Книга Азраила

– О, так теперь он покупает вещи для твоей квартиры?
Наши взгляды встретились, она добавила кофе в кофеварку и нажала на кнопку.
– Ну, в последнее время он часто здесь остается.
– Что?! – задохнулась я. – И ты мне не сказала?
– С тобой не так-то просто связаться.
Острая боль пронзила мою грудь, лишая возможности порадоваться этой новости. Я откинулась на спинку стула, сосредоточив внимание на своих руках. Габби обеспокоенно посмотрела на меня, уловив внезапную перемену в моем настроении.
– Мы с Риком не так уж давно. – Она подошла к плите и вытащила из шкафа кастрюлю. – У нас было несколько свиданий, а потом он просто начал оставаться на ночь.
Я заставила себя улыбнуться, снова встретившись с ней взглядом.
– Я рада за вас. Просто в последний раз, когда мы разговаривали, вы, ребята, все еще играли в эту дурацкую игру, – я сделала наигранную паузу, – в игру «Мы друг друга не любим».
Она разбила яйцо о сковороду и немного увеличила огонь.
– Ди, прошло несколько месяцев с тех пор, как ты была у меня в гостях. Все меняется.
Те месяцы, что Каден заставлял меня и всех остальных искать Книгу, которой был одержим. Прошли месяцы с тех пор, как мне разрешили провести время с единственным человеком в мире, который меня любил. Месяцы. Это слово на мгновение повисло в воздухе, прежде чем я покачала головой.
– Что ж, приятно знать, что он дарит цветы не только для того, чтобы залезть к тебе под юбку.
Я ухмыльнулась, но Габби лишь слегка улыбнулась мне и покачала головой. Она слишком хорошо меня знала. Она знала, что я шучу, когда мои чувства становятся слишком болезненными.
– Знаешь, Ди, иногда мужчины делают приятные вещи только потому, что ты им нравишься. Это не обязательно связано с сексом.
Она повернулась, прижимая кухонную лопатку к груди, изобразила вздох, шутливо приложив тыльную сторону свободной руки ко лбу.
– Даже цветы.
– Откуда мне знать.
Слова сорвались с моих губ, прежде чем я успела осознать, что говорю. Я ненавидела, когда Габби обо мне беспокоилась, и знала, что эти слова выведут ее из себя.
Ее плечи поникли, но она продолжила взбивать яйца и поджаривать тосты. Она ничего не сказала, но я отчетливо чувствовала ее гнев.
– Габби.
– Я просто… я его ненавижу.
Я встала и подошла к холодильнику, доставая бекон.
– Я знаю, он и не должен тебе нравиться. Но тем не менее благодаря ему ты все еще у меня есть.
Она застыла, положив руки на столешницу, а затем снова повернулась ко мне.
– Я здесь, потому что ты отдала свою жизнь за мою.
– И он помог мне это сделать.
– Я ненавижу то, что это дает ему право владеть тобой. Что ты должна выполнять все его приказы из-за меня.
Я развернула ее лицом к себе. Положив руки ей на плечи, я посмотрела ей в глаза и улыбнулась.
– Я не жалею об этом – и никогда не буду. Я знала, на что иду, и лучше буду до конца своих дней откликаться на каждый его зов, как собака, чем потеряю тебя.
Она мягко улыбнулась.
– Знаю. Я просто о тебе беспокоюсь. Чем ты занималась все это время? Где ты была?
– Честно? – спросила я, отступая назад. – В тысяче мест. Каден считает, что он близок к тому, чтобы найти Книгу Азраила.
– Что? – Ее глаза практически вылезли из орбит. – Книгу? Ту самую, которую он ищет целую вечность?
– Ага. Но на данный момент я сомневаюсь, что это возможно. Прошло столько времени, а он до сих пор ее не нашел, понимаешь? Книга, мягко говоря, очень древняя, да и война была не вчера.
Она отступила назад, слегка покачав головой.
– Я всегда думала, что такая вещь очень надежно спрятана.
– Да, насчет этого…
Она включила духовку, повернулась и снова посмотрела на меня.
– Дианна.
Я вытащила противень и пергаментную бумагу. Габби молча наблюдала за тем, как я выкладываю в ряд ломтики бекона.
