Моя простая курортная жизнь. Том 2 (СИ)

— Да, ты герой, — согласилась наша гостья.
После чего они звонко чокнулись кружками с чаем. Честно, я бы не сказал, что забрать у девушки невинность — это такой уж героизм. Но мне точно понравилось, что у нас сегодня получилось.
Когда, наевшись и наболтавшись, девчонки собрались уходить, в дверях они столкнулись с Инной, которая как раз пришла ко мне — гораздо раньше, чем я ее ожидал.
— Сразу две? — прищурилась она, провожая моих гостей глазами. — Тройничок, что ли, был?
А ведь, несмотря на то, что мне понравилось, что у нас вышло с Беллой и Аленой, было смутное ощущение, что лично мне чего-то не хватило. И только сейчас, после этого вопроса, я понял чего.
Сегодня в моей постели оказались сразу две девушки — однако я все же был с каждой из них по отдельности, хоть почти и одновременно. А мне бы хотелось без всяких «почти». Но не от неопытной же Беллы такого ждать, для этого нужны две умелые, искушенные красотки, которые бы искушали еще больше меня и друг друга. К тому же они у меня имелись: Алена сегодня просто показала мастер-класс, а Инна каждым сексом показывала мастер-мастер-класс. Почему бы их наконец не совместить? Держу пари, вместе они могли бы унести нас на вершины блаженства.
— А как ты относишься к тройничкам? — аккуратно поинтересовался я.
— Ну, — моя спортсменка слегка замялась, — Катерина такое не одобряет…
Я уже даже не стал спрашивать, а при чем тут Катерина. Больше интересовало, а об одной ли Катерине мы говорим? Я вот знал как минимум одну девушку, которая бы подтвердила обратное. Хотя, по мнению Инны, ее дорогая подруга — не человек, чтобы обсуждать такие телесные и низменные вещи, а по меньшей мере божество, а божество не сосется, не участвует в тройничках да и вообще не трахается — в лучшем случае занимается любовью, а то и вовсе совершает какой-то обряд.
— В конце концов, — отмахнулась капитанша, притягивая меня к себе, — какой тройничок, я тебя одна за двоих сейчас обработаю! — следом ее губы голодно впились в мои.
На этом мы пока что и закрыли тему.
В девушке, которая стала женщиной, что-то неуловимо меняется — особенно если ей понравилось, как это случилось. Появляются какая-то уверенность, раскованность и легкая плавность в движениях, словно тело само настраивается на новую взрослую жизнь. Во всяком случае, когда на следующий день Белла вошла в класс, ее глаза ярко сверкали, а губы не покидала довольная улыбка. Она приветливо кивнула мне и Алене, и мы все трое переглянулись, как сообщники, зная то, чего остальные не знали. На одной из перемен эта новая женщина нашла нас с подругой в коридоре и протянула каждому по огромному пончику, а затем спросила меня, не против ли я, если, возможно, как-нибудь она снова обратится ко мне за подобной услугой. Конечно, я был не против. И почему все одноклассницы не могут быть такими же щедрыми? И пончик, кстати, оказался очень вкусным. В общем, я был собой доволен — можно сказать, открыл девушке целый мир, которым она сейчас только начнет наслаждаться.
— Какие же мы все-таки молодцы, — заявила Алена, жуя заслуженную вкусняшку, когда мы остались вдвоем на подоконнике. — Подарили ей такой незабываемый первый секс… Я, кстати, начала распространяться о твоих услугах, — добавила она, наконец добравшись до начинки.
— И кому ты начала распространяться? — спросил я, уже догадываясь кому.
— Разумеется, самым заинтересованным лицам. Тем, кому по-другому без шансов, — ехидно отозвалась эта хитрая задница.
— И что ты ей сказала? — уточнил я, вспоминая, как возмущалась Дана после физры.
— Да всего-то ничего, — невинно протянула подруга. — Спросила, не пора ли ей уже потерять девственность…
— Чего? — я чуть не подавился пончиком. — Да это вообще-то не твое дело.
 
— Вот и она сказала так же. Дело-то, может, и не мое, но я ей сказала, что одна одноклассница уже попросила меня это организовать, и как раз сегодня мы пойдем терять ее девственность. С Ромой. На этом моменте твоя типа подруга меня и нагнула… А еще я предложила организовать ей то же самое, если она хочет. Или на этом моменте нагнула, — хмыкнула чертовка, — точно не скажу…
— Ага, ты еще зарабатывать на мне начни.
