Лазутчик

– Вот видишь, они теперь будут его искать, нам-то что бояться? Наоборот, теперь безопаснее станет! – Не сдавался Дениска.
– Завтра утром отцу твоему позвоню, расскажу, что тут у нас произошло, он сразу заставит тебя посадить на поезд и домой отправить.
– Я сам ему позвоню! Я уже взрослый, и сам решаю, куда мне ехать или не ехать.
– Ух ты! Вот и скажешь отцу, какой ты взрослый, а я посмотрю.
 Мы дошли до дома Анатольевичей, открыли тихонько дверь в дом, я проверила веранду, где должен был спать Дениска, но всё было тихо, и я отправилась в свою комнату. В доме было душно, и я открыла окно, выходящее в огород. Мысли о Людмиле Терентьевне меня не отпускали. Мне кажется, она хотела его закрыть в доме. Может, у неё получилось его подманить, но когда он понял, что его хотят закрыть, тогда он и рассвирепел. Господи, какая страшная смерть! Я долго лежала без сна. Уже начало светать, но было тихо, птицы ещё не проснулись.
Проснулась я от нешуточной перепалки между Павлом Анатольевичем и Фридой Анатольевной. Я поняла, что Катя приехала за Павлом Анатольевичем, чтобы увезти его в больницу, а он не соглашается. Я оделась и вышла к ним. На лавке в комнате сидела миловидная женщина и смотрела в окно. Фрида Анатольевна собирала вещи в сумку, а Павел Анатольевич старался эти вещи из-под её руки из сумки выкинуть на пол. Увидев меня, Фрида Анатольевна ему укоризненно сказала:
– Ну что, доорался, человека разбудил! Они всю ночь дежурили, пришли под утро, а ты как петух тут разкукарекался!
– Это вы тут, как курицы раскудахтались! Надо было везти меня в больницу, когда я болел, а не теперь, когда у меня ничего не болит! Что я там буду здоровый занимать койку? Совсем головой своей не думаете!
Я поздоровалась, и сразу пошла во двор, умылась прохладной водой из рукомойника, и вышла в огород. Солнце уже с самого утра припекало, небо было чистое, лёгкий ветерок перебирал листву. Всё так мирно, будто и не было ничего плохого этой ночью. Жизнь продолжается. Живём мы, или нас нет, время не останавливается ни на миг, чтобы поскорбеть о тех, кто уже никогда больше не увидит ни это голубое небо, ни солнце, вообще ничего. Грустные мои мысли принесли мне какое-то спокойствие, словно я приняла весь мир таким, каким он всегда был, только я этого никогда раньше не знала.
Постояв немного под свежим ветром, я вернулась в дом. Катя вела Павла Анатольевича к машине. Он мне сказал:
– Оля, не уезжай, пока я не вернусь! Я долго не задержусь. Катя говорит, что я сдам анализы, и если всё хорошо, то меня сразу выпишут. А у меня всё хорошо. Я давно так хорошо себя не чувствовал.
Я ему пообещала, что никуда не уеду и буду помогать Фриде Анатольевне по хозяйству. Когда они уехали, я сказала Фриде Анатольевне:
– Вчера вечером Лазутчик убил Людмилу Терентьевну.
Она всплеснула руками:
– Господи! Да как так?
– Не знаю что произошло, но мы услышали крик, прибежали к ней, а она уже мёртвая лежит с разодранным горлом на пороге дома. Мы полицию вызвали. Нас с Дениской сразу отпустили, а Иван там оставался. Приедет, расскажет.
Мы с ней сели за стол, и просидели за чаем, пока Дениска не вышел к нам. В ворота постучали, это пришла Татьяна. Она уже знала про ночные события.
– Теперь уже нет сомнения, что это хищник. С мужчиной он может и не справится, но то, что он опасен, с этим не поспоришь. – Она достала из кармашка сложенный листок и надела очки – Я тут у мамки нашла заговор для дома от врагов. Надо переписать его, да всем раздать. Как ты думаешь?
– Я думаю, что не повредит. – Я взяла листок и начала читать. – «Иди, стрела, с болью, слезами, нехожеными тропами, через (имя обидчика) кровь, не в глаз, не в бровь, а иди прямо в сердце. Цепи его и коли его, бей его, изведи его – обидчика моего». Так тут надо имя его говорить. А мы не знаем его имя.
Она взяла у меня листок и сама прочитала, потом задумалась:
– Да, имя надо. А если сказать Лазутчик?
– Так это так, кличка, кем-то придуманная. Имя должно быть истинное.
– Как я не подумала! Ещё посмотрю, какие у неё обереги есть.
 