– Итак, помнишь, я говорила тебе, что у Небожителей есть что-то вроде своей иерархии?
– Дианна. Что ты сделала?
– Не совсем я, но Алистер…
Она положила одну руку на бедро, а другой провела по лицу.
– О боги.
 
– Я думаю, мы можем найти путь в Арариэль и таким образом приблизиться к Лиге, а значит, и к Книге, которая, по его мнению, существует.
– Что, если это произойдет? Что за этим последует?
Я пожала плечами и снова прошла мимо нее, чтобы взять со стола две чашки. Налив нам кофе, я ответила:
– Честно говоря, не знаю. Каден говорит, что в ней ключ к открытию миров. Он хочет, чтобы мы стали нормальными. Чтобы нам больше не пришлось прогибаться под Небожителями и находиться в вечном страхе перед Лигой.
– Прогибаться? – Я увидела ее изумленное выражение лица. – А люди не пострадают?
– Габби, ты же знаешь, я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось.
– Я знаю, но как насчет всех остальных, Ди? Если эта Книга якобы создает нормальные условия для него и ему подобных…
– Для нас, – вставила я, приподняв бровь. – Во мне столько же от Кадена, сколько и в тебе.
– Нет. Мне не нужна кровь, и я не ем людей ради власти.
Слова повисли в воздухе. Габби была права. Ей не нужна была кровь, в отличие от нас, даже если моя диета в последнее время не включала в себя смертных. Габби была другой; она была бессмертной, но смертной по своей натуре. После обращения я спросила у Кадена, почему Габби не такая, как Тобиас, Алистер или я. Он сказал, что она была так близка к смерти, что те части, которые должны были сделать ее подобной нам, были уничтожены. Ее срок жизни был куда дольше обычного, но она не могла менять облик, и ее потребности отличались от наших.
Габби была другой, но намного лучше любого из нас. Кажется, единственной силой, которой она обладала, была эмпатия. Я не знаю, как описать это иначе. Ей всегда удавалось успокоить человека, ее слова были в своем роде целительными. Ее голос, ее прикосновения вселяли надежду, а одно ее присутствие умиротворяло даже самого недовольного пациента. Она не была монстром, как мы. Нет, она была ангелом, рожденным из самого жестокого мрака.
– Габби, беспокоиться не о чем. Книги не существует. Прошли столетия после войны Богов и падения Раширима. Ничего не сохранилось, что бы ни думал Каден.
На мгновение она задержала на мне взгляд, в ее янтарных глаз читалось беспокойство.
– Надеюсь, ты права, Ди. Надеюсь.
Я мягко улыбнулась.
– Эй, я же старшая сестра, помнишь? Я всегда заботилась о нас и всегда буду. А еще я всегда права.
Она фыркнула, закатила глаза и отхлебнула кофе.
– Итак, о Рике, – сказала я, глядя на нее через пар, поднимающийся из моей чашки.
– О боги, опять ты за свое, – сказала она.
– Я всеми руками за хороший секс, но ты ведь понимаешь, что это временно? То есть я очень рада, что ты наконец с кем-то спишь, но я не хочу, чтобы повторилась история с щенком, которого ты приютила несколько лет назад. Он прожил долгую счастливую жизнь и умер от старости, а ты все равно оплакивала его почти шесть лет.
Габби отвернулась, услышав сигнал духовки, оповестивший нас о том, что вкусный завтрак готов. Затем она открыла дверцу холодильника и наклонилась, чтобы достать что-то из продуктов.
– Во-первых, я любила эту собаку. – Она повернулась и посмотрела на меня через плечо. – А во-вторых, почему это обязательно должно быть временно?
– Габби, мы ведь об этом уже говорили. Если ты хочешь серьезных отношений, то тебе нужно искать партнера из Параллельного мира. Рик смертен. Он состарится, а ты навсегда останешься молодой и прекрасной. Как он отреагирует, когда увидит, что с течением лет у тебя не появляются морщины и пигментные пятна, а на волосах нет и намека на седину?
Она открыла морозильник, достала что-то похожее на булочки, прежде чем снова повернуться ко мне.
– А что, если я попрошу Дрейка его обратить?
Я едва не подавилась кофе при упоминании его имени. Схватив бумажное полотенце, я вытерла рот.