Подружка моего брата (СИ)

Пауза затягивалась. Вечер стал чересчур томным.
Нужно было срочно сворачивать разговор и идти спать. А то Бог знает, до чего они тут досидятся и договорятся. Герман повернулся к ней с намерением распрощаться. Хотел сказать что-то ничего не значащее, легкое, безобидное.
Но мы же не ищем легких путей!
— Ну, а теперь рассказывай, как у тебя дела с Гошей.
Идиот! Вот кто за язык тянул?
Ирина
— Нет никаких дел, — погрустнела Иринка и отвернулась, избегая его понимающего взгляда. — Он меня не воспринимает как девушку. Кроме того, вокруг него постоянно эта… Милана крутится.
— То есть ты сдалась, подняла лапки вверх? — непонятным тоном спросил ее Герман. — Решила сдаться? Не верю! А как же судьба?
Иринка вспыхнула и с негодованием взглянула на Германа. Что-то он как-то резко выключил режим «профессор».
— Вы смеетесь надо мной, что ли?
— Ни в коем случае, — серьезно заверил ее Герман.
— Ну, тогда издеваетесь!
— И не издеваюсь! Но ты мне сама, помнится, рассказывала о том, что готова мириться с обычными интрижками.
— Но с Миланой он уже полгода встречается! — со слезами в голосе воскликнула Ирина. — Это уже не обычная интрижка, это почти что… отношения! Я не знаю, что мне делать!
Он опять перешел на занудный профессорский голос.
— Иринка, успокойся. Ты же взрослая девушка, ты должна знать, что делать в таких случаях. Положись на свою женскую интуицию и свой опыт.
Нет, все-таки он издевается. Иринка почувствовала усталость и огромное разочарование.
— Да нет у меня никакой интуиции, и опыта никакого нет, — буркнула она. — Все правильно вы про меня поняли. Я даже целоваться не умею. То есть умею, но делаю это… никак. И что я могу против этой Миланы? Вы же видите, какая она.
Герман издал непонятный смешок, но тут же хлопнул себя по губам.
— И какая же она? Самая обычная. Ты лучше.
Иринка рассердилась.
— Не надо меня утешать, что я, маленькая, что ли? И врать мне тоже не надо, ладно? Это я как раз обычная. Еще и младшая сестра друга. А она такая… такая… классная в общем. Модная, уверенная в себе, небрежная. Фигура у нее модельная. Она москвичка! Как она разговаривает, как смотрит — это неподражаемо! Я рядом с ней простушка! Провинциальная дурочка!
Иринка почувствовала, что сейчас заплачет, и отвернулась. Герман помолчал, а потом опять поменял тон голоса. Сказал ей искренне и тепло:
— Перестань, Иринка. Тебе не нужно себя ни с кем сравнивать. Поверь, ты тоже классная. И намного лучше, чем Милана. Это я тебе как взрослый мужчина говорю. Не нужно себя уничижать за то, что какой-то малолетний дурачок не замечает и не ценит тебя.
— Гоша не малолетний дурачок, — мгновенно отреагировала Иринка, шмыгая носом. — Кроме того, он ваш брат. Нельзя про него так говорить.
Но ей стало легче на душе от этих его слов. От голоса, которым он сказал ей это.
— Хорошо, не буду, — легко согласился Герман. — Хотя мне как раз как брату виднее. Перестань переживать. Все будет хорошо.
Они опять какое-то время помолчали. И опять Иринка почувствовала непонятное волнение в груди.
— Думаю, тебе нужно переключиться на кого-то другого, — опять очень серьезно сказал Герман, тщательно подбирая слова. — Мне кажется, тебе нужно начать флиртовать с кем-то другим. Чтобы Гоша увидел это и приревновал тебя. Сейчас он уверен в том, что ты его обожаешь, но не воспринимает тебя как девушку. А когда он увидит, что ты переметнулась к кому-то другому, в нем взыграет мужское самолюбие. С ним это сто процентов прокатит. Да и тебе будет полезно пообщаться еще с кем-то кроме Гоши. Попрактиковаться в поцелуях. Поднять самооценку.
Иринка внимательно обдумала этот вариант. А что, подумала она, это неплохая идея. И тут же бросила вопросительный взгляд на Германа.
А он больше и не думал от нее прятаться. Смотрел прямо, а в глазах плескалось что-то, очень похожее на восхищение.
— Не смотри на меня так, Иринка, я тебя боюсь, — то ли шутливо, то ли серьезно сказал он. — Я не гожусь на эту роль.
А сам продолжал смотреть, сбивая с мыслей. Провоцируя… на что?
 
