Ради тебя (СИ)

Раздался звонок мобильно телефона. Открыла глаза и посмотрела вокруг. Как оказалась в холле, помнила смутно, но разгребая в своей памяти остаток вечера вспомнила, что решила прогуляться, а вместо этого уснула, стоило ей пройтись совсем не много. Достав мобильный из кармана халата, увидела, что звонила мама. Положив мобильный назад, взглянула на часы, которые весели в холле, и заметила, что уже двенадцать часов ночи. Если Даниил ей не звонил, значит, его в палате нет, и он сегодня не придет. Радоваться или огорчаться не знала, мне было очень хорошо с ним, но с другой стороны я хотела, чтобы все было как раньше. Она одна, а он с Майей. Так и должно быть, сама так решила еще шесть лет тому назад.
Покрутив головой, увидела три лестницы, ведущие в разные стороны. Напрягла память и старалась вспомнить какая из них ведет в отделение. Но все было напрасно, сотрясение давало о себе знать, и когда гениальная память, давала большой сбой, образовывая черную дыру. Закрыла глаза и вспоминала каждый свой шаг, но все воспоминание закончились на том, как спускалась по лестнице. Идти и искать медперсонал не особо хотелось, ведь сто процентов расскажут Дане про мои ночные гулянья. И тогда от него точно не избавиться еще надолго. Прислушалась к внутренним ощущения и оценив свою головную больна на троечку с минусом, прошла на лестницу которая была расположена по середине. Память подбросила новую картинку, спускалась всего один этаж, значит мне нужно подняться на второй этаж и быстро пробежать в свою палату, которую тоже надо было еще вспоминать. Одолев последнюю ступеньку, победно подняла руки вверху и гордилась своим организмом, что он вынес такую пытку. Но, радость длилась недолго, как только подняла голову и прочитала вывеску, захотелось плакать от того, что все усилия были напрасны.
— Кардиологическое отделение. — Злость, обида и усталость в голосе. — Судя по моей перемотанной голове мне явно не сюда.
Посмотрела вниз, и тошнота подступила к горлу. Спускаться будет очень тяжело. Горло пересохло и хотелось ужасно пить, плюнув на все, решила пройти в отделение и найти хоть кого-нибудь. Пусть посадят в коляску и везут в палату, а перед этим напоят водой. Открыла дверь и прошла внутрь. Казалось все вымерли, никого не было, а кричать о том, чтобы ей помогли, особо не хотелось. Пройдя пост дежурившей медсестры, хмыкнула и еще раз убедилась в нашей медицине. Хоть клиника достаточно хорошая, но и здесь кого-либо найти составляло большого труда. Медсестра отсутствовала, и лишь тихий храп их перевязочной свидетельствовал о том, как ей тяжко дается смена. Хотела выть от безысходности. Такое впечатление, что все специально куда-то делись, оставляя мегч одну одинешеньку в огромном здание.
Где-то неподалеку послышался детский плачь. Прошла две палаты заглядывая в каждую, но не могла все равно понять от куда слышны всхлипы. Открывая третью дверь, увидела как под одеялом, сжавшись, плакал маленький ребенок. В палате больше никого не было, прошла к небольшой детской кроватке и присела на стул. Осторожно прикоснулась к дрожащему тельцу, чтобы ребенок понял — рядом кто-то есть. Одеяло медленно спустилось вниз, и я увидела огромные голубые глаза и длинные ресницы. На секунду внутри, что-то кольнуло и я боялась даже вздохнуть, чтобы не спугнуть ребенка. В этот момент происходило, что-то очень важное и значимое в моей жизни. Ребенок перестал плакать, глазки любопытно рассматривали меня. Погладила по русой головке и мило улыбнулась. Ребенок не чувствовал вражды и опустил одеяло полностью показывая свое лицо. Увидела безумно красивую девочку. Маленький носик, красные щечки от сна и пухленькие губки. Белокурые локоны придавали ей ангельского вида. Она напоминала меня в детстве. Казалось, мы очень похожи.
— Мама. — сказала девочка и протянула ручки.
— Ой, нет малышка, я не твоя мама! — взяла маленькую ручку в свою ладонь. — Ты, что совсем одна здесь? Где же твои родители?
— Мама? — всхлипывая, на глаза девочки навернулись слезы.
— Ну-ну, не плачь, кукла! — взяла девочку на руки и только тогда заметила, что у нее перемотана грудная клетка. — Такая маленькая, а болеешь.
 
