Падение (ЛП)

— Ты… — он нерешительно откашливается. — Тебя подвезти куда-нибудь?
Я машу в его сторону штанами, бросая сумку на диван.
— О нет, я вызову такси.
— Такси доберется сюда не меньше чем за полчаса, — он пожимает плечами. — Пятничный вечер.
Он совершенно прав. Не знаю, как я позволила этому случиться. Маркус надерет мне задницу, если я не приду во время. Я делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю, осторожно глядя на Джастина.
— Тебя это не затруднит?
Его рот слегка изгибается.
— Честно, нет.
Джастин терпеливо ждет, пока я захожу к Эйзади. Я торопливо целую Коди на ночь, изо всех сил стараясь избежать вопросительного взгляда Неды, когда она замечает Джастина в коридоре.
— Скоро увидимся, малыш, — шепчу я, целуя его в последний раз.
Только на полпути через парковку я понимаю, что поеду на машине Джастина. Очень блестящей и очень красивой машине Джастина. Внутри Мустанг так же хорошо сохранился, как и снаружи. Кожаные сиденья выглядят совершенно новыми, а внутренняя обшивка чистая и в отличном состоянии. Я проскальзываю внутрь, ставя сумку у ног.
— Ты действительно не должен этого делать, Джастин.
Он пожимает плечами.
— Я же сказал, что мне не сложно.
Двигатель оживает, и я чувствую, как он мурлычет по всей машине. Уличные фонари вспыхивают на капоте, когда он въезжает в яркие огни города.
— Ты работаешь на Маркуса, верно?
Я киваю.
— Да.
Мы оба молчим минуту или около того.
— С работой все в порядке?
Вздохнув, я откидываю голову на подголовник. Ночной воздух пахнет дождем, и аромат смешивается с кожаной обивкой и чем-то теплым.
Меня давно уже не волнует, что люди думают о моем жизненном выборе, но впервые за несколько месяцев я жалею, что не работаю в обычном баре. Баре, где я могла бы оставаться в одежде, и где я не притворялась бы по ночам фантазией огромного количества безликих мужчин. Дело в том, что мне не все равно, что думает Джастин, и от этого мне не по себе.
— Ты был там?
Он смотрит на меня из-за руля, нахмурился, а я улыбаюсь в ответ. Я закрываю глаза, чувствуя, как холодный воздух обдувает мое лицо и охлаждает щеки.
— Ну конечно же ты был.
Не знаю, почему я продолжаю говорить.
— Это не лучшее место в мире для работы, я знаю. Но так у меня с Коди есть крыша над головой и еда на столе. Маркус не так уж плох, если оставаться на его стороне, — я смеюсь. — Я, конечно, не на его стороне, но неважно. У меня неплохо получается притворяться. У меня есть постоянные клиенты и все такое. Плюс с девушками очень приятно работать.
Ты бредишь. Хватит болтать. Господи, хватит болтать.
Не то что бы мне нужно было заполнять тишину между нами, просто находясь так близко к нему, в одиночестве, в ограниченном пространстве, у меня почти кружится голова. И кажется, это единственное, что я могу сделать, чтобы не уползти прямо в окно.
Не знаю, что на меня нашло.
— А как насчет тебя?
Он поворачивает голову, прежде чем сменить полосу движения.
— Что насчет меня?
— Чем ты занимаешься?
Его длинные пальцы возятся с вентиляционными отверстиями, и я вдруг чувствую, как меня обдает порывом теплого воздуха. Я дрожу из-за такого резкого изменения температуры.
— Холодно? — спрашивает он.
Я качаю головой.
— Ты ответишь на мой вопрос?
Мы останавливаемся на красный свет, Джастин поправляет зеркало заднего вида и пожимает плечами.
— Я работаю на друга. Выполню всякую работу. Чиню вещи в основном.
— Вещи. Холодильники? Машины? Велосипеды?
Ему требуется время, чтобы ответить. Краем глаза я вижу, как он задумчиво проводит рукой по подбородку.
— В основном машины.
— Так ты механик?
Загорается зеленый, и он переключает машину на первую передачу.
— Да. Наверное. Сколько лет Коди?
Я улыбаюсь.
— Ему скоро будет пять.
— Он кажется старше.
— Да, я знаю.
