Жизнь для Смерти (СИ)

— Я не понимаю, о чем ты…
Губы парня растягиваются в улыбке. Светлой и в то же время болезненной. Вампир берет меня за плечи, не позволяя отворачиваться. 
— Все ты понимаешь, Эми.
Понимаю, но не могу говорить о любви. Мне неловко, страшно и постоянное упоминание столь желанного ребенка, сводит с ума.
А Крис желает, чтобы я знала о его чувствах. Он будто в заложниках, где желанное — запретно, потому что так нужно Верховному.
— Мне нужно оставить тебя…, - выдыхает вампир, наклонившись к моим губам, — Но это ненадолго.
— Они ждут?
— Да. Я должен вернуться.
Кристофер нежно целует меня в губы, мы соприкасаемся лбами, всего мгновение и вампир исчезает. Он уходит спокойный и собранный, как будто не было неприятной ситуации, вызвавшей бурю гнева. 
Снова одна в комнате, в красивом изумрудном платье, которое сниму сама и в огромной холодной постели. Затем приму душ и постараюсь не думать о будущем.
Я хотела бежать, раздобыть недостающие части карты и укрыться в каком-нибудь домике охотника. Собрать в рюкзак достаточно еды, раздобыть теплой одежды и успеть до сильных холодов. Но теперь…
Я не смогу уйти без Кристофера. Крепко связала себя по ногам и рукам.
Ночь проходит в одиночестве. Супруг не возвращается. Он поступает правильно. Чем мы дальше, тем больше шансов остаться в разных постелях.
Только по утру дверь тихонько скрипит. Я открываю глаза и вижу вампира у шкафа с одеждой.
— Ты ночевал в старой комнате?
— Нет.
— Тогда где?
— Мы вели переговоры, потом нужно было закончить пару важных дел. Времени слишком мало, чтобы позволить себе сон.
— Мне лучше не высовываться сегодня?
— Почему?
— После вчерашнего.
Кристофер снимает с себя кофту, затем футболку и подкидывает на плечо свежее полотенце. Проходя мимо меня, парень наклоняется и быстро целует в щеку, чуть потрепав волосы.
— Ты же боец? Где твоя смелость, Эми? После вчерашнего ты должна появляться чаще обычного.
— Ах, ну да…
Я ныряю под одеяло со стоном презрения к окружающей действительности, а за дверью ванной уже слышен душ.
И чем мы отличаемся от обычной семьи, если посмотреть на это со стороны прямо сейчас?
Как обычно подъем, ленивая зарядка и попытка соблюсти дистанцию, особенно когда направляюсь следующей в ванную и буквально сталкиваюсь с вампиром нос к носу. Темные мокрые волосы, блестящие глаза, бледная кожа и уверенность сводят с ума. И долго мы так продержимся?
У вампира очень плотный график. Он много времени проводит за картами, затем в комнату приходит Джон с тем самым, пока не известным мне, юношей блондином. Все трое бурно обсуждают работу, а я удаляюсь позавтракать. Сегодня я нарушаю просьбы Лоры и надеваю обычный свитер с джинсами. Без лоска, зато удобно, как я люблю.
Пройдя через пустые коридоры, я прячусь внизу на кухне, без окон. Оказывается, это единственное место, где я чувствую себя спокойно. Здесь не бывает вампиров, стоит звенящая тишина и как-то жутковато моргает одна из люминесцентных ламп на потолке. Но с этим я смирилась.
Готовка завтрака тоже удовольствие из прошлой жизни. Я нахожу бекон, отправляю его на сковороду, затем пару яиц и зелень. Отдельно нарезаю оставшиеся овощи и включаю кофе-машину. На все уходит не более десяти минут, а вот есть совсем не хочется. Поковыряв жидкий желток и отпив немного горячего напитка, я погружаюсь в свои мысли.
Когда возвращаюсь к себе, в комнате уже никого не застаю. Зато кое-что вызывает у меня опустошение и душевные терзания — снег! За окном белые пушинки кружатся на ветру, опускаясь на мокрую октябрьскую землю. Некоторые успевают таять, другие нет, постепенно накрывая осеннюю траву седой простыней. Приходит зима и беспощадно отбирает возможность убежать из особняка… 
К вечеру ситуация с погодой не становится лучше, но возвращается Крис. Парень очень доволен, совсем не похож на себя прежнего. И это первый день, когда нет криков на третьем этаже.
