Книга Азраила

– У нас нет времени.
Он резко повернулся ко мне, его длинные черные волосы были заплетены по обе стороны от лица. Линии на его коже засветились чуть ярче, реагируя на наше внезапное вторжение.
– Но твой отец хотел, чтобы я принес как можно больше в новый мир.
Мой голос был холодным и твердым.
– Нового мира не будет. Мы можем эвакуировать только избранных. Война уже здесь, и ты нужен мне на поле боя.
Он схватил сумку со стола и прижал ее к груди. Мышцы его рук напряглись.
– Я не могу, – произнес он с гневом.
– Ты можешь, и ты будешь.
Я кивнул в сторону Логана. Он шагнул вперед, призвав еще одно копье. Остановившись, он протянул руку, ожидая, что Азраил возьмет оружие.
– Я не могу! – крикнул он, хлопнув ладонью по столу. – Виктория беременна. Я не оставлю своего ребенка без отца.
Моя челюсть дрогнула. Это объясняло беспокойное поведение Азраила в последнее время.
– Ребенок?
Винсент и Логан посмотрели на меня, но ничего не сказали.
– Мне очень жаль, мой король. Я стараюсь следовать твоему примеру и делать то, что лучше для нашего народа, но я должен думать о своей семье. Если ты падешь, если мир рухнет, я, возможно, смогу создать оружие, достаточно сильное, чтобы помочь выжившим. Но я не смогу сделать это, если умру.
Азраил помог мне выковать кольца, которые носили члены Лиги, помог создать подходящие металлы и камни. Он был моим другом, хотя его верность принадлежала богу Ксеору.
– Ты же понимаешь, что это измена, независимо от причины? Оставить свой пост, пока мы на войне?
– Я в курсе и готов сражаться, если придется.
Я кивнул и потянулся за спину. Азраил выпрямился, бросил сумку и призвал свой сияющий серебряный меч. Логан и Винсент подошли ко мне с флангов.
Я оторвал три длинных нити со своей спины, сделал шаг вперед и вложил их в руки Азраила.
– Для твоего ребенка. Если я не смогу спасти этот мир, надеюсь, ты найдешь другой.
Его глаза заблестели, и серебряный меч, который он держал, исчез из его рук. Он сжал в кулаке нити и поднял свою сумку. Положив руку мне на плечо, он мягко улыбнулся.
– Ты не такой, как он. Мне жаль, что другие боги этого не видят.
* * *
Воспоминание рассеялось, и передо мной снова появилось лицо мисс Мартинес.
– Боюсь, ты и твои братья ошибаетесь. Книги Азраила не существует. Он мертв. Это просто легенда.
Она подняла бровь и постучала ногтями по столу.
– Разве не то же самое они говорили о тебе?
Я откинулся на спинку стула, выдохнув.
– Для начала это более чем достаточная информация. Мне нужно знать местонахождение твоей сестры, если понадобиться ее забрать. Ты убила одного из приближенных Кадена и пошла против него – судя по тому, что ты о нем говорила, он может причинить ей вред.
Ее спина резко выпрямилась, глаза сверкнули. Она вскочила со стула, чуть его не опрокинув.
– Да, конечно. Но мне нужно переодеться, я ужасно выгляжу.
– Не могу с этим не согласиться, но у тебя будет достаточно времени, чтобы заняться этим в мое отсутствие.
Ее брови нахмурились.
– Но я иду с тобой.
Я наклонился вперед, взял со стола блокнот и встал.
– Нет, боюсь, что нет.
– Еще как да.
Взмахом моей руки двойные двери за ее спиной открылись, и в комнату вошли несколько Небожителей. Она повернулась, и на ее лице отразилось выражение чистой ярости – она увидела, что стражи несли серебряные цепи, покрытые рунами.
– Наручники? Снова? Серьезно? Я же тебе помогла!
– Совсем немного. – Я заложил руки за спину. – Но факт остается фактом: я тебе не доверяю. Я не верю, что ты не попытаешься ударить меня ножом в спину после того, как я заберу твою сестру. Ты уже доказала, что способна на такое. Итак, теперь я попрошу тебя подождать в камере, пока я не вернусь. Надеюсь, твоя сестра будет более сговорчива.