– Я вот что думаю, – начала я – а кому сообщить о смерти Людмилы Терентьевны? Где искать её сестру? И у неё где-то сын есть.
– Надо на её старое место работы сообщить, может там и знают.
– И в телефоне надо посмотреть, – сказал Дениска – у неё же был телефон?
– Был, был у неё телефон. Сейчас у всех телефоны. – Ответила Фрида Анатольевна – И у неё был не такой как у нас с дедом, не кнопочный, а современный. Я видела его, она в магазине передо мной в очереди стояла, вытаскивала его.
– Молодец, Дениска! – Похвалила я его – Мне даже в голову не пришло про телефон. Только его, наверное, полицейские забрали.
– Значит, Лазутчик так и продолжает по деревне бегать? – спросила Татьяна – Не смогли мужики его отловить?
Я не успела ответить ей, как у меня зазвонил телефон. Сакатов. Я обрадовалась ему, как никогда:
– Алексей Александрович, у нас тут плохи дела! У нас труп. – И я рассказала ему про ночные события – Ты едешь к нам?
– Я уже в Екатеринбурге, заехал домой ненадолго, и сейчас мчусь на вокзал, первым же поездом к вам. Так что сегодня буду у вас.
– Хорошо, мы тебя встретим. Звони.
– Это тот специалист, про которого ты нам рассказывала, профессор? – Спросила Татьяна.
– Да, это он, только он не профессор. Но он очень много знает, и друзья у него такие же, учёные, и среди его друзей есть профессора. Он с ним консультируется. Он поможет нам разобраться с нашим Лазутчиком. Если этого Лазутчика полицейские раньше не застрелят. Или местные. Сейчас уж точно с ним не будут церемониться.
– Так его сначала надо выследить! – Татьяна недоверчиво покачала головой – А это и есть самое трудное. Больно он изворотливый. Только две недели, как народился, а уж такой хитрый. Сидел, сидел на грядке, а как соскочил, так сразу такой грамотный, и всё-то он знает, и чем питаться, и как прятаться! Кто поверит, что он сам обо всём догадался? И мы, может, зря грешим на какое-то там семечко, из какого он вылупился. Он просто из земли выполз! Он, поди, там много лет сидел, выжидал, а тут что-то произошло, что-то вызвало его, вот он и появился.
– А что, может и вправду он там сидел и чего-то выжидал? – Согласилась я – Не может простое, не волшебное существо такую трансформацию претерпеть за два месяца! Значит, где – то рядом должен быть колдун или колдунья.
– Или такие существа вылезают из земли, например, раз в сто лет! Или даже в тысячу! – Выдвинул свою теорию Дениска.
– Так может это чёрт? – Фрида Анатольевна перекрестилась – И надо батюшку позвать? Надо в церковь, в Пышму съездить.
– А как не чёрт? – Засомневалась Татьяна – Опять к тому же и пришли, что сначала надо узнать кто это. Вот приедет наш профессор, тогда и решим, за батюшкой ехать, или там за кем ещё.
 
Глава 3. Старинная история.
 
Иван приехал только после двенадцати часов, и по нему видно было, что ночь у него была бессонная. Ничего нового он нам не рассказал, сказал только, что полицейские очень скептически отнеслись к тому, что убийца Людмилы Терентьевны вырос на грядке, хоть Иван и показал им фотографию Лазутчика.
– Что мы хотим! Я и сам себе не верю, хоть и своими глазами видел его сегодня, правда, издалека и только зад его с хвостом. – Сокрушался он – Кому нормальному расскажи, ни в жизнь не поверят! Так что, надежда на то, что полиция будет ловить по огородам нашего Лазутчика, сведена к нулю. Если только сумею Серёгу уговорить, хотя бы его одного. Где там, Оля, твой Сакатов?
– У него поезд приходит в три часа дня. – Ответила я – Встретим?
– Встретим.
Я наконец-то заставила Дениску позвонить Илье. Он ушёл за баню и долго не выходил. Потом вышел расстроенный, и тут же мне позвонил Илья.
– У вас что там за зоопарк! Сажай его на первый же поезд до Екатеринбурга, я его здесь встречу. Будет упираться, тащи силой.