunnar Gehl
Аарон
Уинтер испортила мне хорошее настроение.
Мое настроение уже испортилось после того, как моя детская любовь разбила мое сердце на миллион кусочков с помощью линейки, а не ножа. Черт, даже разрезать мое сердце ножом для масла было бы менее болезненно.
Я знаю, что София лгала, наш поцелуй не мог ничего для нее значить. Кроме того, я знаю, когда она лжет.
Однако её слова все еще жалят.
К счастью, сегодня суббота, а это значит, что где-нибудь обязательно будет вечеринка. А если нет, то я пойду в Brities и пропьюсь впустую. Мне это нужно сегодня вечером. И завтра. И во все остальные дни, когда София будет здесь.
Я не говорю, что влюблен в нее, потому что это не так. Нельзя просто влюбиться в кого-то, кого не видел более десяти лет и в кого был влюблен много лет назад. Тем не менее, я говорю, что хочу узнать её снова. Я хочу, чтобы она была в моей жизни, чтобы у меня снова перехватывало дыхание. Черт возьми, я хочу, чтобы она украла мое сердце и сделала его своим. Я хочу, чтобы мы снова были собой. Только Никс и Льдинка.
Думаю, она не чувствует тоже самое.
Как только я возвращаюсь домой, я с радостью обнаруживаю, что мои лучшие друзья — и моя сестра — уже сидят в гостиной, откупорив пару кружек пива.
Всего шесть вечера, но уже достаточно поздно, чтобы допить выпивку и напиться.
Если бы не эта маленькая блондинка, свернувшись калачиком прямо рядом с Майлзом.
Бруклин улыбается мне, когда замечает меня, ее улыбка так широка, что она может дотянуться ею до Юпитера.
— Дядя Рон! — Она спрыгивает с дивана и бежит ко мне. Я мгновенно опускаюсь на колени, открывая для нее руки. Как только её крошечные ручки оказываются на моем торсе, я крепко обнимаю её.
Нет ничего лучше, чем встретить дочь своего лучшего друга после такого дня, как этот. По правде говоря, я бы украл её у Майлза и оставил бы себе как собственного ребенка, если бы мог. Но, думаю, я соглашусь на роль «дяди Рона».
— Что ты здесь делаешь, маленькая принцесса? — спрашиваю я, прекрасно понимая, что она здесь делает. Майлз здесь, а значит, и она. Меня не беспокоит, когда она рядом. Я люблю эту маленькую блондинку больше, чем я когда-либо представлял.
Клянусь, иногда мне даже кажется, что я строже, как её дядя, чем Майлз, как её отец. Например, представить, что она будет с кем-то, когда станет достаточно взрослой — нет. Нет.
Брук хихикает, прижимаясь лицом к моей груди.
— Пришла поиграть с тобой в игры.
— Игры? — Я задыхаюсь от шока, немного преувеличивая ради нее. — Но я ужасный неудачник, принцесса. И ты всегда выигрываешь.
Она вырывается из объятий, дергая меня за руку.
— Ничего, дядя Рон, на этот раз я позволю тебе победить.
— София не придет? — спрашивает Грей, его брови нахмуриваются, должно быть, в замешательстве.
Я качаю головой.
— Я не уверен, что даже спрашивал, хочет ли она. У нее много дел с Уинтер и переездом в общежитие.
— Я напишу ей, — говорит Лили, тут же доставая телефон.
— Кстати, не могла бы ты прислать мне её номер?
Глаза Лили устремляются на меня, как и глаза Колина. Разница лишь в том, что моя сестра смотрит на меня с сочувствием, а у моего лучшего друга на губах самодовольная улыбка.
— Позвольте мне озвучить то, что мой очень хороший друг озвучил, когда я однажды задал тот же вопрос, — начинает Колин, его ухмылка вызывает у меня необычайно сильное желание позволить моему кулаку познакомиться с его лицом.
«Ты ведешь её на свидание, а она даже не дала тебе свой номер?» — Вопрос, который сорвался с моих губ, когда Колин спросил номер моей сестры.
Тоже самое, что теперь будет преследовать меня всю оставшуюся жизнь. Я даже никогда не спрашивал номер Софии и не иду с ней на свидание. И все же мне кажется, что я должен был получить её номер в тот момент, когда мы встретились в начале октября.
