Моя воля (СИ)

— Думаешь, они привязали себя к урнам? — фыркнула Сафира.
Китилья посмотрела на неё с недоумением, Лунар усмехнулся.
— В итоге все оказались в склепе, — объяснила предводительница.
— Нет, я думаю, они вполне сознательно отказались от привязок и ритуалов. Но либо оставили связь со своим миром, либо Адам его потом сам нашёл… потому что у него точно есть какие-то привязки. Сложно объяснить, я вижу его словно прошитым тёмными энергетическими нитями.
— И он может провести такой ритуал над кем-то? — Сафира поёжилась.
— Теоретически необходимо согласие, а практически… думаю, нет ничего невозможного.
— Он любил жену? — поинтересовался Лунар.
— Любовь бывает такой разной, — философски отозвалась Китилья.
— Вы считаете, что он мог привязать к чему-нибудь свою жену и теперь хочет вернуть? — спросила Сафира.
— Возможно. Ищет способ.
— Чем он опасен? — поинтересовалась предводительница, следуя давней привычке подсчитывать соотношения сил. В Роге всё было просто, численность и возможности марагов лиары чётко представляли…
— Не знаю, — отозвалась Китилья. — Уже хотя бы этим. Мы знаем о нём слишком мало, чтобы просчитать его действия. У него огромное имение. Подозреваю, он делает что-то и для короля — сложно сказать, что именно.
— Наверняка делает, — согласился Лунар. — Иначе здесь его не держали бы. И у короля есть на него какой-то рычаг влияния… ну или король так думает.
— Подозреваю, что это какие-нибудь привязки на преданность.
— Нужно будет лучше присмотреться к придворным. Ты ничего не замечала? — Лунар глянул на Сафиру. Та качнула головой: в этом столпотворении попробуй что-то разглядеть, особенно тонкую почти незаметную ниточку вроде той, что на браслете Фаара. Она непроизвольно провела по рубинам пальцами, рассматривая.
— У Фаара я не заметила никаких привязок, — отозвалась под помрачневшим взглядом воина.
— Фаар закрыт, — пожала плечами Китилья. — Учитывая привязки, — пробормотала, — Адама может быть просто нереально убить. Возможно, это одна из причин, по которой Даар его терпит: того, кого нельзя убить, лучше оставить в союзниках.
— Не думаю, что Фаар действует вопреки королю, — откликнулась предводительница.
— Нет, конечно. Может, решили наконец-то с твоей помощью избавиться.
Сафира ещё раз провела по браслету.
— Вы говорили, у вас тоже есть… ливен, кажется? Они тоже привязываются?
— Не так грубо, — кивнул Лунар на украшение. — Никаких нитей не торчит, скорее, энергетическая калибровка. Вроде вашего обряда верности — думаю, корни идут от нас.
Сафире вспомнились волосы, обвязанные вокруг пальцев.
— И для чего они обычно служат?
— Энергетические привязки иногда нужны, чаще в сложных условиях, на каких-нибудь заданиях, в работе. Просто так люди этим не развлекаются, а у подростков возможности нет.
— Почему?
— Браслеты необходимо зарядить энергией, и для этого используются специальные источники, в которых энергия структурирована.
— Не понимаю, — нахмурилась Сафира. — Зачем? Почему нельзя личной?
— Теоретически можно, — пожал плечами Лунар. — Но хорошо, если энергия приблизительно равна, а если большая разница? Чья-нибудь будет перевешивать.
Предводительнице снова вспомнился обряд. Интересно, а если бы при воине оставались все его волосы, все силы? Прошло бы так же, или Лунар смог бы повлиять, перетащить перевес на себя? Представила сверкающую золотую волосину на пальце, втекающую в руку. Мысли помчались дальше, к падению за Препону, поцелуям, всем сказанным словам. Заданию… Услышанным обрывкам разговоров…
— А… на свадьбы? — не удержалась Сафира. — Тоже используют браслеты?
Почему-то смотреть на Лунара было тяжело, девушка снова перевела взгляд на запястье, покрутила рубины.
— Есть разные традиции, — отозвался воин. — Но в основном да, специальные свадебные браслеты — ливен-ра. Они изготавливаются индивидуально для пары.
— Для чего они нужны? Чтобы один мог подчинить другого?
— Это же не фитарели, — хмыкнул он.
— После свадебной церемонии, — объяснила Китилья, — браслеты помогают молодым настроиться друг на друга, ощущать друг друга даже на расстоянии. Чувствовать, если с супругом что-нибудь случилось. Речь о подчинении не идёт, только о взаимном желании быть ближе.
 
