Беспощадные святые (ЛП)

Сексуальное напряжение, которое нарастало с тех пор, как Карсон поцеловал меня в среду вечером, сводило меня с ума.
На самом деле, это началось с тех пор, как мы встретились.
Карсон стягивает с меня рубашку через голову и, схватив за бедра, толкает меня назад, пока я не врезаюсь в дверь.
Жар в его глазах заставляет мой живот сжаться от желания, а затем его рот прокладывает горячую дорожку вниз по моей шее. Когда он добирается до моей груди, его зубы впиваются в чувствительную плоть под кружевным бюстгальтером.
Карсон опускается все ниже, пока не встает передо мной на колени. Его глаза встречаются с моими, когда он расстегивает мои джинсы и стягивает их с моих ног.
Чертовски сексуально.
Я снимаю кроссовки, а затем отбрасываю джинсы в сторону.
Руки Карсона движутся вверх по моим ногам, от икр к бедрам, а затем он стягивает с меня трусики и зарывается лицом между моих ног.
— О, да, – выдыхаю я, когда мои руки находят его волосы.
Он закидывает мою ногу себе на плечо, и в тот момент, когда его дыхание обдает мой клитор, моя голова откидывается на дверь. Используя свой язык и зубы, он набрасывается на меня так, как на меня никогда раньше не набрасывались. Я крепче сжимаю его волосы, когда из меня начинают вырываться все звуки, от стонов до всхлипываний и вздохов экстаза.
Мой оргазм наступает быстро, и мое тело выгибается вперед, когда мой рот открывается в крике, наполненном наслаждением. Оргазм пронзает меня спазмами, вызывая дрожь во всем теле, пока мне не начинает казаться, что у меня припадок.
Мои ноги немеют, и я опускаюсь перед Карсоном, прислоняясь к его груди.
Я не могу подобрать слов.
Я не могу пошевелиться.
Я могу только чувствовать.
Руки Карсона обхватывают мое лицо, и, притягивая мой рот к своему, он заставляет меня ощутить вкус себя на его губах и языке, пока он целует весь воздух, который остался от моих легких.
Я превращаюсь в кашу из онемевших конечностей, когда его руки проскальзывают подо мной, и он встает, прижимая меня к своей груди. Он несет меня в свою спальню и бросает на середину кровати.
Я замечаю только темно-серое покрывало на кровати, а потом Карсон – это все, что я вижу, когда он нависает надо мной.
— Я собираюсь трахнуть тебя, – говорит он низким голосом, звучащим почти смертельно.
Я быстро киваю.
— Жестко, – выдавливает он это слово сквозь стиснутые зубы.
Я снова киваю.
Верный своему слову, руки Карсона сильно двигаются по моему животу и вверх, к грудям. Его прикосновение обжигающее, когда он сжимает обе мои груди в своих ладонях, а затем кружево разрывается пополам.
Его зубы впиваются в мой сосок, и моя спина выгибается дугой. Он убирает мои руки со своих плеч и прижимает их к матрасу по обе стороны от моей головы, а затем пристально смотрит на меня обнаженную.
— Чертовски идеально. – Отпуская мои руки, он приказывает. – Держи свои руки там.
От этой команды по моим венам разливается жар.
— Хорошо.
Когда он хватает себя за края рубашки и разрывает ее, я могу только смотреть.
У него повсюду татуировки. Слезы покрывают его правое плечо, и по мере того, как они спиралью стекают по руке, они становятся все меньше, пока не заканчиваются крошечной каплей на тыльной стороне запястья.
На его груди вытатуирован двуглавый орел, а на каждой ключице – восьмиконечная звезда.
Пресс Карсона выглядит так, словно он высечен из гранитного камня, и в конце концов я насчитываю восемь кубиков, прежде чем мое внимание привлекает тот факт, что он снимает штаны.
Я никогда не видела ничего более горячего, и это заставляет меня извиваться от желания.
Да, мои самые смелые фантазии не имеют ничего общего с Карсоном.
— Я собираюсь насладиться твоим телом, – говорю я, не скрывая того факта, что его член произвел на меня впечатление.
— Не раньше, чем я наслажусь тобой, – говорит он, беря меня за бедра и широко раздвигая. – Я собираюсь взять тебя без защиты.
— Ты чист? – Я спрашиваю.
Он кивает.
— Тогда у нас все в порядке.
