Адмирал Империи 40 (СИ)

Старик резко поднялся со своего места, командиры дивизий и бригадиры вслед за ним вскочили со своих кресел и радостными криками приветствовали речь адмирала. Они чуть ли не со слезами на глазах клялись сейчас ему в своей верности и в том, что принесут к его ногам отрубленные головы Птолемея, мятежных адмиралов и любого, кто встанет у них на пути.
— Я не сомневался в вас, друзья мои, — торжественно произнес Поль Дессе сам, еле сдерживая слезы от внезапно нахлынувших чувств. — Я запомнил ваши сегодняшние клятвы, и буду ждать на «Петре Великом» посылки с отрубленными головами упомянутых вами адмиралов… Император Иван Константинович, которого удерживают в качестве заложника на Санкт-Петербурге, да и вся Российская Империя смотрят на вас и надеются, что дивизии Северного флота своим героизмом принесут, наконец, в ее звездные системы долгожданный мир!
— Завтра, все наши враги умрут, — воскликнула Доминика, поворачиваясь ко мне и стараясь перекричать гвалт восторженных голосов вокруг. — Я много раз видела этот взгляд, — кивнула она в сторону Дессе, — и ничего хорошего врагам этот взгляд не сулит…
Не найдя в этот момент во мне союзника, а сама находясь в порыве чувств, вице-адмирал обратилась к командующему:
— Назовите вашего самого опасного противника, и я обещаю, что лично проткну его плазменным штыком своей штурмовой винтовки!
— Спасибо, вице-адмирал, — приложил руку к сердцу старик, растрогавшись и смотря сейчас на Доминику с прежней теплотой, — я ценю ваше рвение… Уверен, что завтра вы сможете исполнить свое обещание.
Я несколько удивленный таким проявлением любви и преданности, единственный из всех собравшихся сохранял молчание и спокойствие, лишь искоса поглядывая, то на Доминику, то на всех остальных офицеров, продолжающих восторженно приветствовать своего командующего.
«Был ли вообще нужен подобный военный совет? — пронеслось у меня в голове. — Что такого важного сказал Павел Петрович, кроме того, как намекнул, что вероятно один из адмиралов завтра перебежит на нашу сторону? Ничего не говорилось, ни о расстановке сил, ни о тактике ведения боя, ни о возможных вариантах развития ситуации… Тогда зачем все это сборище? Только лишь для того, чтобы слиться в этом, внезапно возникшем дружеском экстазе⁈»
— Военный совет окончен, господа. Я приказываю командующим дивизиями отбыть в расположение своих подразделений и начать подготовку к сражению, — произнес Павел Петрович Дессе, когда крики радости и аплодисменты несколько стихли.
Комдивы и капитаны стали поочередно отдавать честь и покидать аудиенц-зал. Мы с Доминикой тоже последовали к выходу, но вдруг за нашими спинами раздался голос Дессе:
— Адмиралы Васильков и Кантор, останьтесь, мне нужно с вами переговорить…
  
Глава 3
 
Место действия: звездная система HD 60901, созвездие «Тельца».
Национальное название: «Ладога» — сектор контроля Российской Империи.
Нынешний статус: не определен…
Точка пространства: орбита планеты Санкт-Петербург-3.
Борт универсального авианосца «Петр Великий».
Дата: 19 июля 2215 года.
После приказа адмирала Дессе мы остановились и, переглянувшись, снова подошли к командующему. Мне на мгновение показалось, что старик сейчас любовался нами, и ему по-настоящему было радостно видеть сейчас двух близких людей рядом с собой. Хотя может я и ошибаюсь. Возможно, Павел Петрович, будучи прирожденным стратегом, смотрел сейчас на меня и Доминику и оценивал нас лишь с точки зрения нашей эффективности в качестве своих дивизионных адмиралов и помощников и не более того. Не знаю, да это и не очень-то и важно…
В любом случае, когда мы подошли к столу, Поль Дессе перестал улыбаться и снова принял деловой вид.
— Слушаем вас, господин командующий, — сказала Доминика, полная внимания.
  