— Ну, может, однажды и начну, — изрекла Алена, дожевав свой пончик и теперь прицениваясь глазами к моему.
— Тогда восемьдесят процентов мои.
— Тогда заберу свои двадцать, — парировала она и таки урвала у меня кусочек, размазав мою начинку по своим губам.
Только мы доели сладкое, как в моем кармане завибрировал смартфон.
Инна: «Жду тебя в нашей подсобке! Не пожалеешь…»
Вдогонку пришла парочка брызгающих баклажанчиков. На этом моменте мы с Аленой разошлись. Она утопала в класс отбывать свое наказание — в смысле, уделять время Даше, которая будто за каждую минуту, что подруга проводила со мной, требовала давать ей целых две минуты. Я же отправился в одну уютную подсобку, гадая, о чем именно смогу не пожалеть сейчас. Трахнуться до конца перемены мы там вряд ли успеем, но вот на минет можно вполне рассчитывать. Однако где-то на полпути упало еще одно сообщение.
Инна: «Блин, отбой! Вот прям срочно Катерина попросила ей помочь… Обещаю, следующей переменой все компенсирую!»
Да уж, «компенсирую» — это просто ее любимое слово, точнее, второе после «Катерина». Словно пытаясь меня задобрить, опять пришла вереница брызгающих баклажанчиков. Такими темпами наш чат скоро будет состоять только из «Катерина», «компенсирую» и баклажанчиков. Что общего у Инны и Алены? То, что в данный момент, обе разрывались между мной и подругой. И где только девчонки находят таких подруг?..
— Кто тут королева?.. — внезапно раздался за углом знакомый девичий голос.
Следом заиграла бодрая музыка, идеальная для какого-нибудь очередного тиктока.
— Кто тут королева? — повторила Валентина. — Я тут королева!..
Перед глазами непрошеным воспоминанием пронеслась темная вытатуированная «моя» над ее голой киской. Что там набито еще, я так и не выяснил, и как любой незакрытый гештальт это не давало покоя. В общем, я и сам не понял, зачем свернул за угол — ноги будто сработали вперед мозгов.
Хозяйка тревожившей мои мысли киски пританцовывала у перил на тихой лестничной площадке. Пирсинг озорно поблескивал в ее ушах и носу, под блузкой привычно выделялся вызывающе яркий лифчик, а рукава были закатаны аж до локтей, открывая густо разрисованные татушками руки. Пока это живое произведение искусства покачивало школьной юбкой под музыку и напевало, одна из ее подружек с серьезным видом снимала ролик, а другая просто сидела на подоконнике, надувала из жвачки пузыри и болтала ногами, в то время как лежавший рядом смартфон делал всю работу за нее, проигрывая мелодию. Само собой, она заметила меня первой и, остановив музыку, тут же сообщила остальным:
— Посторонний в кадре!
Валентина мигом повернула голову ко мне.
— А, романтик, — хмыкнула она и весело подмигнула мне. — Да пусть смотрит. Ему можно… Все, давайте дальше!
После чего одна ее подружка опять включила запись, а другая запустила музыку.
— Кто тут королева? — вновь начала начитывать оторва. — Я тут королева!.. Тверкаю жопой направо и налево!..
И в такт словам сочно задвигала задницей на камеру, заставляя подол юбки дразняще взлетать все выше, открывая будущим зрителям все новые татуировки на стройных спортивных бедрах.
— Кто тут королева? — в очередной раз повторила она.
И в этот момент в кадр вдруг вошла настоящая королева.
— Что ты делаешь? — холодно спросила появившаяся из-за угла Катерина.
Музыка мгновенно остановилась.
— Жопой тверкаю, — охотно пояснила бунтарка.
Руслана, следовавшая за ее величеством, сразу же занесла над бумажным планшетом авторучку, готовая фиксировать новые наказания. А вот Инна, патрулировавшая сейчас коридоры вместе с ними, обалдевши уставилась на меня, спрашивая глазами, как я-то тут оказался. Я лишь пожал плечами в ответ — ну как-как, до тебя не дошел.