"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

На этом, пожалуй, первую прогулку по древним катакомбам и закончим. Отсюда я уже могу дотянуться до големов и перехватить управление над ними. Только стоит сделать это так, чтобы тварь, командующая местными монстрами, ничего не заподозрила.
Я присел возле тела, будто бы осматривая его. Потратил на это минут пять. Потом — прошёлся по залу, внимательно разглядывая узоры на стенах. Заглянул в каждый из коридоров и поговорил с молчащим големом. Понаблюдал за все еще дергающейся нежитью.
Вместе с этими убивающими время делами я занимался совершенно другим — пытался перехватить контроль над големами. Обошел небрежно поставленную защиту от перехвата контроля и задал первому голему отложенную команду: спустя час с максимальной скоростью побежать на выход по кратчайшему пути. Я — не контролер, не смогу разом управлять тридцатью големами, для такого нужен соответствующий навык или архетип. А вот задать команду — легко, тем более, что голем помнил маршрут — я не перезагружал модель.
Остальным големам я скомандовал бежать на выход тогда, когда туда отправится первый: это позволит механизмам двигаться одновременно. Не знаю, попытаются ли их остановить, но если ожившие големы будут действовать достаточно быстро, то прорваться сумеют.
К сожалению, тридцати рабочих големов в катакомбах не было. Судя по всему, настоятелю и механизмам пришлось жарко: каждый второй голем был ювелирно остановлен. У одних — повреждён управляющий модуль, у других — разрушен энергетический кристалл. Чтобы вычислить рабочих големов, приходилось сперва отправлять сквозь стены и преграды тестирующие заклятия, что слегка меня вымотало.
Я не мог ничего увидеть через зрительный модуль големов — вокруг них царила кромешная тьма. Но определить, повреждён ли корпус механизма, я мог косвенно, по целостности манопроводов, на которые воздействовало диагностическое заклятие. Судя по тому, что ни один из манопроводов не был повреждён, здесь поработали призраки: проникали своими лапами через железо корпуса, материализовывали когти и разрушали самую хрупкую начинку машины.
Как только я закончил с двенадцатью големами, сразу же дёрнул из катакомб. По ступеням поднялся быстрым шагом, едва не переходя на бег. Мне не хотелось, чтобы неизвестный кукловод успел отреагировать на мой уход. Если уж заманивает меня сюда и показывает здешнюю безопасность, значит, будет недоволен.
В прошлом о кукловоде не ходило вообще никаких слухов: говорили в основном о призраках и сложноубиваемой нежити. А вот теперь у меня возник вопрос: уничтожили ли в прошлом этого кукловода? Или этот дух был прикован к месту, потому не мог его покинуть, и люди решили просто завалить катакомбы, не зачищая их? И влияет ли наличие духа на характеристики сложноистребимых зомби?
Увы, если я завалю выход камнями, это мало что даст. Тут нужен полноценный рунный маг, который составит и наложит на ворота печати. До того, как настоятель вскрыл двери, печати действовали, а если я сейчас заблокирую вход в катакомбы, призраки просто пройдут через преграду.
Впрочем, никто мне не мешает по возвращении в город доложить городскому совету о катакомбах, и посоветовать взять рунного мага, чтобы запечатал пакость. Если, конечно, я не решу не зачистить это место от призраков.
Кроме големов меня тут ничего не держит. Если бы монстров здесь было мало, я бы без проблем справился с ними с помощью артефактного меча и серебра. Но кукловод — это уже дело другое, более опасное. Мой гуманизм имеет свои размеры, совать голову в каждую львиную пасть я не готов.
Разумная нежить, обладающая собственной волей — это совершенно другой уровень опасности. Если он ещё и прикован к месту, и если он — тот самый источник некроэнергии, то его убийство может поднять мою репутацию. Голова нежити в таком случае может стать неплохим трофеем. Но нужно ли мне рисковать добытыми машинами и пытаться полностью зачистить подземелье ради статуса, и, возможно, некоторой суммы монет? Однозначно нет.
