Любовь с первого ритуала (СИ)
Я попыталась просчитать эту относительно простую формулу, но мозг заявлял, что у него выходной.
– Разберешься. К вечеру все должно быть готово.
Вилард подхватил дорожную сумку и исчез за дверью. Куда он ходит-то? Однако выяснять это прямо сейчас было не время. В конце концов, мне дали задание. Отвратительно скучное, надо сказать, задание. Он явно решил от меня избавиться. Вернется вечером, ничего не готово. Можно с чистой совестью поставить «не зачтено» и отправить меня восвояси, причем с характеристикой, мол, практикантка – неуч.
Если я захочу оспорить оценку и уговорю совет академии устроить разбор, то они принесут кристалл истины, а толку от него. Он понятия не имеет, правду человек говорит или нет, просто считывает малейшие реакции: пульс там ускорился, дыхание участилось (что еще со лжецами происходит, я не знаю). И выдает ответ. Я слышала, что кое-кому удается хладнокровно обманывать кристалл, даже будучи отъявленным преступником. Но я таких вершин самообладания пока не достигла и вряд ли в ближайшую неделю достигну. Разволнуюсь и провалю тест, тем более что волнуюсь я при одной лишь мысли о наставнике. Той самой, которая…
Срочно прекратив ее думать, я принялась тереть и пересыпать травки. Намаялась знатно! Мешки огромные, тереть трудно, магию использовать нельзя. Вдобавок рядом мешалась Бэллочка, норовя залезть то в мешки, то на весы, то утащить оставшийся без присмотра пестик. Провозилась я до вечера, но к возвращению Виларда закончила.
– Получите. – Я взяла огромную кастрюлю с порошком, он посторонился, словно получать ему предполагалось ею по голове. – Сделала, на сколько хватило четвертого мешка, остальное не пригодилось.
– Отлично. Поставь ее в угол, и будем ужинать.
В кастрюлю Вилард не заглянул. Нашвыряй я туда травы, не перетирая, он бы и не узнал! По крайней мере, сегодня.
Ели мы снова в молчании. Разговаривать меня и не тянуло, мысли занимало другое. Пока я перетирала траву, хорошенько обмозговала ситуацию. Выходило, что я пообщалась со всеми подозреваемыми, кроме одной, причем самой подозрительной. Правда, не факт, что вдова станет со мной разговаривать. Она в своих бедах винит Виларда, а я с ним заодно. Точно! Притворюсь, что не заодно. Скажу, что верю ей, а некромант – отвратительный тип, который заставляет несчастных практиканток выполнять черную работу. И я готова помочь ей доказать, что он ее муженька укокошил. А что? В книге о похищенной реликвии сыщик Блэк именно так и сделал: вроде как переметнулся и все вызнал.
После ужина я предусмотрительно позевала над убираемой посудой и сказала Виларду:
– Устала, день был трудный. Пойду спать пораньше.
– Хорошо, – довольно отметил Вилард, словно его целью и было умотать меня до потери интереса к расследованию. – Спокойной ночи.
Ха, а вот и нет! Никакой спокойной ночи я не планирую. А планирую очень даже неспокойный вечер. Поднявшись на чердак и закрыв дверь, я призадумалась. Передо мной стояла нетривиальная задача: как выбраться из комнаты, если лестница разломана? Разобраться с этим было куда сложнее, чем с пропорциями перетираемой травы.
Впрочем, чего это я…. Нашла проблему, называется. Если в окно не вылезти, то остается один выход – дверь.
Я надела пальто и обнаружила Бэллочку, угрожающе сидящую на саквояже. Ее проворные лапки пытались вскрыть запертый замок, а язык вывалился набок от усердия. Или не от усердия? Силу я в нее не вливала с того дня, как подняла умертвием… Непорядок, эдак она захилеет, облезет и попахивать начнет. Подобного допустить нельзя, мы в ответе за тех, кого оживили. Мы – это некроманты, конечно.
Сграбастав белку одной рукой, другой я сотворила магический пасс, вливая в ее тельце энергию. Поддерживая жизнь, обманывая смерть, прославляя тьму! Глаза у Бэллочки замерцали зеленым и стали вдвойне бешеными, но страшно умными. Интеллект прямо-таки читался во взгляде, причем поболее, чем у некоторых посетителей трактира.
