Корона из земли и огня

Я потираю лоб. Разговор ускользает от меня.
Дверь за нами открывается.
– Он – намного больше, чем ее телохранитель.
Я поворачиваюсь и смотрю на Кларис, которая проходит мимо нас и встает за спиной короля. «Она переоделась», – первое, что приходит мне в голову. Наряд подчеркивает ее изгибы и придает ей нечто величественное. Она больше не похожа на служанку.
Когда Райнальд берет ее за руку, которую она спокойно опустила ему на плечо, я резко вздыхаю.
– Что он – нечто большее, ты мне уже рассказывала, дорогая моя, – произносит Райнальд, не спуская с меня глаз. – Но я хотел увидеть это сам. – Еще несколько секунд король наслаждается моей растерянностью, после чего усмехается. – Я уже говорил, что не прошу вашей руки, у меня уже есть королева.
– Кла… рис? – пыхтит Фульк. – Она?..
– Моя королева, моя возлюбленная, – заканчивает Райнальд фразу юного ритари. – И моя лучшая шпионка.
– Шпионка, – глухо повторяю я.
Во мне что-то ломается. Сначала Линнет, а теперь меня предает и Кларис, от которой я никогда не ожидала подобного.
Вот в чем подлость предательства: оно никогда не случается с людьми, которые его ждут, но всегда бьет в спину.
– Ты заманила нас в ловушку! – рычит Леандр и встает передо мной. – Я знал, что не стоит тебе доверять!
Кларис закатывает глаза.
– Тогда бы ты до сих пор бегал по границе с Земным королевством, как брошенный щенок. Я провела тебя безопасным путем через ловушки к твоей королеве. И вы до сих пор живы. Если бы мы хотели вас убить, то сделали бы это, пока вы были без сознания, вместо того, чтобы лечить ваши раны.
Я создаю ледяное заклинание.
– Вы отпустите нас.
Кларис вздыхает.
– Успокойтесь, Эйра. И ты тоже, Леандр. Никто из нас ничего не сделает вам. Как я уже сказала, если бы мы желали вашей смерти, вы бы сейчас не стояли здесь.
– Кроме того, – добавляет Райнальд, – я уже сказал, что вы не пленники. Пожалуйста, за вами дверь. Но позвольте мне повторить вопрос: если вы сможете выбраться из системы туннелей Йорденорта на поверхность… и предположим, что вы чудесным образом минуете все обрывы и зыбучие пески… куда вы пойдете потом?
Ледяное заклинание начинает мерцать над моей рукой, когда до меня доходит смысл его слов. В поисках помощи я смотрю на Леандра, но на его лице я обнаруживаю лишь гнев.
Взгляд Райнальда устремляется ко мне.
– Если вы решите остаться, то у меня есть несколько мыслей, которые я хотел бы обсудить с вами и вашими… ритари.
– Я никогда не буду иметь общих дел с вами, проклятые земельцы! – голос Леандра дрожит от гнева. Я еще никогда не видела его таким взбешенным. Если бы я не знала причину, я бы испугалась. Но я понимаю его…
Однако Райнальд, похоже, не впечатлен. Он, скрестив руки на груди, невозмутимо осматривает Леандра.
– Мне любопытно, мясник. – От этого обращения Леандр резко вздыхает, и я жду, что он в любой момент сорвется. – Почему ты испытываешь такую злобу к моему народу? Это я должен ненавидеть тебя. Сколько моих людей ты убил? Ты можешь их сосчитать, или их количество настолько велико, что ты и сам этого не знаешь?
– Я убил сотни ваших, – рычит Леандр. – И это было правильно.
Погасив заклинание, я делаю шаг от Леандра. Темное желание мести овладевает им и делает слепым по отношению ко всему, что его окружает. Не думаю, что он причинит мне вред, но… лишь от того, что я стою рядом с ним, мое сердце сжимается.
– А почему? – спрашивает Райнальд. – Почему убийство моего народа приносит тебе такую радость? Из-за пары мешков зерна или пары коз и коров, которых мы увели из принадлежащей тебе деревни? С твоей точки зрения это оправдывает кровопролитие?
На шее Леандра отчетливо проступают жилы.
– Ваши рейды были постоянной угрозой, но не они являются причиной моего гнева.
– Что же тогда?
– Вы всерьез хотите меня убедить, что ни о чем не знаете? – Его голос становится все громче, пока, наконец, Леандр не начинает кричать. – Земельцы убили мою семью. Моего отца… они закололи во сне. А потом… – Его гнев ослабевает и заменяется глубокой скорбью. – Они выволокли мою мать и сестру из замка и заперли в конюшне, которую затем подожгли. Они сгорели заживо…
 
Райнальд обменивается взглядами с Кларис, которая, нахмурившись, покачивает головой. Видимо, она не знала деталей прошлого Леандра.