 
Глава 12
КАРСОН
Когда Хейли широко раздвигает ноги передо мной, я кладу руки ей на бедра и упиваюсь ощущением ее кожи, поднимая их к ее твердым соскам.
Я ползу по ней, пока ее ноги не нависают над моими, а затем облизываю ее кожу от груди до подбородка. Ее вкус опьяняет, и это лишает меня остатков самообладания.
Я подношу руку к ее подбородку и, крепко сжимая, удерживаю ее на месте, пока мой рот захватывает ее, грубо и голодно, влажно и грязно.
Я прижимаю свой член к ее клитору, а затем поднимаюсь к животу, прежде чем снова опуститься вниз.
— Ах, – звук срывается с губ Хейли в мои.
Поднимая верхнюю часть своего тела, я встаю на колени и берясь за свой член, выравниваю его с ее входом. Я кладу руки ей на живот, мои пальцы впиваются в ее бока, и, встретившись с ней взглядом, я сильно толкаюсь.
Хейли задыхается, ее тело выгибается дугой, когда ее тепло плотно обволакивает меня. Мои губы приоткрываются, а затем мое тело берет верх, и я начинаю неумолимо двигаться. Звук наших шлепков смешивается со стонами, вырывающимися из Хейли.
Чем быстрее я двигаюсь и чем глубже погружаюсь, тем громче становятся ее стоны, пока я не исторгаю из нее крик.
Тело Хейли выгибается, и, опираясь на локоть, она пытается дотронуться до меня.
Я хватаю ее за руку и, поднимая ее над ее головой, полностью выхожу из нее. Прижимаясь своим телом к ее, я пристально смотрю на нее сверху вниз, пока возвращаю на место ее другую руку.
— Ты хочешь кончить?
— Боже, да, – говорит она, задыхаясь.
— Тогда держи руки там, – приказываю я.
Она быстро кивает, ее лицо раскраснелось от предвкушения удовольствия.
Продолжая удерживать ее запястья, я снова вонзаюсь в нее, и она мгновенно сжимается вокруг меня, издавая удовлетворенный крик.
Я ускоряю темп, пока врезаюсь в нее, и чувствую, как нарастает мой собственный оргазм.
Я подношу свободную руку к ее шее, и мои пальцы сжимаются вокруг ее горла. Ее пульс трепещет под моими пальцами, и, зная, что я близко, я говорю:
— Кончай, детка.
Ее тело напрягается под моим. Ее мышцы дрожат и напрягаются все сильнее с каждым толчком моего члена. Я держу неумолимый темп. Ее стоны становятся громче и продолжительнее, а затем они сменяются моим именем, когда она кричит и начинает биться в конвульсиях.
Ее бедра вращаются, когда она насаживает свою киску на мой член.
Удовольствие пробегает молнией по моему позвоночнику, и я толкаюсь в нее, пока мой собственный оргазм не прижимает мое тело к ее. Мой член дергается, и мне кажется, что мои яйца пытаются проникнуть в нее. Моя задница сжимается, и подергивания переходят в короткие, быстрые толчки, пока я не теряю силы от пульсирующего во мне экстаза.
Проходит мгновение, прежде чем я могу поднять голову, и я разжимаю пальцы вокруг ее горла, когда отпускаю. Вид отпечатка, который я оставил на ее коже, заставляет меня осыпать поцелуями ее шею, а затем мне удается спросить:
— Ты в порядке?
Подняв голову, я наблюдаю, как на ее лице расцветает широкая улыбка, когда она кивает.
— Черт возьми, да, я более чем в порядке, – слова вырываются с придыханием.
У меня нет ни малейшего намерения выходить из нее, и я лениво начинаю тереться своим тазом о ее.
Отпуская ее руки, я обхватываю ее лицо обеими руками, а затем запечатлеваю нежный поцелуй на ее губах. Медленно я углубляю его, просто желая попробовать ее на вкус, пока снова не буду готов кончить.
Между поцелуями Хейли спрашивает:
— Могу я пошевелить руками?
Я киваю, и первое, к чему прикасаются ее руки, – это звезды на моих ключицах.
— Означают ли эти татуировки что-нибудь, или ты просто сделал их, потому что они тебе понравились?
Я кладу свои предплечья по обе стороны от ее головы и смотрю на нее сверху вниз.
Восьмиконечные звезды означают, что я высокопоставленный преступник. За каждое убийство на моей правой руке набита слеза, а двуглавый орел олицетворяет силу и справедливость.