Альтернатива (СИ)

Оставалось только проверить детей старших групп на предмет магических способностей. Но, во-первых, у спящих не было возможности выявить наличие источника. Во-вторых, маг если он был среди детей, в чем Белоусов сомневался, должен был быть не ниже третьего-четвертого ранга, а наличие этого ранга уже позволяло обмануть слабый переносной артефакт. Оставалось либо везти всех в столицу, где в академии был царь-камень — древний артефакт вне рангов, либо устраивать провокацию с целью
выявить мага. Собственно, чем они сегодня и занимались.
Результаты сватки с Алексеем Демидовом был неожиданностью для всех. Неожиданно высокая подготовка подростка вызвала если не шок, то оторопь даже
у него. Выходит, дед Демидова тренировал ребенка едва ли не с младенчества. И что это за стиль боя⁈ И как он ускорился без магии⁈ Вопросы, вопросы.
— Стас, мальчишку уже можно переносить в замок?
— Теперь да — кивнул лекарь.
— Влад и Ринат… Несите носилки. — Белоусов дал команду своим людям. — Понесете парня в замок, в кабинет их лекаря. Он ему больше не потребуется, а кровати там есть. И заступите на дежурство рядом. Один в кабинете, другой снаружи. Вечером сменим. И что б ни одна сволочь переступала порог.
Оба бойца стукнули кулаком по левому плечу и умчались исполнять.
— Стас — позвал Илья Аркадьевич лекаря — Через сколько он придет в себя?
— Ну, — маг жизни почесал подбородок. — Я погрузил его в лечебный сон, иначе он себе повредит срастающиеся кости. Через два дня будет как кузнечик. Да и еды ему надо побольше будет в первые дни.
Белоусов задумчиво кивнул.
Конец интерлюдии
 Глава 12 
дМеня разбудил настырный солнечный луч. С закрытыми глазами я поморщился, отвернул голову в сторону от бьющего мне в глаза солнечного потока и только потом их открыл. Я лежал на расправленной постели в кабинете мага жизни. От воспоминания того, как я в последние разы был в этой комнате, вызвало у меня чувство гадливости. А где собственно хозяин этого помещения? Тут я вспомнил все, что происходило за последние дни.
М-да. Бедный Демидов. То его по башке бьют, то магией пытают, то вообще огнем в жареного барашка пытаются превратить.
При мысли о жареном барашке, сквозь остатки сонливости, внезапно в мое сознание проник потрясающий запах еды. Повернув голову, я обнаружил две вещи. Первая, то, что у моей кровати на стуле стоит огромный поднос, заставленный снедью вокруг большого блюда, на котором лежали исходящие паром жареные куски мяса.
Вторая — сидящий чуть подальше улыбающийся Илья Аркадьевич Белоусов.
Улыбка на его лица выглядела как-то жутко с учетом того что мы сошлись в схватке не на жизнь, а на смерь. На этот раз он был одет только в штаны и в тунику без рукавов, без знаков различия.
— Привет Алексей! С добрым утром! — радушно произнес он.
— Доброе, Илья Аркадьевич — не стал упорствовать я.
— Ты не стесняйся. Давай садись и ешь.- Он широким взмахом показал на поднос. — Повар для тебя расстарался.
— Спасибо — буркнул я, ощущая, что желудок сжался и рычит в предвкушении еды. Я сел, поразившись слабости. Тело слушалось с трудом, словно после десятичасовой тренировки на изнурение.
Белоусов только смотрел с улыбкой и понимаем, как я поглощаю вкуснейшее, горячее мясо на углях с квасом в прикуску с огромным ломтем свежего ржаного хлеба. То, что я лежал на кровати и здесь, а не в подвалах замка на соломе за решеткой говорило о том, что не все так однозначно, как я думал вчера. Завтрак в постель тоже говорил о многом. Поэтому я ждал, когда он начнет разговор.
— М-да, четыре дня без крошки во рту — протянул он. — Это сказывается.
Я поперхнулся и закашлялся. Сколько⁈
— А что ты думал? — В ответ на мои круглые глаза усмехнулся Белоусов. — У тебя было обожжено половина тела, перелом обоих ног и правой руки. Многочисленные растяжения связок. Еще хорошо, что ты так быстро восстановился. Стас у твой кровати сидел сутки, а он поверь мне, не слабый маг. Так что можешь его поблагодарить потом.
