Корона из земли и огня

  
Глава 25
 
Давина
После того, как совместными усилиями вокруг Бразании возведены земляная стена и частокол, Леандр, Фульк и я отправляемся во Фриску. Мы движемся быстрее, чем в наш последний визит, так как нас не задерживают кареты. У нас с собой только самое необходимое: провиант и дополнительные мантии ритари, которые пришлось достать, как только мы пересекли границу и ледяной ветер Фриски начал щипать наши лица.
Фульк, который путешествует во Фриску впервые, осматривает незнакомый пейзаж горящими глазами.
– Выглядит почти так же красиво, как и ваша магия, моя королева.
– Более чем «почти», – вставляет Леандр. – Кроме того, твоя магия не настолько холодная.
Я усмехаюсь, глядя, как он плотнее кутается в три накидки. Не в первый раз я благодарю Богиню за двух ритари, которые заставляют меня улыбаться даже в самых тяжелых ситуациях.
Мы делаем остановку в небольшом городке неподалеку от замка, чтобы оставить там Элору и Гембранта. Я не доверяю конюхам в замке и не хочу, чтобы Гембранта снова использовали против меня. Гембрант не в восторге от того, что ему приходится остаться в незнакомом месте, и я вынуждена заплатить конюху втрое больше, чтобы он позаботился о двух неспокойных лошадях.
Последние километры мы проходим пешком, и я удивляюсь, что не слышу ворчания. Оба ритари сосредоточены, так же, как и я.
Замок мы видим еще издалека: высокое блестящее на солнце здание из снега и льда, с многочисленными зубцами и башнями. В отличие от массивного и грозного замка Двора Пламени, замок Фриски кажется воздушным и утонченным.
Въехав в замок, я прошу аудиенции у своих родителей. Я не собираюсь сразу им угрожать; может, они теперь тоже с недоверием относятся к Эсмонду.
Но мои надежды разбиваются, когда охранник сообщает мне, что мое прошение об аудиенции было отклонено. Ни моя мать, ни мой отец не желают меня видеть, и через посланника дают мне понять, что мне стоит немедленно возвращаться в Огненное королевство к своему мужу.
С тех пор, как я избавилась от кандалов, мне приходилось использовать свою магию только для небольших трюков. Теперь она покалывает в моих венах и умоляет выпустить ее.
– Скажи всем слугам, что они должны покинуть пределы замка, – рычу я, с трудом сдерживая ледяную силу. – Дай мне пройти.
– Но ведь… – запинается стражник. – При всем уважении, вы не можете…
У моих ног кружится снег.
– Освободи дорогу, а затем уведи отсюда слуг, – напряженно повторяю я.
– Тебе стоит ее послушать, – говорит Леандр. – Вы, фрискийцы, хоть и привыкли к холоду, но ее магия заморозит вас до костей.
Взгляд стражника мечется между Леандром и мной. В итоге побеждает желание жить: он освобождает нам дорогу и спешит в замок, чтобы предупредить слуг.
Сопровождаемая Леандром и Фульком, я вхожу в замок Фриски.
* * *
Как и ожидалось, я нахожу родителей и младшего брата в большом зале, вместе с Гавейном – ритари моей матери, и несколькими охранниками. Последние направляют на нас копья и мечи, когда я с помощью магии открываю двойные двери.
Я больше не сдерживаю силу. Она бушует вокруг меня, как ледяной шторм, и превращает в лед мраморный пол подо мной. Он хрустит и трескается при каждом шаге, а мои легкие наполняются холодом.
– Уйдите с дороги, – приказываю я охране, чье оружие дрожит от моей магии. – Тогда ни с кем из вас ничего не случится.
– Разве стражник не передал тебе, что мы не желаем тебя видеть? – грозно спрашивает отец.
Я не знаю, когда видела его в последний раз. Должно быть, прошло несколько месяцев с того дня, когда меня отправили в Огненные земли как будущую невесту молодого короля Эсмонда. Отец всегда был слишком занят, чтобы обо мне позаботиться, – тем более, с его точки зрения я была всего лишь частью сделки.
 