— Почему это? — возразила Иринка.
Герман вздохнул.
— По секрету — я и сам не умею целоваться. То есть умею, но делаю это… ну, тоже никак. Кроме того, если Гоша увидит, что у нас с тобой интрижка, он ни за что не осмелится к тебе приставать. Будет относиться… опять как к сестре. Я предлагаю тебе присмотреться к Костику. Или к какому-нибудь однокурснику.
Посылает ее к другим, а сам смотрит так, что она опять вся красная от смущения. Ну, сейчас она ему задаст!
— А вы мне нравитесь больше Костика, — дерзко сказала Иринка. — Вы взрослый, красивый, богатый, холостой, популярный, сексуальный, у вас есть квартира и машина. Почему бы мне не переключиться на вас? Мне кажется, мне будет приятно вас целовать. Можно прямо сейчас и начать практиковаться, как раз никто и не увидит. Я уже готова, а вы как, Герман Александрович?
Герман застыл. Вид у него был забавный. Он явно пребывал в замешательстве и не знал, как отреагировать на такую провокацию.
— Ты меня опять уела! Слушай, ну нельзя такие вещи взрослому мужчине в лоб говорить! — наконец, пришел он в себя. — Спасибо за такие щедрые комплименты, конечно, но для семнадцатилетней девицы ты что-то чересчур прагматичная!
— Для взрослого мужчины вы что-то чересчур впечатлительный! — фыркнула она в ответ. — Ну что, слабо меня поцеловать?
Он немного нервно рассмеялся, качая головой.
— Иринка, ты извини, ты очень хорошая, интересная, привлекательная, но я не буду этого делать.
Иринка завелась уже не на шутку.
— Мне кажется, вы надо мной все-таки издеваетесь.
— Ты сильно ошибаешься.
— Ну, хорошо. Меньше слов, больше дела!
Герман
Иринка была совсем еще неискушенной девочкой, он сразу это понял. То, как она говорила, как смотрела, как улыбалась — выдавало в ней неопытность. Она умела кокетничать, у нее было несколько явно заученных движений, которыми она пользовалась, чтобы привлечь внимание Гоши. Например, она любила встряхивать своими красивыми волосами и тут же бросать красноречивый взгляд на объект своего внимания. Выглядело это очень невинно и трогательно, но Германа это движение просто завораживало. А Гоша на нее даже и не смотрел толком, дурень, его интересовали только коньяк и Милана. Зато Герман весь вечер не сводил глаз с юной красавицы. И стоило ей в расстройстве присесть рядом с ним на крыльцо, как у него появилось предчувствие, что сегодняшний вечер закончится феерично.
Пока она жаловалась на своего Гошу, все было нормально. Он полностью себя контролировал и вел как настоящий препод, взрослый и разумный человек. Но он подозревал, что Иринка не будет Иринкой, если не устроит какого-нибудь представления. Весь вечер она терпела поражение за поражением, пытаясь привлечь к себе Гошино внимание. И сейчас разочарование и гнев вкупе с небольшим, но достаточным количеством выпитого спиртного клокотали внутри нее.
Кроме того, он заметил, что ей очень не нравится, когда он начинает разговаривать с ней «профессорским» занудным голосом. И теперь ему постоянно хотелось ее провоцировать. Она сердилась, поджимала губки и сразу становилась еще красивее. Хотя куда уж больше, ему и так уже жарко от ее присутствия.
Он в очередной раз загляделся на нее, потерял бдительность, и разговор как-то очень быстро стал чересчур интимным. Герман мысленно застонал от своей неловкости. Вот кто его дернул за язык? Дурак, полез с непрошенными советами.
С другой стороны, он честно пытался говорить с ней о математике. Целых десять минут. Не помогло.
 
Иринка тряхнула волосами и задумчиво посмотрела на Германа.
— Супер, — не успев подумать, на автомате выдал он. — Сделай так еще.
Она улыбнулась.
— Мне кажется, я вам нравлюсь, — чуть хрипловатым голосом сказала она и продела свою руку ему под руку.
Черт, неужели его так просто раскусить? Он растерялся и не мог придумать ни одного внятного ответа.