— Хотя, некоторым парам ничто не поможет, — усмехнулся Лунар. Китилья засмеялась — наверное, он говорил о каких-то общих знакомых. И, как показалось предводительнице, украдкой вздохнула.
— Ты замуж собралась? — подал голос мараг. — Может, к делу вернёмся?
Сафира метнула в него сердитый взгляд, наложив ограничение молчать.
— Хорошо, — кивнула. — Так что мне делать с Адамом?
— Может, предоставим его местным властям? — поднял бровь воин.
— Там девушка, звала не помощь. Я уже объясняла Китилье, нельзя идти наперекор зову силы. Фаар сказал, что сможет за мной переместиться. Даже если не сможет, призову Кадима. Продержусь, пока он подоспеет. Главное, понять, чего ожидать и как защищаться.
— Ты же ведь осознаёшь, что это может быть никакая не девушка, — напомнила Китилья. Сафира глядела на неё несколько мгновений, кивнула. Хоть она и была уверена в том, что девушка реальна, не могла не признать и иную возможность.
— А как она выглядела? Похоже на воительницу? — поинтересовался Лунар.
— Думаешь, Хэл держит где-то собственную жену? — повернулась к нему Китилья. Тот пожал плечами — мало ли.
— Я видела только лицо. Оно на воина не походило. Хотя если её держат где-то пять лет…
Сафира запнулась, почти неуловимая ассоциация мелькнула в сознании, оставляя после себя лишь чувство неудовлетворённости. Перед глазами возникла мама, впервые за долгое время. Ведь тоже уже почти пять лет нет.
Предводительница качнула головой, отгоняя тоску по дому. Бросила взгляд на Лунара.
— Так ты твёрдо намерена туда отправиться? — поинтересовался он.
— Слишком хорошо знаю, что некоторые мужчины способны сделать с женщинами, — её взгляд непроизвольно скользнул по Кадиму. Мараг криво ухмыльнулся. — Она просила помощи.
— Хорошо. Тогда сегодня отдыхаем, а завтра подумаем, как лучше всё устроить, чтобы он не счёл ловушкой, а мы могли оставаться наготове.
Лунар обвёл всех взглядом.
— Всё? — первым поднялся мараг.
— Можешь идти, — разрешила Сафира. Вроде бы много всего узнала, но какие-то вопросы ещё крутились в голове, информация раскладывалась на места.
— А что дают ваши рабочие браслеты? — уточнила, разглядывая свой.
— Разные есть, — пожал плечами Лунар. — Одни позволяют определить местоположение, другие — усилить ментальный контакт, в общем, в зависимости от необходимости. Тебя что-то смущает?
— Хотелось бы точно знать, что Фаар вложил в свой.
Слова о ментальном контакте почему-то взволновали. Если он знает, когда она будет перемещаться, может ли наблюдать за ней?
Сафира подняла глаза, натолкнулась на взгляд Китильи. Неожиданно поняла, что та дожидается, когда предводительница уйдёт — видимо, хочет поговорить с Лунаром. Поднялась.
— Сафира? — переспросил воин.
— Он может меня видеть? — почему-то подумалось о купании в ванне, вспыхнуло смущение. Лунар приблизился, взял её руку. Китилья поднялась, недовольно, как показалось Сафире, направилась к выходу. Воин внимательно всмотрелся в браслет, Сафира тоже сосредоточилась на нити, попыталась отследить её до самого конца. Неожиданно показалось, что видит лицо Фаара, заинтересованный взгляд тёмных глаз.
“Ты красивая”, — послышалось ей. Сафира отшатнулась, мотнув головой, задела Лунара.
— Что? — переспросил тот.
— Показалось… наверное, — пробормотала, забирая со столика второй браслет.
 
За Китильей закрылась дверь, и предводительнице захотелось сбежать — лишь бы не оставаться снова наедине.
— Сафира, что ты видела? — строго переспросил Лунар.
— Попыталась проследить нить до конца, показалось… видела Фаара.