– Он все передал, – прохладно отзываюсь я. – Но я хочу дать вам возможность пересмотреть ваш отказ.
– Почему мы должны это делать? – возмущается моя мать. – Ты пришла сюда – снова! – и выпускаешь против нас свою магию.
Я безрадостно усмехаюсь.
– Я даже и не начинала ее использовать… Но я здесь не за этим.
– Зачем же тогда? – спрашивает отец.
– Я слишком долго молчала, – слышится мой ответ. – Я слишком долго терпела оскорбления и отрекалась от себя и своих чувств. Теперь с этим покончено.
– Так ты нам угрожаешь, – шипит моя мать.
– Нет. Я просто возьму то, что принадлежит мне по праву, – поясняю я. – Я верну свою корону. И освобожу того, с кем вы поступили несправедливо.
– С меня достаточно, – взрывается мать. – Стража! Схватить ее! И позаботьтесь, чтобы вернуть ее к мужу, который, безусловно, мучительно по ней скучает.
Прежде чем хотя бы один стражник успевает пошевелиться, Леандр и Фульк вытаскивают мечи. Я поднимаю руку и вызываю магию, окружающую меня сотней снежинок.
– Шаг ближе, и вы об этом пожалеете. – Хотя я говорю тихо, мой голос отражается от высоких стен зала. – Я не держу на вас зла. Уходите из замка вместе со слугами, и с вами ничего не случится, даю слово. Однако, если вы продолжите выступать против меня, законной наследницы престола Фриски, ни я, ни мои ритари не проявим милосердия.
Я чувствую на себе взгляд Леандра. Я еще не убивала людей, и сейчас далека от этого. Но стражникам об этом знать не обязательно. Они уже трясутся от страха перед моей магией, которой им нечего противопоставить. Магия, о которой они знают только из историй, окружающих Проклятую королеву. Если они нападут, я заморожу их и оставлю так, пока они не сдадутся.
Когда первый стражник убирает меч и начинает пробираться в сторону бокового выхода с поднятыми руками, за ним следуют другие. В зале остаются только мои родители, брат и Гавейн.
– Трусливый сброд, – заявляет моя мать. – За это я всех их повешу!
Я усмехаюсь.
– Ты больше не будешь распоряжаться ничьей жизнью, мама. Ваше с отцом правление заканчивается сегодня.
– Не смеши меня! – Ее голос такой же холодный, как и всегда. – Мы фрискийцы! Мы не боимся кусочков льда.
Я приказываю льду под моими ногами растечься перед тронами. Мать торопливо хватает моего брата, до этого игравшего на полу с деревянной игрушкой, и отшатывается назад.
– Бери его и уходи, – произношу я сквозь стиснутые зубы. – Оставайтесь в одном из ваших имений и живите там счастливо.
– Я не позволю неблагодарной девчонке говорить мне, что делать! – кричит мой отец, пока моя мать затаскивает мальчика за трон. – Тебе нечего требовать. Тебе отказали по праву. Возвращайся в страну, которой ты можешь править в качестве консорта короля. Во Фриске тебе больше ничего не принадлежит.
Его слова не должны меня затронуть. Они не должны причинять мне такую боль, что на секунду у меня перехватывает дыхание. Но так и происходит. Они уничтожают последнюю надежды на мирный исход, которая еще была во мне. Несмотря на все, что произошло, эти мужчина и женщина – мои родители. Я знала, что придется им угрожать, запугивать их. Но надеялась, что мне не придется причинять им боль.
– Гавейн, – приказывает моя мать. – Девушка, которая была раньше моей дочерью, угрожает нам. Защити нас!
Я судорожно сглатываю, пока ритари, всю жизнь бывший для меня другом и учителем, занимает позицию между матерью и мной. Его рука лежит на рукоятке меча, он смотрит на меня холодно.
– Гавейн, пожалуйста, – умоляю я. – Я не хочу навредить тебе. Уйди с дороги.
– Я не могу, принцесса, – отзывается он. – Как бы ни было мне жаль, что я вынужден поднять меч против вас, если вы будете настаивать, у меня не останется иного выхода.
Моя рука дрожит, как и мерцающее над ней ледяное заклинание. Но я не могу использовать его против Гавейна… Он был единственным, кто помнил обо мне, когда все про меня забыли. Немногие радостные воспоминания за последние пять лет, прежде чем мне пришлось переехать во Двор Пламени, связаны с ним. Он был более отцом для меня, чем мой родной отец.