Ревизор: возвращение в СССР 29 (СИ)
— Товарищи, Комитету Государственной Безопасности Советского Союза удалось раскрыть тайные планы американцев в отношении авиабазы на севере Италии, — начал он, получив слово. — Как нам стало известно, американцы тайно готовят перемещение ядерного оружия на север Италии.
На лицах членов Политбюро отразилось негодование.
— Всё это делается без предварительного информирования как правительства Италии, так и его парламента, — продолжил Андропов, удовлетворённо отметив для себя нужную реакцию. — Нашей резидентуре удалось выяснить, что в планах американцев молниеносное подписание договора после предварительной обработки итальянских политиков, от которых будет зависеть решение этого вопроса.
— Что значит, предварительной обработки? — спросил Косыгин.
— Подкуп, шантаж… Всё в лучших американских традициях, — пренебрежительно пожал плечами Андропов.
— А информация достоверная? Что, сами итальянцы об этом не в курсе? — поинтересовался Гришин.
— Во всяком случае, члены итальянского парламента от Компартии не в курсе, — подтвердил Андропов. — Наша резидентура в Италии это проверила.
— Вот тебе и демократия, — усмехнулся Брежнев. — Ну что, Юрий Владимирович, молодцы. У ГРУ этой информации нет.
Тут же посыпались другие мнения членов Политбюро.
— Хотя, в теории, янки ничего не нарушают, Италия — член НАТО, но спускать это нельзя!
— Это отличный повод устроить им шум на всю Европу!
— Правильно, не всё только им у нас воду мутить.
— Пусть ГРУ подключается, министерство иностранных дел, проверят информацию Комитета госбезопасности. И надо устроить, Юрий Владимирович, в Италии бучу посильнее, так, чтобы во всей Европе заметили!
— А что только Европа? На весь мир скандал! Чтобы в каждой стране задумались, что американцам плевать на чьё-либо мнение. Хотят, и сделают, и плевать они хотели на парламент с правительством…
— Рекомендую с этим немного обождать, чтобы не скомпрометировать наши источники в Вашингтоне, сейчас слишком мало людей посвящено в эту проблему. Могут выйти на нашего агента, а он нам может еще много ценной информации передать, если будем его оберегать, — поспешно сказал Андропов, пока не приняли такое решение.
— Дельное предложение, — поддержал его генсек, — надо немного обождать, и начать обличать американцев, когда они сделают первые шаги в Италии. Тогда они спишут распространение информации на итальянских политиков. Но к тому времени нам уже необходимо тщательно проработать, как именно мы будем реагировать. Наша задача — разрушить планы США по этому размещению ядерного оружия в Италии.
— Будет сделано, — улыбнулся Андропов.
* * *Глава 22
Москва. Камвольно-отделочная фабрика.
— Ань, а откуда ты так хорошо русский знаешь? — спросил Саша Озеров американку, освоившись немного и привыкнув к бдительному взгляду переводчика Орехова.
— Бабушка из Харькова, это на Украине, — ответила девушка.
— Да знаю я, где Харьков! — усмехнулся Александр.
— Дед тоже из семьи эмигрантов, — продолжила девушка. — У нас дома по-русски больше разговаривают, чем по-английски.
— Надо же…
— Мне бы так хотелось съездить на родину бабушки, — мечтательно проговорила девушка.
Александр улыбнулся, глядя на неё. Да какие проблемы? — мелькнула у него было мысль, но он тут же вспомнил, что это иностранка и вопросительно взглянул на Орехова, который слышал их разговор. Переводчик едва заметно покачал отрицательно головой, и Александру пришлось сделать вид, что он не слышал желания девушки. Он быстро переключил её внимание на предстоящий обед в фабричной столовой.
Чем хорошо работать с иностранцами — кормили их в заводской столовой отдельно, из «директорского фонда». Александр вчера в шутку сказал поварихам, что неплохо бы угостить иностранцев русскими блюдами, а те приняли его слова всерьёз и обещали сегодня налепить пельменей.
— А на завтра закажем голубцы, — размечтался Александр и краем глаза заметил, как Орехов усмехнулся.