Возьму-ка ее с собой, пригодится. Не в разговоре с вдовой, разумеется, а в качестве шпионской единицы. Она маленькая, проворная, умело сливается с тенью, мастерски взламывает саквояжи и прибирает к лапкам их содержимое. У сыщика Блэка помощники были, значит, и мне надо. К тому же я к предполагаемой убийце иду, необходимо позаботиться о собственной безопасности. Белка зарекомендовала себя прекрасным охранником моей чести, а жизнь охранять немногим сложнее.
– Пойдешь со мной на дело? – спросила я ее. – Только чур без команды не крушить и в принципе слушаться.
Бэллочка согласно кивнула. Размяла лапки, демонстрируя боевую и прочую готовность, и юркнула мне за пазуху пальто. Поглаживая ее торчащий наружу хвост, я спустилась на первый этаж и наткнулась на Виларда, идущего в свою комнату. Он замер и уставился на меня с изумлением. А через секунду – с недоверием.
– Ты собиралась спать.
– Не спится, – внаглую заявила я.
Наставник сложил руки на груди и посмотрел на меня сквозь прищур.
– Неужели?
Очевидно же, что выяснить, спится мне или нет, таким образом невозможно. Но я только что жаловалась ему на усталость….
– Прогуляться хочу на свежем воздухе. Вечерний моцион. Весь день перетирала ваши травы, пылью и трухой надышалась. А Бэллочка вообще днями в четырех стенах. Того гляди обезумеет и мебель крушить начнет.
Я приблизилась к Виларду, изобразила самый восхищенный взгляд, который только могла, и промурлыкала:
– Давайте вы пойдете с нами? Совместим приятное с полезным…. Прогулку для здоровья и милую беседу….
На Виларда смотрела с придыханием, не моргая, как делали мои влюбленные сокурсницы, завидев парня своей мечты. Почти не сомневалась: после моих вчерашних заявлений он согласится на что угодно, лишь бы не идти со мной на эту прогулку.
– Приятное? – Наставник машинально отступил на шаг.
Я проигнорировала столь вопиющую грубость и продолжила:
– Луна в небе красивая.… Люблю осенние вечера. Начало увядания… Вот все говорят, что романтичное время – это весна, а по мне – так осень. Ну знаете, холодает, и человеческие существа жмутся друг к другу, чтобы не замерзнуть…
Боже, какая дичь! Кажется, я переигрываю. Он меня раскусит.
Но, видимо, устал тут Вилард. То ли от меня, то ли от жизни в целом. Он внимательно выслушал все, что я ему говорила. Прошло немало долгих мгновений, прежде чем последовала хоть какая-то реакция.
– Хмм.… – Некромант прокашлялся и наконец выдал то, что я от него и ожидала: – Многовато мне будет сегодня прогулок. Ступай одна.
Я со всей возможной грустью вздохнула и понуро поплелась к выходу, стараясь ни одним жестом не выдать ликования.
– Чтобы в девять была дома, – строго сказал он мне вслед.
– В десять, – исправила я, обернувшись к нему. – Меня даже в младшей школе отпускали гулять до десяти. Детское же время.
Белка вылезла из-за моей пазухи и тоже посмотрела на Виларда с укором. Под нашим совместным зрительным штурмом он сдался:
– Десять, и ни минутой позже.
Настенные часы сообщали тикающими стрелками, что едва перевалило за семь. Да за три часа я из этой чертовой вдовы не то что ответы – всю душу вытрясу!
Выйдя по двор, я расправила плечи и потопала по дороге в сторону бурдоновского дома. Пора сделать вдове предложение, от которого она не сможет отказаться.
Глава 12
Я шла по темной, скудно освещенной улице и мысленно репетировала грядущий разговор с главной подозреваемой. Все сказанное мной должно звучать натурально и убедительно. Начну, пожалуй, так: «Госпожа Бурдон, я на вашей стороне. Мне кажется, в убийстве вправду виновен Вилард. То есть господин некромант. Я живу с ним в одном доме и вижу, что этот человек способен на ужасные вещи. Только нам нужно добыть доказательства. Расскажите мне, как и что было, кто и когда нашел тело, и я помогу вам». Пока я тренировалась, выходило очень даже хорошо. В моем воображении. Стефания Бурдон приглашала меня в дом, угощала чаем, непременно с какими-нибудь заморскими сладостями, и выкладывала подробную информацию. Потом я ловила ее на вранье и уличала. Та-дам, расследование закончено! Но как оно выйдет на самом деле, одним духам ведомо.