Книга Азраила

Старательно избегая зрительного контакта, она вытащила форму для выпечки из шкафа.
– Погоди, что? Ты хочешь сделать Рика существом из Потустороннего мира? Габби, это же навсегда! Ты не можешь просто взять и превратить своего парня в вампира!
– Ну… – Она сделала паузу и заправила несколько прядей волос за ухо. – Я хочу, чтобы Рик по-настоящему вошел в мою жизнь. Может, мы даже поженимся.
Должно быть, потрясение отразилось на моем лице слишком явно, потому что Габби закусила губу – явный признак того, что она нервничает и боится моей реакции. Я не отвечала, потому что не знала, что сказать. Да, они флиртовали какое-то время, но похоже, Габби хотела навсегда связать с ним свою жизнь. После войны Богов правила и обычаи сильно изменились. Брак стал не просто клочком бумаги, в котором говорилось, что вы связаны друг с другом. Теперь это значило куда больше. После свадьбы молодожены буквально превращались в родственные души.
– Габби… – начала я, когда она поставила булочки в духовку и повернулась ко мне.
Она подняла руку, прервав меня прежде, чем я успела продолжить.
– Дианна, я знаю, что для тебя это неожиданность, но тебя не было несколько месяцев. Мы с Риком стали очень близки, и кое-что изменилось. Он был рядом со мной еще до того, как я увидела в нем нечто большее, чем просто друга. Он был рядом в те дни, когда мне было трудно встать с постели из-за тяжелой работы. Он был рядом в те дни, когда мне было грустно и тяжело. Кажется, я в него влюбилась. – Она улыбнулась собственному признанию. – Я знаю, что для тебя все звучит глупо, но…
– Это не так, – сказала я, чувствуя боль из-за того, что я пропустила эту часть ее жизни.
Временами я казалась себе предательницей. Я врывалась в жизнь Габби, получая лишь ее обрывки и клочки, но я никогда по-настоящему не была рядом с сестрой. Теперь она была влюблена, а я пропустила момент, когда это случилось. Не было телефонных звонков, не было глупой влюбленной болтовни, потому что мне почти не удавалось с ней поговорить. Не было ночевок с просмотром романтических фильмов, не было рассказов о ее радостях и горестях, потому что меня не было рядом.
– Если это то, чего ты хочешь, то я рада за тебя. Я счастлива, что кто-то сможет быть рядом с тобой, когда не могу я. Я просто хочу, чтобы вы были счастливы. Ты это знаешь.
Она практически завизжала, заключив меня в удушающе-крепкие объятия.
– Честное слово, он добрый, классный и смешной, и ты тоже его полюбишь.
– Да-да. – Я отстранилась, чтобы ей улыбнуться. – Если он разобьет тебе сердце, я его съем.
Она сморщила нос, все еще не выпуская меня из объятий.
– Фу, гадость.
– Просто напоминаю.
Она покачала головой и закатила глаза.
– Ладно, забудем о расчлененке. Думаешь, Дрейк это сделает? Обратит его?
Уголки моего рта приподнялись, и я невинно улыбнулась.
– Знаешь, тут забавная история…
Время с Габби было единственным временем, когда я чувствовала себя смертной. Весь первый день мы провели на пляже. Вечером зашли выпить. На следующий день мы бездельничали и пели домашнее караоке, прыгая на диване. Наши волосы были собраны в растрепанные хвосты, а на лицах была какая-то странная маска, на которую Габби потратила неприлично много денег.
– Почему у тебя только мятное мороженое? – крикнула я из кухни, с удивлением разглядывая содержимое морозильника.
– Почему ты ненавидишь самые вкусные вещи?
Я фыркнула и достала коробку.
– Нам срочно нужно пойти и купить все двенадцать новых вкусов, потому что это просто невыносимо, – сказала я, доставая из ближайшего кухонного ящика две ложки.
Устроившись рядом с Габби на диване, я протянула ей одну из них.
– Меньше слов, больше дела, – хихикнула она, устраиваясь под большим одеялом.
Я зачерпнула полную ложку мороженого, передала ей коробку и включила телевизор.
– Что будем смотреть? – спросила я, переключая каналы.
