Аристократ на отдыхе. Том 3 (СИ)

— Я его не выпускал, — снова вставил Прохор.
— Он шагнул в Тень прямо в моем кабинете, — объяснил старый артефактор. — И исчез.
— Понятно, — хмыкнул я. — Но вряд ли маг-теневик мог сделать этих зверюшек.
Я кивком указал на вмороженную в лед змею.
— Конечно, нет, — твердо ответил Вознесенский. — Это сделал другой артефактор. Тот, которого они нашли вместо меня.
— Согласен. Хорошо, я разберусь с этим. Ну, что, Лука Иванович, возьметесь меня обучать?
— Возьмусь, — кивнул Вознесенский.
— Тогда давайте обговорим плату.
  
Глава 7
 
— Толстолапые демоны!
Монета выскользнула из моих вспотевших пальцев и, звякнув, упала на пол. Но и там лежать не осталась — крутанулась волчком и закатилась под стеллаж.
Как будто специально убегала от неумелого артефактора.
От меня, то есть.
Я растянулся на полу и вытянул руку, стараясь нашарить монету. В кармане у меня звенели еще деньги, но именно к этой монете я имел личные счеты и намеревался непременно их предъявить.
Я уже час пытался зачаровать монету и превратить ее в простенький эфирный накопитель.
И ничего не получалось.
Лежа на животе, я засунул руку под стеллаж по самое плечо. Стеллаж пошатнулся, на полках угрожающе задребезжала разномастная алхимическая посуда.
Какие-то склянки, колбы, стеклянные трубки…
Демоны, я и названий-то их не знал!
Полуденное солнце насмешливо смотрело на меня сквозь пыльные стекла лаборатории Вознесенского.
Наконец, я нашарил монету. Стиснул ее в кулаке и осторожно вытащил руку из-под стеллажа.
Попробую сделать магическое плетение еще раз.
* * *
Договорились мы со старым графом очень просто. Он обучает меня созданию артефактов, а я расплачиваюсь с ним магией самых разных стихий. Поскольку у меня ее в избытке.
Я заикнулся о деньгах, но Лука Иванович — или мастер Лука, как он попросил себя называть — только отмахнулся.
— Деньгами заплатишь за флигель. А за магическое ремесло и плата будет магией.
Это была очень хорошая плата.
Ведь каждый одаренный владел только одной стихийной магией, и мог создавать эфирные накопители только одного типа. Хочешь другие — покупай!
Я оказался счастливым исключением из этого правила. Магическую энергию любой стихии мне запросто поставляли мои собственные демоны.
— Какая магия тебе нужна, мастер? — спросил я Вознесенского. — Какие накопители делать?
— Какие получатся, такие и делай, — усмехнулся старый граф. — Принцип везде один. Сплетаешь защиту из нитей Жизни, в нее вплетаешь стихийные нити. И наполняешь накопитель энергией.
— А магия Смерти тебе нужна? — спокойно спросил я.
Я уже понял, что эфирный накопитель, заполненный магией Смерти — редкий и ходовой товар среди артефакторов. Правда, не всегда законный. Это зависело от того, где артефактор брал энергию Смерти. Если истреблял крыс на свалках — одно дело. Грязное и неприятное занятие, но закон ничего не имел против.
Закрывал опасные аномалии? И тут никаких проблем — если владелец земли, на которой располагалась аномалия, сам пригласил артефактора. Ну, и еще требовались неплохие боевые навыки. Убить демона — это не крысу прихлопнуть.
А у меня был Убийца. Свой личный демон Смерти.
— Забудь, — сурово отрезал Вознесенский. — С этой дрянью я не связываюсь.
— Со мной же связался, — улыбнулся я.
— Потому и связался, что…
Старый граф не договорил и махнул рукой.
А я весело хмыкнул — потому что понял, о чем подумал Вознесенский.
В понимании графа я рисковал, связавшись с магией Смерти. И старый артефактор надеялся перетащить меня на светлую сторону — так он это себе представлял.
Чудак, как будто ликтора надо на нее перетаскивать!
* * *
Создавать артефакты оказалось куда труднее, чем я предполагал. Я-то думал, что достаточно взять предмет, накачать его магией, и дело в шляпе.
Не тут-то было!
Для создания зачарованных вещиц артефакторы использовали магические плетения. Когда Лука Иванович рассказал мне об этом, я разинул рот — как деревенский мальчишка, который впервые попал в Столицу.
 