Александр накупил вчера девушке пирожков с собой в гостиницу на вечер, она была тронута до слёз… Казалось бы, копеечный вопрос, обычный жест вежливости и внимания, но оказывается, у американцев это не принято. Уходя с фабрики в конце рабочего дня, Анна так бережно уносила свёрток с пирожками, что Александру стало неудобно… Надо что-то посерьёзнее ей купить, — решил он вчера и приготовил ей сегодня кулёк шоколадных конфет «Мишка косолапый».
* * *Святославль.
Очередное заседание бюро горкома подходило к концу.
— И последний вопрос, товарищи, — взял слово начальник городской милиции Рыков. — Хочу довести до вашего сведения в качестве информации для служебного пользования. В Брянске и области произошло уже пять квартирных краж со взломом. Кражи не раскрыты…
— Почему? — спросил озадаченный Шанцев.
— Пока преступников найти не удалось, — развёл руками Рыков. — Все случаи объединены в одно дело по некоторым признакам… Милиция работает… И просит проявлять бдительность.
— А в отношении чего или кого проявлять бдительность-то? — спросил встревоженный председатель горисполкома Сафонов.
— Да дело-то такое, Сергей Борисович, — с досадой ответил Рыков. — Что пострадали сплошь известные люди. Деятели искусств, спортсмены, руководство «Брянскмебели»… Получается, что каждый из присутствующих тоже может стать следующей жертвой ограбления… Наводит явно кто-то грабителей на людей, у которых есть что взять.
— Понятно, — озадаченно взглянул на начальника милиции Шанцев. — Хотя у нас в городе нет известных деятелей искусств и спортсменов, но да, бдительность имеет смысл проявить. Заседание окончено, товарищи.
Члены бюро горкома стали подниматься из-за стола и выходить из кабинета.
— Всеволод Сергеевич, на минутку, — задержал Шанцев Рыкова. — Что происходит? — спросил он начальника милиции, когда они остались одни. — По какому признаку объединили дела?
— Только между нами, Александр Викторович. Работа дерзкая, даже наглая, почерк похож и домушник исчезает, как сквозь землю. И похищенное нигде не всплывает. Очень профессиональная работа для нашей местности, не столица, все же.
— Понятно… — озадаченно проговорил Шанцев. — Ладно, Всеволод Сергеевич. Будем иметь в виду.
* * *Часов в начале двенадцатого позвонила Марьяна с типографии.
— Павел! Это Грачёва. У нас сенсация! — чуть не прокричала она в трубку. — Приезжайте срочно!
— Хорошо, Марьяна Платоновна, скоро буду. Спасибо за информацию, –ответил я как можно более спокойным голосом.
Через сорок минут я уже входил в кабинет директора типографии. Ганин сидел бледный и чуть живой, а Марьяна хлопотала вокруг него.
— Что у вас случилось? — спросил я.
— Двое дебилов решили техническим спиртом похмелиться, — зло ответила она.
— И где они? — не на шутку напрягся я.
— В больницу на скорой отправили.
— И что за спирт?
— Изопропиловый, — простонал Ганин.
— Опасный?
— Конечно! Это же надо додуматься было! — бушевала Марьяна.
— Так. Давайте, все успокоимся, — предложил я. — Где они его взяли?
— Да он везде здесь, это же типография, — чуть не плача, ответил Ганин.
— Макар Иванович, что у вас с техникой безопасности? — спросил я. — Кто ответственный? У вас есть главный инженер, инженер по охране труда? Надо срочно проверить все журналы по инструктажам, чтобы там комар носу не подточил. Кто у вас этим занимается? С кем мне переговорить?
Ганин закрыл лицо руками и застонал, качаясь из стороны в сторону. Марьяна бросилась за стаканом с водой. Вложив ему стакан в руку, она молча кивнула на дверь, глядя на меня, и вышла из кабинета. Я, естественно, последовал за ней через несколько секунд.
— Понимаете, Макар Иванович совмещает несколько должностей, — зашептала она, когда мы отошли от двери. — У него нет ни зама, ни главного инженера, ни, тем более, инженера по охране труда.