– Проверь тридцать первый. Там должен идти какой-то милый фильм.
Я повернулась, наблюдая за тем, как она засовывает в рот ложку мороженого.
 
– Снова мелодрама?
Она пожала плечами и одарила меня ангельской улыбкой.
– Вполне возможно.
Я покачала головой и продолжила есть мороженое, одновременно листая каналы в поисках нужного фильма. Неожиданно бегущая строка внизу экрана привлекла мое внимание, и я остановилась. Ведущий новостей обсуждал недавнее землетрясение возле Экануса.
– Удивительно, но землетрясение почти не коснулось жилого района. Серьезный ущерб был нанесен лишь трем древним храмам.
На экране вспыхнули изображения древних руин. Они были похожи на те, которые появились на Онуне в конце войны Богов. Мой желудок сжался, и я резко встала, едва не опрокинув кофейный столик. Телефон! Где мой телефон?
– Дианна? Все в порядке?
Я услышала голос Габби из гостиной уже по пути в спальню. Черт, я должна срочно найти свой телефон! Что, если мне звонил Каден, а я не услышала? Землетрясение в Эканусе? Это было, мягко говоря, редким явлением, и разрушенные храмы не могли оказаться случайностью.
Я толкнула дверь спальни и остановилась, осматривая комнату. Заправленная кровать, приоткрытая дверь в ванную. Боковым зрением я заметила свой телефон на комоде. Выдохнув с облегчением, я тут же его схватила.
Увидев, что у меня нет пропущенных звонков и сообщений, я наконец успокоилась. Но все же это землетрясение точно не было обычным стихийным бедствием. Я чувствовала это нутром. Развернувшись, я вышла из комнаты, прихватив с собой телефон.
Когда я вернулась в гостиную, Габби вскочила с дивана и отставила коробку с мороженым на кофейный столик.
– Все в порядке?
Я кивнула и села обратно. Габби свернулась рядом со мной, ожидая ответа. В ее глазах читалось замешательство и беспокойство.
– Да, извини, мне просто показалось, что у меня зазвонил телефон.
Недоверчиво прищурившись, она перевела взгляд с телефона в моей руке обратно на телевизор. Я не дала ей возможности задать еще один вопрос, взяла пульт и принялась переключать каналы.
– Итак, какой фильм ты хотела посмотреть?
За все время моего пребывания Габби ни разу не пригласила Рика. Она хотела, чтобы эти дни принадлежали только нам двоим, и я это ценила. Пока она была на работе, я оставалась дома – рыскала по ее кухонным шкафам в поисках вкусностей или просто отдыхала. Непривычная передышка не могла меня не радовать, но я все равно продолжала проверять телефон, опасаясь пропустить звонок или сообщение. Внезапное землетрясение привело меня в состояние повышенной готовности. Я знала, что в мое отсутствие Каден не сидел сложа руки, и мысли о том, чем он может заниматься, вызывали у меня не меньшее беспокойство. Я боялась, что Каден объявится и заберет меня обратно, но дни превращались в недели, и постепенно я стала привыкать к спокойствию. Вот что делала для меня Габби: она помогала мне заземлиться. Зверь внутри меня никуда не исчез, но ее присутствие удерживало его на привязи.
В один из выходных дней Габби мы поехали осматривать окрестности. По дороге я высунула руку из открытого окна, наблюдая за проплывающими мимо нас холмами. В летнем воздухе появился легкий холодок, напоминающий о том, что осень уже не за горами.
– Я хочу сводить тебя в пару магазинов. Обещаю, тебе понравится, – сказала Габби, выключая радио.
Я кивнула, когда она сбавила скорость. Чем ближе мы подъезжали к центру, тем хаотичнее становилось движение. Все машины были обтекаемые, гладкие и маневренные. С каждым годом такой стиль становился все популярнее. Это было еще одним напоминанием о существах, упавших с неба столетия назад. Они необратимо изменили этот мир.
– Как думаешь, как мир будет выглядеть через десять лет?
– А? – Она взглянула на меня. – Что ты имеешь в виду?
Я поерзала на кресле, сложила руки на груди и посмотрела на нее.
– Небожители. Они так сильно повлияли на Онуну. Интересно, как еще они изменят наш мир.