Может все как-то связано?
В этот раз, чтобы не привлекать лишнее внимание злых языков, мы проводим ночь в одной спальне. Кристофер на полу, а я в кровати. Спать так близко друг к другу, после всех поцелуев и объятий, действительно сложно. Я чувствую его взгляд, слышу дыхание. Оно не похоже на сопение человека в дреме. Крис напряжен.
 
Вирус меняет не только физическое состояние человека, но и концентрацию. Вампиры острее чувствую запахи, понимают мимику, слышат звуки и желают удовлетворения. В пище, сне, власти и сексе.
Утро встречает нас ослепительной белизной. Пушистый снег переливается на солнце, ветви деревьев утяжеляют огромные шапки, периодически осыпающиеся от ветра. Наши окна становятся проводником в сказку, но то, что происходит днем перечеркивает все прекрасное, заставив меня прозреть…
Влечение, любовь, красота этого дома и относительная свобода ослепили меня. Я забыла о Саре, забыла о десятках убитых друзей, забыла о том, что Кристофер всегда будет желать крови.
Без четверти двенадцать. Слишком рано, чтобы на третьем этаже собрались вампиры, но в коридорах отчего-то оживленно. Я направляюсь в сад, накинув куртку Криса. Своей зимней одежды еще нет, а подышать морозным воздухом хочется.
Вампиры улыбаются, смеются и кажутся взволнованными. Как будто сами не понимают, почему они собираются в главном зале первого этажа, но определенно ждут чего-то интересного. По чертовски печальному совпадению, именно там находится выход на улицу.
Я решительно пробираюсь вперед, встречаюсь глазами с Лиз и Викторией, которые машут мне с противоположного угла комнаты. Улыбаюсь дежурно, не вкладывая в это радость от встречи, но у самой двери кто-то настойчиво одергивает меня назад.
— Ты здесь зачем?
Взволнованный и одновременно возмущенный шепот выдает в нарушителе спокойствия Лору.
— Аккуратнее, мне больно! — я пытаюсь освободится, — Почему тут столько вампиров?
Блондинка и правда выглядит растерянной. Она снова хватает меня за руку и пытается тащить назад, не привлекая внимания. Получается так себе.
— Я не знаю, Эми, но давай назад! Тебе тут точно не место.
— Мне нужно в сад.
— Не нужно тебе в сад. Возвращайся в комнату, живо!
И я соглашаюсь вернуться, но уйти уже не получится. Теперь я не могу остаться в неведении.
Открывается главная дверь и в нее, с распахнутой настежь курткой, входит Джон. В руках вампира цепь, а за спиной шеренга людей. Человек семь, прикованные кандалами. Люди растерянны, озираются по сторонам с ужасом осознавая происходящее. Идут сами, не пытаясь сопротивляться. По обоим сторонам пленных контролируют двое зараженных и замыкающим появляется Кристофер.
Бывший лидер не скрывает озадаченности, увидев десятки вампиров. Он выглядит встревоженным и очень напряженным. Вампир дает отмашку Джону, но тот его не слышит, ведь голос на лестнице привлекает к себе внимание всех.
— Дорогие мои! Я собрал вас здесь не случайно. Сегодня не будет расписания и скучных голодных собраний в обеденном зале без возможности выбрать себе желаемое. Большая часть из вас скучает по дикой охоте. Я знаю, как сильно вы хотите вновь испытать это чувство огня в своих жилах, когда ты можешь преследовать свою жертву!
— О Боже, — шепчу я испуганно и Лора закрывает мне рот ладонью.
— Тшшш…, молчи.
— Сегодня, я подарю вам такую возможность! 
По залу разлетаются звуки восторга и замешательства. Пленные переглядываются, женщины тихо молятся, а мужчины будто только что взвалили себе огромную скалу на плечи… Расширенные зрачки, проступивший пот и полное бессилие. Они будто на жатве, окруженные стаей голодных волков. И в этом нет ни грамма справедливости.
Охота? Нет, убийство. 
— Постойте, я обещал этим пленным, что их не тронут. Верховный, мы можем переговорить? Сейчас! Это важно!
Крис выходит вперед и поднимает руку, чтобы привлечь к себе внимание. Многие из вампиров, кажется, встают на его сторону, но главный непреклонен.