Моя простая курортная жизнь. Том 2 (СИ)

После чего дверь моей комнаты закрылась прямо у меня перед носом, заперев двух девчонок внутри. Иными словами, одна одноклассница, которая стала женщиной на моей кровати, привела сюда же и другую одноклассницу повторить свой удачный опыт. Вообще, Белла была не первая девушка, которую мне предлагалось лишить девственности, так что я не особо волновался по поводу процесса, уже зная, что и как делать, чтобы всем было комфортно. Куда больше меня ввела в недоумение фраза подруги, закрывшейся вместе с ней. Что значит «нам нужно»? Ты-то тут при чем?
Некоторое время я слонялся по коридору, прислушиваясь к звукам из-за двери. Там то и дело раздавались какие-то шорохи, скрипы, шелест снимаемой одежды, девичьи хихиканья и перешептывания.
— Ром! Можешь заходить! — наконец весело позвали меня два голоса с той стороны.
Что тут делала Алена, я понял сразу, как только открыл дверь. Чертовка, как выяснилось, решила принять в процессе непосредственное участие, и на моей расправленной постели сейчас лежали сразу две девушки. С одной стороны брюнетка Белла в белых чулочках и белом кружевном белье, как у невинной невесты, а с другой — одна рыжая хитрюга в красных чулочках и красном кружеве, как у страстной любовницы. Я зашел в комнату, и обе соблазнительно выгнулись, выставляя свои прелести на мое обозрение. Взгляд охотно забегал между двумя сочными попками и двумя парами упругих сисек, чьи соски призывно торчали мне навстречу сквозь тонкие лифчики — два с одной стороны кровати и два с другой. Разумеется, я даже не старался сдержать восторг.
— Девчонки, вы такие красивые!
— Правда? — кокетливо хлопнула ресничками Белла.
— Если ты сейчас сачканешь, — пригрозила ей Алена, уже и сама распаленно глядя на меня, — то его трахну я!
— Нет, — хихикнула та, — сегодня я стану женщиной!
И обе разом потянули меня на кровать, которая озорно скрипнула то ли от предвкушения, то ли от увеличившейся нагрузки — еще никогда здесь не было трех участников одновременно.
Некоторое время мы просто целовались — вернее, девчонки целовали меня, прижимаясь ко мне разогретыми телами с двух сторон, будто урывая мои губы друг у друга, смешивая вкусы своих поцелуев, пока моя голова не закружилась от такого количества поворотов. А затем Алена плавно откатилась в сторонку, а Белла оказалась подо мной, рвано дыша и слегка подрагивая. Определенно, между этих стройных дрожащих ножек не хватало чего-то твердого, на что можно опереться, и я не мог отказать ей в такой услуге.
— Ты была права! — ерзая на стуле, Белла повернулась к Алене. — Это оказалось так классно!.. Ты такой классный! — теперь она с воодушевлением повернулась ко мне. — Мне так понравилось! Я реально кончила!
— А я говорила, — заметила подруга, смачно откусывая бутерброд. — Рома — шамый лучший, — жуя, добавила она.
Я же с умилением смотрел на их довольные мордашки, растрепанное темное каре одной, небрежно собранный рыжий хвост другой, блуждающие на губах улыбки и с аппетитом жующие щечки, пока целых две пары радостно сверкавших глаз освещали кухню ярче любой лампочки. Какое же все-таки удовольствие кормить девушку, которая тебе только что дала — а я сейчас кормил сразу двух.
— Я это сделала! — с гордостью выдохнула Белла, подхватывая печеньку. — Я наконец-то женщина!..
— Как я тебе и говорила, — с экспертным видом изрекла Алена, утаскивая себе еще ломтик колбасы, — ничего страшного. Зато сколько наслаждения…
Как же мне все-таки нравилось сравнивать девчонок в постели: их стоны, запахи, поцелуи, страсть и желание, с которыми они отдаются. Однако сегодня был первый раз, когда я сравнивал не по памяти, а вживую. На кончиках пальцев до сих пор будто смешивалось тепло двух тел, на губах горели разные поцелуи — жгучие уверенные одной и робкие неуверенные другой, только пробующей, какова любовь на вкус. Технически у нас был не тройничок, но по ощущениям он самый — настолько активно все участники были вовлечены в процесс. Не знаю, чем девчонки занимались и что обсуждали, пока оставались одни за закрытой дверью, но к тому моменту, как к ним присоединился я, Белла уже была полностью готовой меня принять — оставалось лишь снять с нее трусики.