Артефакторы представляли магию в виде тонких энергетических нитей. Эти нити мастер выпускал прямо из пальцев и сплетал в сложный узор, окрашивая его своей стихией магии. Если была нужна другая стихия — нить тянули от эфирного накопителя.
Кропотливая работа! Чуть переборщил — и нить рвется с тонким печальным звоном. Махать мечом в аномалии куда проще.
И теперь я уже час бился над монетой, которую выбрал в качестве основы для первого накопителя. А нити магии никак не хотели сплетаться в нужный узор.
— Попробуем еще раз.
Я положил монету на стол перед собой. Несколько раз глубоко вдохнул, сосредоточился и принялся за кропотливую работу.
Стараясь даже не дышать лишний раз, я тянул тонкие серебристые нити магии Жизни.
Оборот, еще один!
Теперь закрепить кончик нити и сделать несколько витков в другом направлении. Снова закрепить, и опять повторить.
Постепенно вся монета покрылась ажурным серебристым плетением. Я перевел дыхание, рукавом вытер пот со лба и принялся вплетать в него изумрудные нити магии Природы.
Готово!
— Живчик, присоединяйся!
Я послал в получившийся эфирный накопитель легкий импульс природной магии. Монета засветилась мягким зеленым сиянием.
Я моргнул, прогоняя усталость. Свечение исчезло. На столе передо мной лежала самая обычная монета.
Но я чувствовал, что она искажает магический фон. Монета превратилась в артефакт.
Первый артефакт, который я сделал своими руками. У меня получилось!
А что именно получилось-то?
— Живчик, как ты думаешь — для чего пригодится эта монета?
— Это семечко, Никита! — вместо Живчика ответил Проныра. — Посади его в землю — и вырастет денежное дерево! Как в той сказке про деревянного человечка, помнишь?
Маленький демон не упустил случая подшутить надо мной.
— Веселись-веселись, — проворчал я. — Вот прокачаюсь еще немного, и воплощу тебя в детскую игрушку. Будешь дарить людям радость.
Я поднялся из-за стола и прошелся по лаборатории, с удовольствием разминая затекшее тело. Щелкнул пальцами по большой стеклянной реторте, которая стояла на стеллаже. Реторта ответила тонким стеклянным звоном.
Да, удачно я встретил на причале Прохора. Демоны его знают — везение это, или сработало мое умение замечать то, что мне действительно нужно.
Но знакомство со старым графом Вознесенским — именно та возможность, которую я искал.
Нет, я не собирался становиться артефактором — так далеко мои планы не заходили. Но изучать незнакомые магические умения — это часть моей работы. Я должен понимать, на что способны эти самые артефакторы, раз уж они появились в мире, где я собирался жить долго и счастливо.
Судя по тому, что я увидел, они способны на многое. Взять хотя бы магических змей, которых кто-то подбросил в сад старого графа. Изумительное устройство для слежки и убийства. Один укус — и нет человека!
Надо разобраться, кто именно добивается смерти Вознесенского. Разобраться и дружелюбно поговорить с этим интриганом — так, чтобы раз и навсегда отбить у него охоту к смертельно опасным развлечениям.
Вознесенский сказал, что к нему приходил очень сильный теневик. Одного такого теневика я знал — Арнольд, который работает на графа Орлова.
Опять Орлов! И чего ему не живется спокойно? Почему этот человек все время путается у меня под ногами?
Наверняка, Орлов точно так же думает обо мне. И так же возмущается.
Подумав об этом, я весело рассмеялся.
Допустим, Орлов тут ни при чем. Но поговорить в Арнольдом все равно нужно. Он должен знать других сильных магов Тени. И непременно поделится со мной это ценной информацией.
Встреча с Орловым в банке была назначена на завтрашнее утро — вот, там и поговорим! Но сначала дозвонюсь до Гриши Барятинского и приглашу его поучаствовать в сделке. Уверен, ему понравится.