Наваждение

— Что касается страстности натуры, то тут я не могу с вами согласиться, — поспешно заметила она. — Видите ли, в этом-то все и дело…
— Позвольте мне зачитать письмо, которое вы написали вашему предыдущему поверенному в делах.
— В этом нет нужды. Я прекрасно помню, о чем писала мистеру Марклу.
Бакстер пропустил ее замечание мимо ушей. Он полез в карман помятого сюртука и выудил оттуда письмо. Он столько раз перечитывал его, что выучил почти наизусть. Но тем не менее сделал вид, что поглядывает на листок, исписанный каллиграфическим почерком.
— «Как вам уже известно, мистер Маркл, мне требуется новый поверенный в делах, который мог бы вас заменить. Его внешность должна быть самой обыденной и не вызывать подозрений. Иными словами, мне нужен человек, который, выполняя мои поручения, останется незамеченным; джентльмен, с которым я смогу часто встречаться, не привлекая к себе излишнего внимания и не давая повода для сплетен.
С обязанностями доверенного лица вы, сэр, безукоризненно справлялись все эти пять лет. Но я вынуждена просить, чтобы джентльмен, которого вы мне порекомендуете, обладал некоторыми дополнительными качествами.
Не буду докучать вам подробностями той затруднительной ситуации, в которой я оказалась. Достаточно сказать, что последние события вынудили меня искать отважного, проницательного и бдительного помощника, который бы охранял меня и мог защитить в случае опасности. Если коротко, я хотела бы нанять телохранителя, который выполнял бы и обязанности доверенного лица.
В этом решении не последнюю роль сыграла финансовая сторона: вместо того чтобы оплачивать услуги двоих, разумнее нанять одного человека, который совмещал бы эти две должности…»
— Да-да, я отлично помню собственные слова, — раздраженно перебила Шарлотта. — Не в этом дело.
Но Бакстер упрямо продолжал:
— «Поэтому я прощу вас подыскать мне джентльмена, который обладал бы всеми вышеуказанными качествами и вдобавок производил бы впечатление человека скучного и пресного, как картофельный пудинг».
— Нет нужды зачитывать все письмо, мистер Сент-Ивс.
Бакстер поспешил закончить:
— «Он должен быть расторопным и понятливым, поскольку я буду просить его наводить справки об интересующих меня лицах. Что касается его способностей как телохранителя, то он должен в совершенстве владеть пистолетом — на случай, если события примут опасный оборот. И кроме того, мистер Маркл, он должен быть неболтлив».
— Достаточно, мистер Сент-Ивс. — Шарлотта схватила маленький томик в красном кожаном переплете и нетерпеливо стукнула им по столу, чтобы привлечь к себе внимание.
Бакстер оторвал взгляд от письма и поднял на нее глаза.
— Мне кажется, я вполне отвечаю вашим требованиям, мисс Аркендейл.
— О да, без сомнения, некоторым из них. — Она наградила его ледяной улыбкой. — Мистер Маркл никогда бы мне вас не порекомендовал, если бы это было не так. К несчастью, вам недостает одного весьма важного качества.
Бакстер неторопливо сложил письмо и снова сунул его в карман сюртука.
— Маркл говорит, что ваше дело не терпит отлагательств.
— Совершенно верно. — В ее сверкающих глазах мелькнула тревога. — Я должна как можно скорее нанять себе помощника.
— Тогда, возможно, вам следует быть менее разборчивой, мисс Аркендейл.
Она вспыхнула.
— Дело в том, мистер Сент-Ивс, что мне нужен человек, который обладает всеми вышеперечисленными качествами, а не некоторыми из них.
— Тогда мне придется еще раз повторить вам, мисс Аркендейл, что я идеально соответствую вашим требованиям. — Он помолчал, потом добавил:
— Или почти идеально. Судите сами: я достаточно проницателен, осторожен и на удивление неболтлив. Правда, признаюсь вам, не особенно интересуюсь пистолетами. Я нахожу их ненадежными.
— А-га! — Она прямо-таки просияла, услышав эту новость. — Вот вы и попались! Еще одно качество, которым вы, сэр, не обладаете.
— Но я весьма искусен в химии.
