Книга Азраила

Мои челюсти сжались. Это оружие было еще одной частью моего прошлого, которую я хотел забыть.
– Откуда Каден мог об этом узнать? Это невозможно, поскольку никто из видевших клинок не выжил. Никто, кроме меня.
– Он стар, Лиам, стар и могущественен. Он веками собирал информацию о тебе.
Моя сила грозила вырваться наружу, двери кабинета с грохотом распахнулись и завибрировали.
– Тогда он прекрасно знает, на что я способен, – сказал я.
Я отвернулся, оставив кабинет и их позади.
Последним, что я услышал, были слова Дрейка:
– Итак, и это правда, Самкиэль. Мы в полном дерьме.
Едва мои ноги коснулись дешевого ковра, покрывающего каменные ступени, на меня нахлынули воспоминания. Моя грудь сжималась при одном упоминании об этом оружии и о том, что я делал с ним на протяжении веков. Лязг металла, кровь, заливающая землю, рев, гром и крики заполняли мой разум. Как он узнал?
Я вздохнул и чуть не сбил с ног проходящего мимо джентльмена. Он вскрикнул, потирая плечо, но шум в моей голове был невыносим, и я продолжил бежать вверх по лестнице. Мне нужен воздух. Мне нужна Дианна.
Не успев осознать, что я делаю, я оказался возле ее комнаты. Я остановился, схватившись за дверную ручку. Мое зрение прояснилось, шум в голове утих. Дыхание стало спокойным, пульс постепенно вернулся в нормальное состояние – я почувствовал Дианну прямо за дверью. Мне не терпелось войти, не терпелось почувствовать ее тело рядом со своим. Она стала бальзамом для моей души, но слова Итана не выходили у меня из головы.
– Не позволяй ей упасть, если не собираешься ее ловить.
Я прислонился лбом к двери и понял, что женщина за ней была для меня куда дороже, чем мне бы того хотелось. Что я делаю? Мир на пороге войны, а я гуляю по ночным садам. Я снова отвлекся – отвлекся на нее и свои чувства. Я не имею права так поступать – не снова, не здесь, не с Онуной. Я опустил руку и ушел.
  
34. Лиам
 
Прошло несколько дней с момента разговора с Итаном и Дрейком. Я перестал спать в одной постели с Дианной – и с тех пор не знал ни одной спокойной ночи. Я пытался спать в одиночестве, а утром обнаружил дыру в стене. Сквозь нее открывался вид на лес, и я поспешил ее устранить. Обитатели замка списали все на землетрясение, даже не подозревая о беспокойном боге, живущем наверху. Никто, кроме Дианны, не знал об истинных причинах.
«Вот так гибнет мир».
«Вот так гибнет мир».
«Вот так гибнет мир».
Я скучал по тем ночам, когда Дианна сжимала меня в объятиях и гладила мою мокрую от пота спину. Я крепко зажмуривал глаза, надеясь, что моя сила не вырвется наружу. Но она не боялась – она оставалась рядом, шепча, что это всего лишь сон. Она повторяла эти слова как заклинание, пытаясь меня успокоить.
Я не говорил ей, что мне больше не снится падение Раширима. Шепот мертвецов снова и снова проникал в мой разум, и всякий раз все заканчивалось ее смертью. Иногда я видел другие сны – в них мой член был погружен в нее настолько глубоко, что я почти мог снова что-то чувствовать. Это пугало меня больше всего – я не знал, как сказать Дианне, что все мои сны были о ней. Итак, я снова перестал спать и уходил в свою комнату при первом удобном случае. Она снова и снова стучала в дверь, но я не открывал. Я знал, что она хочет помочь, что она расстроена и сбита с толку моим поведением. Я не хотел причинять ей боль, но даже она не могла меня спасти. Никто не мог.
Поначалу моя отстраненность ее злила, но со временем она стала чаще общаться с Дрейком. Их смех действовал мне на нервы, поэтому я уходил в кабинет. Итан меня не беспокоил. Впрочем, как и кто-либо другой. Там я и проводил большую часть времени – читая, изучая документы и ожидая известий о том, куда нам двигаться дальше.
Дни тянулись, и мое беспокойство все нарастало. Я решил, что мне нужно выпустить часть своей энергии, при этом сохранив в целости лампы и электропроводку. В подвальной части замка располагался спортзал – я уходил туда, когда не был занят книгами и картами. Когда и это не помогало, я запускал защитное заклинание, чтобы сдержать голоса в моей голове. Это помогало, ненадолго. Как и всегда.
 