Мои размышления оборвали начавшие действовать големы. Первый пулей сорвался с места, за ним с небольшой заминкой последовали остальные. Я внимательно вел их до выхода, следя за каждым. Увы, выбежало их десять, не двенадцать — связь с двумя големами, что бежали позади, оборвалась по пути. Нехорошая проблема, благо, среагировать на нее я успел: мой железный спутник, возвышающийся на пару голов над выбегающими из катакомб големами, вместе со мной скользнул к входу, и первых призраков, что преследовали големов, мы встретили в два меча.
  
Облик нежити был размыт и фрагментарен, будто зеркало, разбитое на множество осколков: вот я вижу вполне человеческую, только прозрачную руку, туманное лицо мертвеца. Потом рука размывается в безликое пятно, которое спустя секунду оборачивается когтями, и я в замедленном времени рублю призрака пополам, без малейшего сопротивления. Отголосок прошлого, ведомый чужой волей и ненавистью к разумным, распадается на части, истаивает в воздухе, а я уже бью следующую нежить.
Кукловод, судя по всему, сопротивления не ожидал: либо было чересчур самоуверен после расправы над настоятелем, либо сохранил часть прижизненной памяти и не ожидал сопротивления от подростка. Как бы то ни было, мы с железным успели порубить семерых призраков, прежде, чем оставшихся дернули назад за невидимые поводки.
Лестница кишела призраками. Я и железный бросились вперёд, рубя привидений. За три секунды, что у нас были, мы успели прикончить, по меньшей мере, десятерых монстров. Но остальные призраки, которых было гораздо больше сотни, сбежали. И преследовать их я не решился. Не сейчас — прежде стоит вооружить тех десятерых, которых мы достали. И для этого мне нужна самая малость — покрыть мечи клеем и нанести на них серебряный порошок.
Когда я почти закончил с мечами, мой железный голем заволновался: обернулся куда-то на запад, в сторону леса, и замер. Я подключился к его визуальному модулю и увидел почерневшего обезглавленного зомби в лохмотьях, который тянул за собой либо мёртвого, либо находящегося без сознания авантюриста в кожаных доспехах.
Оп-па… А вот это действительно странно. Я не слышал, чтобы мертвецы подкармливали своих, а другой причины тащить тело в катакомбы не видел.
По моей команде гигант выдвинулся вперед. Несмотря на отсутствие головы, при приближении голема зомби почувствовал опасность: выпустил добычу, и попытался уклониться от удара, но голем легко расправился с мертвецом и подтащил авантюриста ко мне.
Авантюристу можно было дать лет двадцать. Я проверил пульс парняги, убедился, что тот жив, после чего влил в него половину лечебного зелья и приказал обычному голему утащить любителя приключений на километр в сторону города, после чего — вернуться. Если человек очнётся раньше — отпустить его и уйти. Мне здесь свидетели точно не нужны. Самое главное, что я мог совершить для этого человека — спасти его собственную жизнь. Я сделал это, и нянчиться с ним дальше не желаю.
Когда с оружием големов было закончено, я решил сделать еще кое-что: окрестил своего железного голема Железным.
— Железных машин в моей команде много, но ты такой — один, — торжественно сказал я механизму.
Наделение голема именем — сакральный процесс. Когда ты придумываешь имя голему, ты даешь ему жизнь. Механизм становится для тебя более живым, может обрести личность, душу, научиться превращать свинец в золото и мановением длани стирать с лица армии безымянных машин.
Шучу. Имя голема нужно лишь мне самому, и, если бы у меня было чуть больше креативности, я бы назвал его иначе. Увы, креативность в названиях не входит в список моих сильных черт. Придумать, как навесить на голема дополнительный слой брони, не сильно потеряв в гибкости и скорости, может, и смогу, а придумать интересное имя, что звучало бы смешно, остроумно, или являлось отсылкой на событие или персонажа моего прошлого мира — вряд ли.
Ну да ладно. Пожалуй, стоит перейти от размышлений над именами к чему-нибудь более полезному.