Телефонные номера оказываются в моем распоряжении почти волшебным образом. Я захожу в бар и не могу выйти из него без как минимум трех обрывков бумаги в кармане джинсов. Так что извините, если отсутствие номера Софии меня несколько сбивает с толку.
 
Колин выжидает секунду, прежде чем продолжить, только для того, чтобы еще немного понаблюдать за моим выражением лица.
— А может, и нет, ты выглядишь так, будто вот-вот заплачешь.
— Ты в порядке? — спрашивает Лили, постукивая рукой по дивану, чтобы я сел.
Я сажусь. Я сажусь рядом с ней, кладя голову ей на плечо, хотя Колин почти рычит мне в ухо за то, что на мгновение украл его девушку. Как же мне все равно, она моя сестра, черт возьми.
— У меня все отлично.
— Ты не очень хорошо выглядишь, — замечает Грей, тут же подавая мне что-нибудь выпить. — Не могу предложить тебе ничего покрепче, пока один ребенок не уснет.
Жертва, на которую мы все готовы пойти ради Майлза, так что я не буду жаловаться, хотя прямо сейчас мне не помешало бы что-то покрепче.
— Это из-за Софии? — Лили копает глубже, прислонив голову прямо к моей, как она всегда делала, когда мы были немного моложе, и я приходил поговорить с ней о своих проблемах. В основном связанные с хоккеем.
— Неа. Уинтер. Она сошла с ума. — После всего, что она сказала в своей спальне, можно с уверенностью сказать, что она также является причиной моего нынешнего настроения.
↞♡↠
Проходит добрых два часа, прежде чем Лили вскакивает со своего места, бежит к двери и открывает её, только чтобы вернуться в гостиную с Софией.
Наши взгляды встречаются ненадолго, неловкость берет верх. Я не хочу, чтобы между нами была неловкость, но я ничего не могу поделать.
— Ты как раз вовремя. Мы играем в «правду или действие», — говорит Колин Софии, притягивая свою драгоценную девушку к себе на колени и обнимая Лили так, будто её не было уже много лет.
— Правда или действие? — повторяет София, садясь напротив меня. Рядом со мной достаточно места, чтобы сесть, но, конечно, она отошла бы от меня настолько далеко, насколько это вообще возможно.
Поговорим о неудаче.
По крайней мере, мы собираемся вместе в Германию через несколько недель, верно? Это дает мне пару дней на… на что? Поговорить с ней? Притянуть её к себе без возможности убежать от меня?
— Да, чтобы отвлечь Грея от его разрыва.
Подождите, поэтому мы играем в эту игру? Я думал, что Брук хотела сыграть. Майлз уложил её спать в моей спальне полчаса назад, и я подумал, что мы просто продолжаем играть, потому что не знаем, что еще делать.
Клянусь, я худший лучший друг на свете. Я даже не знал, что Грей и Изан расстались.
— Когда, черт возьми, это случилось? — спрашиваю я, впервые в жизни услышав об этом.
Грей пожимает плечами.
— Вчера. Мы хотели пойти куда-нибудь поужинать, и мы столкнулись с небольшим… азиатским стереотипным расистским противостоянием. Я не думаю, что он даже подумал о том, что сказал, и лично я не чувствовал себя слишком атакованным, но после того, что случилось с Лекси, я отказываюсь оставаться в отношениях, в которых есть незначительные намеки на расизм, понимаете? Боже, речь шла о чертовом рисе и о том, что я был не в настроении для этого в тот вечер, но это не меняет того факта, что я ненавижу то, как он это сформулировал, и…
Я кладу руку ему на колено.
— Дыши. — Он дышит. Глубокий вдох, выдох вдвое длиннее. — Все в порядке, ты знаешь. Не нужно оправдывать расставание. Если ты не можешь остаться с ним из-за того, что он сказал, то не принуждай себя.
Он медленно кивает.
— Так что да. Я официально отрекаюсь от всех людей. Я останусь один на всю оставшуюся жизнь. Кто знает, может быть, я заведу несколько собак и кошек.
Грей и отказ от свиданий? Я сомневаюсь в этом. Он любитель романтики.