  
— Я…Благодарен… — просипел я сквозь кашель.
— Ты ешь, ешь — заботливо посоветовал он мне. — Тебе еще потребуются силы.
— Перед плахой палача — спросил я его.
— Перед какой… — Мои слова его удивили. — М-да… Как все запущено…
Он налил во вторую кружку кваса из запотевшего кувшина, с шумом выпил.
— Позволь представиться тебе еще раз. Гранд-магистр магии огня и командир отряда специального назначения Императорской службы Белоусов Илья Аркадьевич. Очень приятно.
Я молча кивнул.
— А ты с самого начала для меня был загадкой. Позволь тебе рассказать, почему и как мы прибыли сюда. Сначала позволь тебе представить нашего агента. Виктор, зайди! — повысил голос он.
В ответ на его слова дверь открылась, и в комнату вошел один из охранников замка кого мы видели с Юлием у ворот. На этот раз он был без кирасы и поприветствовал меня кивком головы. Посмотрел на Белоусова, дождался разрешающего кивка и вышел.
— Это он нашел трупы ночью, немного спустя после того как они собственно превратились в трупы, и незамедлительно связался по артефакту с третьим секретарем императора. А третий секретарь подал доклад самому.
Белоусов отпил еще квасу.
— Ты, наверное, размышляешь, зачем императору так беспокоиться о детях из сиротского дома?
Я пожал плечами.
— Ну, собственно говоря, незачем. Но только в вашей ситуации есть несколько, но. Во-первых, — он загнул палец на руке — все дети здесь до совершеннолетия есть
воспитанники Императорского дома. Я подчеркиваю — дома. Во-вторых, вы какие ни есть, а аристократы, выходцы из разных родов и семей пусть и почивших. В потенциале вы можете стать опорой государя.
В-третьих, когда создавалось это заведение, император пообещал детям, попавшим сюда, свою защиту пусть и до совершеннолетия. А это значит, в первую очередь жизнь. Ты улавливаешь, к чему я веду?
Я кивнул. В принципе к этим выводам пришел и я. Он лишь подтвердил слова Семенона.
— Теперь ты понимаешь его реакцию на то, что были убиты пять детей при не понятных обстоятельствах.
Я покачал головой.
— Нет? Он же гарантировал жизнь каждого ребенка здесь. Убийство есть прямое нарушение его слова. А нарушение его слова плохо скажется на политике в государстве. Улавливаешь?
Теперь более-менее понятно. Опять политика. Но я из его слов я сделал два вывода. То, что у Святослава Первого есть враги (а у кого их нет) и то, что власть императора ослабла, иначе он ни черта не боялся бы перешептываний за своей спиной. Хотя, я не разбираюсь в политике этого государства, потому что Демидов тоже сторонился политики. Ему больше по душе были науки.
— Вижу, улавливаешь. Прибыв сюда, мы обнаружили, что улики с места преступления пытались скрыть, а убитых детей, как какую-то падаль, собирались сжечь. — У Ильи Аркадьевича неприкрыто заходили желваки на лице. — В общем, мы провели расследование, и выходило, в ванных комнатах был шестой, который после всего ушел своими ногами. Не хочешь рассказать, что там было?
Мы с минуту смотрели друг на друга. Потом я пожал плечами и начал рассказывать краткий пересказ того, что случилось ночью, исключив правда введение Юлия в царство сновидений. То, что Белоусов за четыре дня сопоставил детали и выяснил, кто был шестым, я даже не сомневался. Так к чему было отрицать очевидное?
Белоусов в процессе моей речи лишь кивал и иногда задавал незначительные вопросы.
Закончил я рассказ о том, что Юлий пропал, и я нигде его не мог найти.
— Нашли мы твоего соседа. — Белоусов выделил интонацией слова «соседа» — В городе, в таверне на окраине, он снял комнату на три дня. Когда три дня прошло, хозяин собрался с него получить деньги за продление и нашел его повешенным. Так что у нас теперь шесть трупов. Белоусов помрачнел.