— В химии? — Шарлотта нахмурилась. — Но мне-то что до этого?
— Кто знает, мисс Аркендейл. Однажды это обстоятельство сослужило мне неплохую службу.
  
— Понимаю. Это, наверное, интересно, но, к сожалению, химик мне не требуется.
— Вы утверждаете, что вам нужен человек, который не привлекал бы к себе внимания. Ничем не примечательный, степенный и уравновешенный помощник.
— Да, но…
— Позвольте заметить, что я именно таковым и являюсь. Окружающие считают меня скучным и пресным, как картофельный пудинг,
Во взгляде Шарлотты вспыхнул огонек раздражения. Она вскочила на ноги и вышла из-за стола,
— Прошу простить меня, сэр, но в это верится с трудом.
— Не понимаю, что навело вас на подобную мысль. — Бакстер снял очки, наблюдая, как она меряет шагами маленький кабинет. — Даже родная тетушка неоднократно говорила мне, что я способен меньше чем за десять минут вызвать непроходимую скуку у любого, кто находится от меня в радиусе двадцати шагов. Мисс Аркендейл, уверяю вас, я зануда не только по виду, но и по сути.
— Вероятно, слабое зрение — наследственная черта вашего семейства. Я бы советовала вашей тетушке приобрести очки — как те, что у вас на носу.
— Моя тетушка скорее умрет, чем наденет очки. — Протирая линзы, Бакстер мысленно представил элегантную Розалинду, леди Тренглосс. — Она их носит, только когда остается одна. Я почти уверен, что даже ее собственная горничная ни разу не имела чести лицезреть свою хозяйку в таком виде.
— Это только подтверждает мои подозрения, что она давненько не приглядывалась к вам, сэр. Возможно, с того времени, как младенцем держала вас на руках.
— Прошу прощения?
Шарлотта резко обернулась и пристально посмотрела ему в лицо.
— Мистер Сент-Ивс, слабое зрение вашей тетушки имеет прямое отношение к тому, что я пытаюсь довести до вашего сведения.
Бакстер не спеша водворил очки на нос. Он определенно упустил нить разговора — плохой знак, — поймав себя на том, что разглядывает Шарлотту с привычной беспристрастностью аналитика.
Она почти ничем не напоминала дам его круга. Чем дольше Бакстер находился в ее обществе, тем больше убеждался в ее редкой индивидуальности.
К своему безграничному удивлению, он вскоре обнаружил, что попал во власть ее чар вопреки тому, что ему было о ней известно. Она оказалась немного старше, чем он ожидал. Ей, должно быть, двадцать пять или около того.
Самые различные чувства отражались на ее лице, сменяя друг друга с быстротой химической реакции. Глаза под четкими бровями сверкали в обрамлении густых длинных ресниц. Дерзко вздернутый носик, высокие скулы и выразительно очерченный рот говорили о решительном и волевом характере их владелицы.
«Итак, — подумал Бакстер, — передо мной воплощенная женская жестокость».
Ее блестящие рыжевато-каштановые волосы, разделенные на прямой пробор, открывали высокий умный лоб. Косы уложены на затылке в тугой пучок, и несколько витых локонов подрагивали у висков.
В разгар сезона, который предписывал носить платья из тончайшего газа с глубоким вырезом, Шарлотта одета на удивление скромно, У платья с завышенной талией из желтого муслина были длинные рукава и высокий, под горлышко, воротник с белоснежными рюшами. Пара желтых комнатных туфелек выглядывала из-под оборок, украшавших подол платья. Бакстер не мог не заметить, какая у нее прелестная ножка — маленькая, с изящной лодыжкой.
Поймав себя на этих мыслях, Бакстер поспешно отвел взгляд.
— Простите, мисс Аркендейл, но я вас не совсем понимаю.
— Вы не подходите на роль моего поверенного.
— Потому что ношу очки? — Он нахмурился. — А я думал, это обстоятельство, наоборот, только усиливает впечатление скуки и занудства.
— Дело вовсе не в очках. — Было видно, что она еле сдерживает раздражение.
— Кажется, вы только что дали мне понять, что дело именно в них.
— Вы совсем не слушаете меня и нарочно истолковываете превратно мои слова. Повторяю вам еще раз: вы мне не подходите.