Вице-адмирал явно рвалась в бой и видимо рассчитывала, что Павел Петрович, задержав нас после совещания, судя по всему, хочет дать нам какое-нибудь серьезное поручение. К примеру, провести дерзкий рейд по «тылам» построений врага, либо устроить какую-нибудь засаду в ближайшем поясе астероидов или в заброшенных промышленных модулях на орбите. Но, как вице-адмирал не надеялась, ничего подобного не произошло, Дессе проигнорировав фразу Доминики, напрямую обратился ко мне:
— Когда именно ты вернулся из разведывательного рейда, Александр? — задал он вопрос, наконец, без посторонних назвав меня по имени, а не по званию.
— Менее двух стандартных часов назад, — ответил я. — И не обнаружил в данной звездной системе ничего похожего на засаду.
— Твои ребята точно все прочесали? — с недоверием в голосе, спросил Павел Петрович. — Вернулись все десять боевых групп и ничего?
Дессе всегда был острожным человеком, он любил перестраховаться перед боем и досконально проверить тот сектор космоса, где находился в данную минуту его космофлот, на предмет возможной западни. Вкупе с изворотливостью и хитростью именно за эту самую осторожность Павел Петрович и получил в среде космоморяков прозвище «Лис». Приставку «Северный», которая меньше употреблялась в разговорной речи адмиралу дали по принципу принадлежности к флоту, которым он командовал вот уже почти пятнадцать лет…
— Да, все высланные на разведку боевые группы к этому моменту уже прибыли в лагерь. Ни одна из них не обнаружила, ни засады, ни каких-либо скрытых резервов врага, — уверенно ответил я, прямо перед военным советом еще раз перепроверив данную информацию, присланную мне со всех кораблей и разведывательных зондов. — Не волнуйтесь, господин адмирал, мы прочесали сканерами все темные углы «Ладоги» — никаких других боевых кораблей в системе больше нет, кроме тех, что уже собрались здесь у центральной планеты.
Дессе как-то с недоверием посмотрел на меня, видимо не до конца веря в то, что я только что произнес.
— Да, я сам удивлен не меньше, — пожал я плечами. — Мы не обнаружили ни одного сектора скрытого в «тумане войны», «черноморцы» даже зонды-глушилки не разбросали в пространстве…
— Видимо им было не до этого, — усмехнулась Доминика Кантор. — Слишком сильно были заняты разборками между собой.
— Да, нам сильно подфартило, что Иван Федорович Самсонов к этому моменту отошел в мир иной, — невесело пошутил я. — Вот от бывшего командующего Черноморским флотом точно можно было ожидать любой неприятности. Все же эти так называемые мятежные адмиралы, во главе с Хиляевым, Красовским и невесть откуда свалившимся на наши головы пашой Бозкуртом, которые считают себя сегодняшними хозяевами Санкт-Петербурга-3 и «Ладоги», к счастью для нас слишком самонадеянные и недалекие люди, чтобы додуматься, оставить нам какой-нибудь неприятный сюрприз в виде пары дивизий, находящихся в режиме радио и электронного молчания где-нибудь поблизости…
— Никогда не недооценивай противника, пусть даже на первый взгляд слабого и неопытного, — поучительно произнес Павел Петрович Дессе, многозначительно посмотрев на меня, как учитель на ученика.
— Уже лет пятнадцать как стараюсь этого не делать, — ответил я, улыбнувшись менторскому тону своего крестного. — Но и переоценивать наших врагов тоже не хочу…
— Ладно, — кивнул Дессе, немного успокоившись, — здесь ты возможно и прав — эти «черноморцы» вместе с османами Ясина Бозкурта действительно неспособны в глобальном смысле на что-то серьезное. Однако, при таком скоплении боевых и гражданских кораблей в системе «Ладога», которые сотнями и тысячами сейчас мельтешат перед нашими глазами и засоряют тактические карты, можно чисто физически просто проглядеть какую-либо группу или малую эскадру, которая внезапно появится во время сражения у тебя в «тылу» и тем самым очень сильно поменяет расклад сил.
— Что ж, я обнаружил одну такую вражескую эскадру, на которую наткнулся совершенно случайно, но она была очень незначительная, всего в два десятка вымпелов, и от этого не представляющая для нас опасности, — сказал я, решив не скрывать от командующего недавний инцидент, произошедший во время моего рейда.