НЕЗНАКОМКА (СИ)

Укладываюсь на кровать, чтобы немного полежать, но резко проваливаюсь в сон, совсем не понимая, что происходит вокруг.
В голове проносятся мысли о статье, которую я должна отправить завтра. Вряд ли у меня остались силы сделать это сегодня. Вспоминаю отрывки разговора с Билли. С Кэсси. С Эриком. Все смешивается в один большой сгусток ненужной информации. Всего стало много.
Эрик
Дождливый Вашингтон — то самое время, когда можно задуматься о чем-то важном. И вот сейчас снова наступает момент, когда голову заполняют мысли совсем не о работе. Я снова думаю о НЕЙ. Моя незапланированная поездка в Атланту неделю назад стоила мне больших изменений в моем рабочем графике на ближайший месяц. Хизер жутко злилась на меня, но босс здесь я. Мне нужно было оказаться там. Нужно было увидеть ЕЕ. Хизер злилась на меня и за это. Она всегда предупреждает, что встречи с Грейс Майер — не то, о чем я должен думать. Это то, чего следует избегать. Я знаю. Но даже, если сейчас нас все равно разделяют сотни километров, я не перестаю думать о ней.
— Мистер Хант, мы приехали, — сообщает мой водитель, заехав на подземную парковку.
— Спасибо. Заберешь меня в шесть.
— Конечно, сэр.
Зайдя в свой кабинет, в котором сегодня особенно мрачно из-за нависших над городом туч, снова задумываюсь о том, что сейчас делает Грейс.
— Доброе утро, мистер Хант, — приветствует меня секретарша. — Мисс Фокс уже ждет вас.
Киваю ей, проходя в свой личный кабинет. Хизер уже ходит из стороны в сторону, чтобы в очередной раз заполнить мою голову новым расписанием, встречами и прочими делами. Она неугомонна. Всегда. Порой мне кажется, что она способна работать дни и ночи напролет. Откуда же она берет столько энергии?
— Доброе утро, — говорю ей, закрыв за собой дверь.
Заметив меня, Хизер останавливается.
— Я бы так не сказала, — немного нервно говорит она, пока я прохожу к своему столу. Она звонила мне все утро, но я не мог вырваться раньше.
— Что за срочность? Зачем ты хотела меня видеть?
Она бросает на стол журнал «Стар». Смотрю на него, но затем перевожу осторожный взгляд на свою помощницу.
— Свежий номер. Вышел сегодня утром. Вы его главное «украшение», мистер Хант, — сообщает она, покачав головой. — Я же ведь предупреждала вас. Я была уверена, что этим все и кончится. Черт!
— Знаю, Хизер, — отвечаю ей, взяв в руки журнал. — Знаю…
========== Глава 23 ==========
Сидя на занятии, смотрю на часы, мечтая, чтобы нас, наконец, отпустили домой. Неделя выдалась неважной. Ректор был очень недоволен, что нам не удалось взять интервью у конгрессмена, когда он настаивал на этом, да и Молли с ребятами до сих пор не разговаривают со мной, потому что я здорово подвела их. Кажется, они собираются избавиться от моего присутствия в редакции, но черт возьми, я не могла поступить иначе. Покажи я Эрику, кто я на самом деле, он возненавидел бы меня в ту же секунду. Хотя…
Вспоминая ту статью, которую я так яростно писала в компании бутылочки вина, снова расстраиваюсь. Кажется, после визита Кэсси, я вообще потеряла над собой контроль. Почти не помню события той ночи. Лишь скомканные отрывки, от которых мало толку. Даже не хочу вспоминать, какой ужасный переполох я увидела в своей комнате, как только пришла в себя. И судя по всему, в эмоциональном порыве я все-таки удалила все, что написала. Помню, как сотни раз извинялась перед Кэсси за встречи с Эриком и свое молчание. Наверное, именно тогда мне и пришла в голову замечательная идея избавиться от всего, что связано с Хантом. Главное, что теперь мы с Кэсси восстановили общение и простили друг другу все обиды.
 
Молли отправляет мне сообщение, сообщая, что хочет встретиться со мной в редакции после занятия. Наконец-то! Правда, мне снова придется извиняться. Это начинает утомлять.
— На сегодня все. Увидимся завтра, — сообщает нам профессор, и уже в более приподнятом настроении я начинаю собирать вещи.
Обгоняю всех ребят и ускоряю шаг, чтобы быстрее оказаться в редакции. Открываю дверь и с широкой улыбкой встречаю всех, с кем работаю здесь почти четыре года. Что же они такие хмурые?
— Всем привет! — говорю им, проходя к своему столу. — Я очень рада вас видеть. Ребята, простите, что так вышло с тем интервью. Мне очень жаль.
— Грейс, мы решили, что больше ты не будешь работать в редакции, — сообщает Молли.
Она серьезно?
— Это шутка? — усмехаюсь, продолжая раскладывать свои вещи на столе. — Молли, я же говорила тебе, что у тебя плохо получается меня разыгрывать.
— Это не розыгрыш. — В этот момент, рука замирает, и я снова обращаю на нее взволнованный взгляд. Нет, не может быть. — Ты подвела не только нас, Грейс. Ректор очень недоволен, и ты прекрасно знаешь, что интервью с конгрессменом было просто необходимо. Теперь, главным редактором нашей газеты буду я, а ты...ты больше не в нашей команде.
— Это нечестно, — смотрю на всех ребят, надеясь, что хоть кто-то вступиться за меня. Я ведь им помогала. Столько раз. Неужели никто из них ничего не сделает? — Вы не можете выгнать меня из-за одного промаха.
— Если ты сделала один промах, то и второго не избежать. Прости, Грейс, — вздыхает Молли, постукивая карандашом по столу. От этого звука в висках начинает пульсировать. — Это решение окончательное. Ты можешь собрать свои вещи и уйти.
— Но…
— Мы пока выйдем, чтобы не мешать тебе. Мне жаль. Прости.
Словно по щелчку они все поднимаются и покидают редакцию, идя вслед за Молли — их новым начальником. До сих пор в голове не укладывается, что они избавились от меня. Это подло. Мы же были семьей. Мы всегда все делали вместе. Да, у нас были разногласия, но я любила это место. Любила и ценила людей, которые меня окружали. Они просто взяли и выбросили меня, как ненужной мусор.
Сажусь за свой стол и не могу собраться с мыслями. Слезы застыли в глазах от отчаяния. Сбрасываю с компьютера свои документы, собираю со стола вещи, которые будут все время напоминать мне о моем любимом деле. Как же их мало.
Посидев еще немного в пустом кабинете, наконец, поднимаюсь и не спеша иду к двери. Еще раз смотрю на родные стены и ухожу, захлопнув за собой дверь.
— Ключи, Грейс, — говорит мне Молли вслед. — Ты забыла их оставить.
Достаю из кармана ключ от редакции и протягиваю ей.
— Ловко ты все устроила, — отвечаю ей, пока он с невозмутимым лицом хватает ключ.
— Удачи тебе, Грейс, — она улыбается. Так неискренне, что становится тошно. Неужели все были такими?
Уже оказавшись в своей комнате, будучи наедине с собой, наконец, даю волю слезам. От эмоций все внутри взрывается. Как они могли так со мной поступить? Обида душит меня, выворачивает наизнанку.
 
Уже собираюсь набрать номер Кэсси, как вдруг на экране загорается и на нем появляется сообщение от Билли. Серьезно? Он все еще надеется, что я буду с ним общаться после всего, что он наговорил мне?
Открываю сообщение, чтобы прочесть и оставить его без ответа. Еще чего! Пусть катится куда подальше!