 
— Он во мне, Ален! — со смесью восторга, растерянности и изумления воскликнула она, когда я начал делать ее женщиной. — Рома во мне! О-о-о-о!..
— Тише, тише, — приговаривала подруга, мягко гладя ее по волосам и щеке. — Расслабься…
Моя новая любовница же, казалось, уже ничего не замечала, сосредоточившись только на том, что творилось в ее киске. Присутствие еще одной девушки в такой интимный момент ее вовсе не нервировало, а, наоборот, словно даже успокаивало и, может, чуточку возбуждало.
— Помоги Роме открыть в тебе женщину, — сказала чертовка, скользнув рукой ей по груди.
Накрытая новыми ощущениями, Белла еще крепче обхватила меня бедрами, принимая меня в себя все глубже и все скорее становясь женщиной.
— Мамочка, мамочка, мамочка! — закатив глаза, восторженно причитала она, как на каком-нибудь головокружительном аттракционе, пока ее киска привыкала к новому размеру.
Есть такая теория, что влагалище девушки принимает форму первого любовника, который у нее был — и если так, то в этой комнате были уже две девчонки с моим отпечатком в себе.
— Молодец… — приговаривала рядом Алена и, будто в ритм, водила руками уже по всему ее телу, поглаживая грудь, талию и то и дело опускаясь до промежности, заводя, настраивая на наслаждение, пока я был его источником.
— Оо-оо-о! — простонала Белла. — Я чувствую!.. О-оо!..
Помогая ей, я с радостью наблюдал, как прямо у меня на глазах девушка превращалась в женщину — это была чистая магия. С этими рваными жаркими стонами уходила невинность, открывая дорогу зрелым удовольствиям — и ее проводником тоже был я.
— Ааа! Ооо! — все громче стонала разбуженная мною женщина, чей голод я сейчас утолял собой.
Воздух уже будто вибрировал от ее горячих громких выдохов, и эти вибрации возбуждали всех вокруг. Не выдержав, подруга начала ей вторить, нырнув рукой себе под трусики — повторяя пальцами то, что я делал в Белле членом. Та же, скосив на нее глаза, еще активнее задвигала бедрами, помогая мне подарить ей желанное наслаждение.
Определенно, мне нравилось забирать у девчонок их невинность. Нравилось, что именно со мной они становились женщинами. И нравилось, когда эти новые женщины, крича от удовольствия, обхватывали мою шею, ловили мои губы и со счастливым блеском в глазах смотрели на меня.
Как только моя новая любовница, блаженно подрагивая и тяжело дыша, откинулась на подушку, ее место сразу же заняла не выдержавшая чертовка и жадно запрыгнула на меня, продолжив обучение уже наглядно. Вслед за одними стонами по комнате мгновенно разнеслись другие, и воздух уже не просто дрожал, а натурально плавился. Поцелуи жгли губы, а каждое прикосновение словно било током. Приподнявшись на локотке, Белла лежала рядом и с интересом как женщина начинающая наблюдала, что творила женщина поопытнее.
— Круто… — пробормотала она, когда Алена упала с меня на соседнюю подушку.
— Как будто заново себя открыла, да? — прерывисто дыша, отозвалась та. — Почувствовала то, что никогда не чувствовала… А самое важное теперь знаешь что?
— Что? — переспросила брюнетка, явно боясь пропустить что-то еще.
— Поесть!
Подруга словно от начала до конца, как какой-то ритуал, решила повторить свой первый раз, чтобы Белла уж наверняка получила максимальное удовольствие. В таком случае для полноты повтора в самом финале должна еще заявиться Полина и узнать, что я лишил девственности еще одну одноклассницу. Могу поспорить, после этого она будет задаваться вопросом, сколько всего одноклассниц потеряли девственность в моей постели. Хотя это она уже может и не перенести.
— В общем, — дожевав печеньку, Белла прошлась глазами между нами, — спасибо вам! Получилось даже круче, чем я мечтала!
— Да, Рома, — довольная, как сытый кот, кивнула мне чертовка, — вот такой ты у нас герой!