Девочка умастилась на руках и устроилась у меня на коленях, прислонив головку к груди, закрыла глаза. Пальчиками она зарылась в волосы и, всхлипнув еще пару раз, уснула. Смотрела на этого белокурого ангела и мечтала, чтобы это была ее дочь. Она была такая крохотная, такая милая, сердце разрывалась от того, что сейчас придут ее родители и ей придется отдать эту малютку им. И как еще объяснить, что она делает в их палате? А собственно, что объяснять? Они ходят не понятно где, а ребенок сам в палате зареванный сидит. Что же это за родители такие. Ночью оставить малютку одну. Осторожно встала со стула и, покачивая кроху, дошла до большого белого дивана. Головная боль мигом пропала, и я вовсе забыла про ее существование. Сев на мягкий диван, взяла рядом плед и укрыла им девочку. Тдихонько напевала ей песенку и глаза сами собой закрылись. Ночь. Пора когда осуществляются мечты, когда сны и фантазии могут воплотится в жизнь. Кто-то теряет, кто-то находит. Ошибки исправляются, мысли меняются. Тому кому не дано — дается. И где-то зарождается. Эта волшебная ночь…Сказка для двоих людей. И только в эту ночь, возможно приобрести то, что так страстно желаешь.
  
28 глава
 
— Девушка, проснитесь! — Кто-то настойчиво тряс меня за плечо.
Постепенно царство Морфея покидало сон и голос незнакомой женщины все четче и упорней требовал пробуждения. Внезапно стало холодно и неуютно, что-то теплое и нежное согревавшее ее сон и покой, вмиг забрали. Раздался детский плач. Открыла глаза и увидела перед собой женщину лет сорока. Она держала на руках девочку и со всех сил пыталась ее успокоить. Но та лишь все больше плакала и тянула ручки ко мне. Протерла и глаза и тряхнула головой, что бы быстрее пробудится, но в ту же секунду пожалела об этом — резкая боль охватила голову и тысяча молоточков застучали в висках.
— Кто вы? — спросила я и попыталась встать, обхватив руками голову.
— Это ВЫ кто? — Возмутилась женщина, качая на руках ребенка и окидывая девушку презрительным взглядом.
— Я просто проходила мимо и услышала… — не в силах была больше слушать плач девочки и, протягивая руки, забрала у женщины ребенка — Ну чего ты расплакалась, кукла?
— Катя.
— Что? — Качала на руках уже совершенно спокойного ребенка.
— Ее зовут Катя. — Объяснила незнакомка.
— Катюша значит. Котенок, да? — нагнула голову и поцеловала в носик малышку, та хохотнула и запустила пальчики в локоны.
— Да, со мной она так не смеется. Так что же вы здесь делаете? — переводя взгляд с Катюши на меня, спросила женщина.
— Вы извините. Просто я заблудилась. Каким то чудом забрела в это отделение, хотела найти медперсонал, но никого найти не смогла. Вдруг услышала детский плач, зашла в палату и увила Катюшу. Решила ее успокоить и, видимо, уснула.
— Куда же вы ходили с перебинтованной головой? Вам же, наверное, вставать нельзя? — в подтверждение ее слов я пошатнулась, женщина обхватила меня за талию и посадила в кресло. — Ну вот видите!
— У меня сотрясение, упала неудачно, — аккуратно село в кресло и крепче прижала Катюшу. — У вас очень красивая дочь. Даже чем-то на меня похожа в детстве.
— Это не моя дочь. Я ее няня. Меня кстати Ольга зовут, — женщина протянула руку
— Очень приятно, Настя. — слегка пожала руку девушка.
— Ох, и влетит мне, если узнают, что я ее одну оставила. Я ее спать уложила, думала просыпаться не будет. Вот и решила домой забежать. Я живу тут не далеко, буквально десять минут ходьбы. Пришла, а у меня потоп! Соседи, алкаши, уже раз пятый меня топят, будь они не ладные…
 
— А где же ее родители? Неужели не могут с ней вместе быть в период ее болезни? Я бы от своего ребенка ни на шаг не отходила. — не понимала, как вот так просто можно нанять няню для ребенка вместо того, чтобы быть рядышком, опекать и оберегать самое сокровенное, что есть в жизни.