– А теперь скажи мне еще раз, король, – последнее слово он жестко подчеркивает, – что мой гнев и убийства таких, как вы, – беспочвенны.
Я завороженно смотрю на Райнальда, пытаясь по его лицу понять, что у него на уме, но оно ничего не отражает. Но Кларис слегка побледнела.
– Я в первый раз слышу об этом происшествии, – признает Райнальд. – Но позволь задать один вопрос. Ты когда-нибудь видел у земельцев факелы или что-то подобное?
Я замираю, так же как и Леандр с Фульком. Я ожидала многого, но точно не этого вопроса.
– Нет, – лепечет Фульк. – У вас есть эти… светящиеся кристаллы.
Райнальд кивает.
– Даже здесь, в нашей обители, вы не найдете факелов. Кристаллы дают нам свет. Мы готовим пищу на горячем пару, поднимающемся из глубин земли, и разработали технику ковки, для которой не нужен огонь. Мы ненавидим огонь. Ни один земелец не станет его использовать. – Он снова смотрит на Леандра. – Но разве не правда, что пламенцы любят решать свои проблемы огнем?
Леандр замирает. Я не совсем уверена, что он дышит. Мне тоже трудно дышать.
– Вы хотите сказать, – начинаю я, – что… земельцы не виноваты в смерти семьи Леандра?
Лицо Райнальда, кажется, окаменело.
– У моих людей были строгие указания ранить как можно меньше людей во время разбойничьих набегов, в особенности женщин и детей. Они защищались, когда их атаковали, и время от времени случались смертельные случаи, но… Если бы до моих ушей дошли вести о таком мерзком преступлении, я бы действовал жестко. Я слышу об этом впервые, но исходя из того, что вы мне рассказали, могу исключить ответственность моих людей. Мы не убиваем женщин и юных дев. Мы бы не убили лорда. Зачем? Нам нужны только запасы. Если мы убьем всех людей в деревне, кто будет выращивать то, что мы сможем украсть?
– Но… кто?.. – выдыхаю я.
Во мне зарождается ужасающее подозрение, но я держу его при себе.
Райнальд качает головой.
– Этого я не знаю и воздержусь от того, чтобы разбрасываться необоснованными обвинениями. Но все указывает на пламенцев.
«Мне тоже так кажется», – проносится у меня в голове. Но зачем? Для чего пламенцам убивать семью Леандра?
Я беру его за руку. Он не реагирует. Его тело будто бы состоит из камня. Я встаю перед ним и обхватываю его лицо руками. Я терпеливо жду, пока он отреагирует. Его взгляд кажется мне пустым и затравленным.
– Ты можешь вернуться в ту комнату, где мы проснулись, – шепчу я. – Ты не должен здесь оставаться. Я пойму, если…
Он выдыхает и прижимается лбом к моему лбу.
– Нет. Я останусь. Я уже однажды оставил тебя одну, и мы знаем, что потом произошло. Я не стану опять пренебрегать своими обязанностями и подвергать тебя опасности.
Я с усилием сглатываю, делая шаг назад, чтобы развернуться к королю Райнальду, который смотрит на нас с интересом.
– Зачем земельцы нападают на Бразанию? – спрашиваю я.
Мне отвечает Кларис.
– Ты видела Земное королевство, пока проводила армию Эсмонда. Заметила ли ты где-нибудь хотя бы клочок, на котором можно выращивать злаки или овощи? Или воду? Или что-нибудь живое?
Я хмурюсь.
– Там была пара мышей, которые хотели отобрать у меня еду, когда я сидела в клетке. Но помимо этого…
– Мы должны сами заботиться о себе, – говорит Райнальд. – Мне опостылело посылать своих людей грабить. Но нам не остается иного выбора, если мы хотим выжить.
– Почему тогда вы остаетесь здесь? – спрашиваю я.
На губах Райнальда играет ухмылка, когда он наклоняется вперед.
– А куда, по вашему мнению, мы должны уйти? В Ледяное королевство, не принимающее чужеземцев? Или лучше в Огненные земли, с которыми мы воевали так долго, что никто уже не сможет вспомнить причину? Видите ли, наше положение такое же, как ваше. Нам некуда пойти. Оставаясь здесь, мы рано или поздно умрем. Это, кстати, была одна из причин, по которой я просил вашей руки. Я желал заполучить вас не как жену, а… как часть сделки.