Город пролетает мимо, что-то тихое и смутно блюзовое играет на радио Джастина. Вентиляционное отверстие у моих ног согревает пальцы, а ночной воздух прохлаждает лицо. Когда Джастин заезжает на парковку клуба, я кладу сумку на колени, прижимая к груди, пытаясь спрятать бьющееся сердце. Я знаю, что мне нужно выйти из машины, просто это сложнее, чем должно быть на самом деле.
 
— Спасибо.
Одна рука лежит на руле, автомобиль работает на холостом ходу, другая тянется, чтобы уменьшить громкость радио.
— В любое время.
Долгое сердцебиение тишины. Джастин бросает взгляд на сумку на моих коленях, прежде чем встретиться со мной взглядом. Я улыбаюсь в ответ, потому что по какой-то причине это все, что я могу сделать. Его взгляд ощущается, как солнце на коже — теплый и сфокусированный — и эта интенсивность одновременно пугает и возбуждает меня.
Мои пальцы тянут ручку двери, и я выскальзываю из нее.
— Пока, Джастин.
***
Голова не перестает кружиться всю ночь.
Я не могу прийти в себя, как ни старалась бы. У каждого клиента есть татуировки, их руки слишком маленькие, слишком слабые и потные. Один из танцоров пихает мне в руку стакан виски, и я выпиваю его, надеясь стряхнуть с себя туман, но это не помогает. Алкоголь едва касается краев того, что свернулось у меня в груди. Я говорю себе, что Джастин просто хороший, что другой ситуации он помог бы любому, и что я волнуюсь из-за ничего.
Но нельзя сказать сердцу, чтобы оно не чувствовало того, что оно хочет. Игнорируешь эмоции, а они все равно требуют, чтобы их чувствовали. И похоть — одна из них. Да и как могло быть иначе? Красивый — безумно красивый — парень обращает на вас немного внимания, нельзя не чувствовать трепет и жар притяжения. Это совершенно нормальная реакция.
Верно?
К тому времени как я выхожу из клуба, я почти не замечаю его машину, стоящую под фонарями через дорогу. Мой желудок сжимается от беспокойства, но кожу покалывает от предвкушения; что за странное столкновение ощущений.
— Подвезти, детка? — спрашивает Джеймс, один из вышибал, закидывая тяжелую руку мне на плечо.
Двигатель «Мустанга» Джастина с ревом завертелся, рассекая неподвижный утренний воздух.
Я отмахиваюсь от Джеймса и качаю головой.
— Нет. Кажется, у меня уже есть водитель. Хотя, спасибо.
Он театрально надувает губы, пожимая плечами.
— Ладно. Увидимся завтра вечером.
— Да.
Когда я подхожу, Джастин наклоняется, чтобы отпереть дверь. Я проскальзываю в тепло машины, бросая сумку к ногам.
Глава 6
Скарлет
Мне никогда не приходилось говорить Тайлеру держать руки при себе. Он всегда был милым, уважительным, привлекательным и джентльменом. Он стал одним из моих постоянных клиентов, и я не против. На самом деле, я с нетерпением ждала его. Для него все дело в человеческом контакте и в том, что красивая девушка обращает на него внимание. Каждую неделю он заказывает одну и ту же комнату, заказывает одни и те же напитки и каждый раз платит мне одни и те же чаевые. Мы говорим обо всем, и если бы все мои клиенты были хорошими, как он, мне было бы намного проще.
Я проскальзываю через тяжелую занавеску и вижу Тайлера, уже сидящего на мягком диване со стаканом бурбона в руке. Он поднимает глаза, и я улыбаюсь, всегда счастливая видеть знакомое лицо в городе чужаков.
— Привет, милый.
Его улыбка сияет.
— Привет, красавица.
Наклонившись для краткого объятия, я прижимаю пальцы к его щеке, чувствуя щетину под ними.
— Долгий день?
Он качает головой.
— Долгая неделя. Восемьдесят часов работы с понедельника.
Мои глаза расширяются от беспокойства, и я кладу ладонь на его щеку.
— Это тебе вредит.
Это хорошая черта в нем; мне не нужно притворяться. Моя привязанность к парню искренняя — это не то же самое, что похоть или настоящее влечение, в нем есть что-то нежное и почти мальчишеское, что взывает доверие. Он умоляет кого-нибудь позаботиться о нем, и я делаю это по-своему. Он просто платит мне за это.