Экран телефона вспыхнул, и передо мной появилось лицо Логана.
– Что-то есть? – спросил я в качестве приветствия.
Он покачал головой и поднял книгу.
– Те же тексты, которые были на Рашириме. Единственная информация, которую хотя бы отдаленно можно рассматривать как ценную, – описание принципов работы нашего оружия. Но и в этом нет ничего особенно важного. Нет смысла знать, как создается наше оружие, если нет бога, который способен его создать.
Птицы щебетали в густой зеленой листве, и я разочарованно вздохнул, потирая рукой мокрое от пота лицо. Я бежал до тех пор, пока мои ноги не стали подкашиваться, прежде чем, наконец, остановиться и выбрать укромное место для разговора с Логаном.
– Я знаю, что твое терпение и так на исходе, но что насчет той ведьмы?
Я покачал головой и повернулся к маленькому зверьку, который смотрел на меня из-за ветки.
– Информации не было. Мы все еще ждем.
– И это тебя злит.
Я кивнул.
– Да, очень. А что насчет карты?
Он закрыл книгу, камера телефона несколько секунд беспорядочно кружила в его руках.
– Я отправил нескольких новобранцев в места, отмеченные на карте. Это оказались старые заброшенные шахты и пустые пещеры. Там ничего нет.
Я произнес древнее проклятие, и Логан ухмыльнулся.
– Я давно этого не слышал.
– Я просто хочу, чтобы это закончилось. Если он действительно такой старый и могущественный, почему он до сих пор не нашел Книгу? Если Книга Азраила существует, почему даже нам трудно ее найти?
– Зная Азраила… – Логан сделал паузу, – может, он не хотел, чтобы ее нашли. Если бог Ксеор заставил его создать эту Книгу, возможно, ему было приказано ничего о ней не рассказывать.
– Думаешь, это мог быть приказ Ксеора?
– Возможно. Азраил никогда не создавал предметы, обладающие настоящей силой, без принуждения. «Слишком опасное оружие в неправильных руках» и все такое. Возможно, то, что находится внутри этой Книги, действительно может причинить вред.
Я потер виски.
– Ты его переоцениваешь. Азраил был по пояс в том же дерьме, что и все мы. Он был одним из нас, даже если я не смог освободить его от власти Ксеора. Он просто делал вид, что ему интересны истины, проповедуемые богами.
– Это правда. – Смех Логана эхом разнесся по лесу и вызвал легкую улыбку на моих губах. – Почему бы тебе не спросить темноволосую красавицу, с которой ты связался? Может быть, она что-то знает?
– Нет.
Моя улыбка исчезла, и Логан это заметил. Он снова куда-то направился, и я подождал, пока он устроится за одним из столов.
– Знаешь, я слышал, как Габби разговаривала с ней по телефону, и Дианна жаловалась, что ты больше с ней не спишь.
Я застонал и опустил голову, потирая лоб.
– Это не то, что ты думаешь.
Он посмеялся.
– Ой, да брось. Эту старую историю мы слышали на протяжении многих веков. Великий никакой-любви-только-секс Самкиэль.
– Не сравнивай Дианну ни с одной из тех, с кем я делил постель в прошлом.
Я резко поднял голову. Экран телефона мигнул черным, а затем вернулся в нормальное состояние. Я выдохнул, пытаясь сдержать разрушительную силу, пульсирующую под моей кожей.
– Между нами все иначе, и я больше не буду это обсуждать.
– Отлично. В таком случае просвети меня: что такое это «иначе»? Потому что до некоторых пор мы все придерживались одного мнения. Иг’Моррутены были плохими, мы – хорошими, а теперь? Ты сотрудничаешь с ними? Как боги-предатели?
Мой взгляд оторвался от телефона. Я вспомнил, как быстро пал Раширим из-за этого предательства.
– Послушай, я не ставлю под сомнение твои убеждения и не веду себя как эгоистичный придурок. Нам с Неверрой нравится Габриэлла, но Дианна? Тебе не стоит выбирать ее. Любая женщина во вселенной готова унять твой многовековой зуд. Но только не она. Черт возьми, просто позвони Имоджин. Мы все знаем, как она этого ждет.