Усмиритель душ (СИ)

 Трое людей, включая Шэнь Вэя, поспешили сбежать, но Юньлань вдруг остановил его, держась за грудь, и с трудом выдохнул:
 — Чжу Хун…
 Шэнь Вэй подтолкнул его вперёд:
 — Не волнуйся, она жива. Я оставил ей ветвь Древа Добродетели.
 Они выбрались за пределы Призрачного города и прошли сквозь софору, соединяющую инь и ян, на Античную улицу города Дракона. В тот же миг на руки Чжао Юньланю с громким мяуканьем взлетел чёрный кот.
 — А ты что здесь делаешь, жирный ублюдок? — удивился Юньлань.
 — Я тебя везде искал! — завопил Да Цин. — Бессердечный ты плут! Что там у вас случилось? Взрыв газа? Здесь все до смерти напуганы!
 — Не время для разговоров, — вмешался Шэнь Вэй прежде, чем Юньлань успел открыть рот, и одной рукой подтолкнул того вместе с котом к толстому стволу софоры. — Залезайте, скорее!
 Юньлань и Линь Цзин послушно забрались наверх.
 Сам Шэнь Вэй остался в тылу и сложил руки, образовав один за одним древние сложные знаки, что тремя печатями закрыли проход в преисподнюю. Следующая за ними чёрная тень замерла, будто наткнулась на невидимую стену, и откатилась прочь, а Шэнь Вэй, словно растеряв последние силы, на подгибающихся ногах попятился и прижался спиной к широкому стволу. Он задыхался, и по вискам у него струился холодный пот.
 — Шэнь Вэй! — крикнул Юньлань откуда-то сверху, и тот с трудом поднялся по раскидистым ветвям наверх.
 Чёрная тень на земле вела себя, словно подвижный ручей: билась и билась о невидимую стену, разнося по округе оглушительный неприятный звон.
 Завидев макушку Шэнь Вэя, Юньлань торопливо схватил его за руку и втащил повыше.
 Шэнь Вэй на миг тяжело опёрся на его плечо, переводя дыхание. А открыв глаза, он обнаружил, что ситуация под деревом изменилась: там столпилась целая группа ночных сотрудников спецотдела, включая охранников и Ван Чжэн с Сань Цзанем.
 Старик Ли даже держал в руках здоровую бедренную кость — наверное, собирался использовать в качестве оружия.
 Даже владелец лавки неподалёку вышел на улицу и взгромоздился на свой забор, наблюдая за происходящим.
 Недалеко раздался оглушительный визг тормозов, и на пешеходную улицу въехала машина отца Юньланя. Припарковавшись на другой стороне, он вышел наружу, и всем присутствующим стало очевидно, что в его облике к ним на встречу явился кубок Шэнь-нуна.
 И его первые слова вызвали большой переполох.
 — Великая Печать окончательно пала?
 Глава 105. 
 Обнимающая Шэнь Вэя рука Юньланя невольно сжалась крепче.
 На них уставились все: кто-то с сомнением, кто-то — нервно, а кто-то просто терпеливо дожидался ответа.
  
 Шэнь Вэй медленно кивнул.
 — Король Призраков воспользовался своим телом, как проводником тьмы. Я временно запечатал её под землёй с помощью знаков с Великой Печати, — сказал он. — Кроме того, небольшой проход существует в курортном городке неподалёку. Тьма сможет просочиться, но серьёзных последствий пока не будет.
 — Нюйвы нет уже много тысячелетий, — сказал «отец Юньланя». — Силы знаков Великой Печати, должно быть, невелика. Сколько они продержатся?
 — Не дольше двенадцати часов.
 Повисла мёртвая тишина.
 — Что такое Великая Печать? — тихо спросила Ван Чжэн.
 Сан Цзань аккуратно потянул её за локоть и приложил палец к губам, намекая, что продолжать не следует. Пусть он и не всё понимал в этом разговоре, но до этого ему приходилось помогать Юньланю в розыске информации в библиотеке, и из услышанных кусочков он о многом догадался и многое сумел додумать самостоятельно.
 Кубок Шэнь-нуна не сводил глаз с Шэнь Вэя:
 — И что же собирается делать великий бессмертный [1]?
 Шэнь Вэй спокойно встретил его взгляд, взял Чжао Юньланя за руку и ровным голосом произнёс:
 — То, что и обещал много лет назад.
 Его спокойствие выбило кубок Шэнь-нуна из равновесия. Его взгляд скользнул по их сцепленным рукам, и выражение лица неуловимо изменилось, оставшись, впрочем, столько же высокомерным.
 — Чем я могу помочь? — сухо спросил он.
 Шэнь Вэй осмотрел всех присутствующих: людей и призраков.
 — В тот день владыка Куньлунь воспользовался силой четырёх святынь, чтобы восстановить четыре небесных столба. Когда Великая Печать пошатнулась, эти святыни были силой извлечены наружу и появились в мире живых. Прямо сейчас все они находятся в моих руках. Всё, что мне нужно, это вновь запечатать четыре небесных столба… А вам всем придётся помочь мне удержать позиции.
 Стоило ему договорить, и прямо посреди улицы появилась огромная сетка, сложившаяся в восемь триграмм [2]. Четыре угла этого рисунка указывали соответственно на запад, юг, восток и север.
 Первым с ладоней Шэнь Вэя слетел Столп Природы. В воздухе он вытянулся, словно пик заснеженной горы, и завис на севере в позиции Чёрной Черепахи [3]. Откуда-то из его глубины раздался устрашающий крик, и от Столпа Природы отделились Солнечные Часы Реинкарнации, взмыли в воздух и со звоном встали в позицию Белого Тигра — на западе. С небес рухнула Кисть Добродетели, выточенная из священного Древа Добродетели, и приземлилась в позиции Лазурного Дракона — на востоке. Последней была Лампа Хранителя: по-прежнему без фитиля, по воле Шэнь Вэя она медленно встала в позицию Красной Птицы — на юге.
 — Разве Лампа Хранителя не была похоронена в зале десяти королей? — удивился Чжао Юньлань.