Она зарычала на приближающегося небесного стража. Затем остановилась и повернулась, чтобы посмотреть на меня. Ее глаза сверкнули злобой.
 
– Я не пойду.
Лампы вокруг нас замерцали – я терял терпение. Стремительно подойдя к ней, я остановился в нескольких дюймах и запрокинул ее голову, заставив смотреть прямо мне в лицо. Из-за позы и манер ее рост казался больше, чем он был на самом деле, но, глядя на нее под этим углом, я понял ощутимую разницу в наших размерах. Вторжение в личное пространство было тактикой запугивания, которой нас учили на Рашириме. Слабые быстро отступали, но, зная мисс Мартинес, я понимал, что она не сдастся так просто.
– Пойдешь, или я понесу тебя сам.
Она посмотрела на меня, иронично приподняв уголки губ.
– Ты не посмеешь.
* * *
Ее неудачные попытки вырваться из моей хватки так и остались неудачными попытками. Первое впечатление о ней было правильным. Она была злобным, проворным зверьком. Загнанная в угол, она была готова атаковать меня любыми средствами. Она царапала, била и кусала меня за любую часть моего тела, до которой могла дотянуться. Это раздражало, но не имело особого эффекта, что, казалось, только распаляло ее гнев.
– Отпусти меня! – рявкнула она, ударив меня кулаком в бок.
– Я предлагал тебе пойти по своей воле, но ты отказалась. А когда один из моих людей надевал на тебя наручники, ты сломала ему нос. Так что это, мисс Мартинес, всецело ваша вина.
– Что смешного? – прорычала она.
Я знал, что она спрашивает не меня, а обращается к охранникам, которые шли за нами. Небожители проигнорировали ее вопрос, вероятно, опасаясь с ней связываться.
Мы подошли к большой белой двери в конце коридора, и я поправил висящую на моем плече пленницу. Подняв свободную руку, я провел ею перед маленькой электронной коробкой. По моей ладони пробежала тонкая полоска света, края двери вспыхнули, и она медленно открылась. Это только подогрело пыл мисс Мартинес, и она в очередной раз попыталась вырваться.
– Это нелепо. – Она вцепилась в мою спину. – Из чего ты сделан? Из стали?
Мы вошли внутрь, и коридор за дверью тут же осветился. Здесь было меньше камер, чем в Арариэле, но мне нужна была только одна. Я остановился перед одной из комнат, поставил ее на ноги и быстро отступил назад.
В тот момент, когда ее подошвы коснулись пола, она на меня набросилась. Внезапно между нами выросла светящаяся лазурная решетка – на каждом из прутьев были написаны руны, вращающиеся против часовой стрелки. Камера осветилась, и нашему взору предстала металлическая кровать, прикрепленная к стене, и маленький душевой уголок в дальнем углу.
– Серьезно?! – рявкнула она на меня, скрестив руки. – Значит, спасение твоего мальчика ничего не значило?
Я заложил руки за спину и слегка наклонил голову.
– Пожалуйста, не думай, что из-за того, что ты ответила на несколько вопросов, между нами существует какое-то доверие. По меркам смертных ты – преступница. Я тебе не доверяю и не буду рисковать чужими жизнями. Ты отлично проведешь здесь время, пока я не вернусь.
От моих слов выражение ее лица изменилось, ее взгляд наполнился отчаянием. Она подняла руки и обхватила ими прутья решетки. Ее кожа зашипела, от ладоней потянулись клубы дыма. Она не поморщилась и не показала никаких признаков боли, продолжая смотреть прямо на меня.
– Пожалуйста, позволь мне пойти с тобой. Габби тебя не знает, и если ты появишься без меня, она испугается.
Я кивнул, прежде чем отвернуться.
– Она будет в порядке.
– Самкиэль! – закричала она, и я остановился.
Мои плечи напряглись. Я ненавидел это имя. Возможно, она использовала его только для того, чтобы посильнее меня задеть.
Я сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, и снова посмотрел на нее.
– Пока меня не будет, за тобой присмотрит Винсент. У тебя в камере должна быть свежая одежда, и, возможно, ты захочешь принять душ. Если ты дорожишь своей приватностью, я советую переодеться до прихода Винсента, потому что ему приказано ни в коем случае не выпускать тебя из виду.