Законы Рода. Том 9 (СИ)

— ВАШЕ БЛАГОРОДИЕ! ТОВАРИЩ МАЙОР! ТУТ БЕЗ ВАС НИКАК! — прокричал дежурный в сторону другого офицера, что лениво выбирался из БМП.
Да, всего двенадцать… А всё остальное, что не влезло в грузовики, забрал Фома. Одна змеюка бы заняла треть нашей техники.
— И всё равно я не понимаю твоей уверенности в захвате Сибири…
— О, Иннокентий Игнатьевич и об этом знает? — удивился я.
— Ну, ты не забывай, что я знаком и довольно неплохо общаюсь не только с нашим ректором, но и людьми куда более высокого полёта…
— В таком случае… Как насчёт пари? Я в одиночку и только с энергией воителя четвёртого ранга зачищаю подземелье.
— Ага, ищи дурака! Как будто я не знаю о твоей способности усиления тела. Внешне и не заметишь, что магию применил…
— Нет, даже это делать не буду. Если применю — значит, проиграл. Даю слово.
— Хм… В теории… Мне надо будет заехать в академию, взять один артефакт и нацепить на тебя измерительные приборы. Если будут колебания маны в источнике, я замечу. Хорошо, давай. Идёт! — Зажглись интересом глаза Цербера, клюнувшего на новый спор.
— Что, даже не спросите, что на кону?
— И что же?
И мои губы сами собой растянулись коварной улыбкой.
— Я хочу всего лишь одного…
От автора: А поразмышлять о том, что именно хочет от грозы зачёток наш хитрый Ярл можно в комментариях в ближайшие два дня выходных:) До встречи в понедельник:)
  
Глава 14
 
— Иннокентий Игнатьевич, что-то случилось? Что с вами? — спросила Цербера девушка из числа административных работников академии, пока тот смотрел в лист для запроса артефактов.
— Ху-у-у… — выдохнул он, нервно сжимая ручку в руке и никак не решаясь поставить подпись.
— Очкуете, Иннокентий Игнатьевич? — подначивал я.
— Да не то чтобы сильно… Просто выгоды не вижу своей. Ну, допустим, я окажусь прав… И дальше что? Тебя спасать, закрывать излом… Или даже не спасать. Ты сам его закроешь, используя магию. Прекрасно. Я прав. И что я получу взамен?
— О, вы таки решили поторговаться со мной? Ну-ка… И что же вы хотите?
— В том-то всё и дело: ничего я не хочу особо… Хочу, чтобы ты сумел сделать невозможное! А я как твой преподаватель, пусть ты и был всего на одном занятии у меня, был бы горд за тебя. И из-за этого весь спор лишается смысла.
— Ух, ну вы и загнули, наставник… Это уже ближе к философским дисциплинам.
— Да и ректор не будет в восторге, равно как и Романовы, что я академию на какой-то род променяю.
— Не какой-то, а тот, что исполнит давнюю и заветную мечту империи! И вы станете частью этой операции. Да и я не жестил. Мы спокойно договорились, что вы доучите студентов до конца семестра.
— Давай хотя бы до конца этого учебного года? — Отодвинулся от стола с заявкой на маготехническое оборудование Цербер. — И если ты провалишься, то всю добычу, полученную в изломе, пожертвуешь на нужды академии.
Цербер сверлил меня взглядом с минуту, вздохнул и добавил:
— Ладно, чёрт с тобой… Но договор сотрудничества с тобой как главой рода, если что, подписывать буду не больше чем на три года. Если за три года будут подвижки в твоих захватнических войнах, то можем разговаривать о продлении. Если ты только языком будешь чесать, то извини: я не стану тратить остаток своей жизни на неисполненные мечты юного мальчугана.
— Как скажете, Иннокентий Игнатьевич. Как скажете.
— Ты уже определился с местом твоей базы там?
— Нет. А что?
— Если меня откажутся отпускать, запрошу перевод в ближайший филиал. Раз в месяц на занятия съездить можно будет, а больше — пусть попробуют меня заставить.
— Не имею никаких возражений. С местом будем определяться чуть позже… когда закончу одно большое и важное дело.
Я прикинул, сколько времени могут занять войны родов и восстановление моего родового имения, но даже примерно не смог определить даты. Знаю только то, что буду использовать все до единого возможности для ускорения этого процесса. И, чтобы не ерепенилась всякая шваль, Гаврилины будут одними из первых. Так все увидят, что им предстоит в случае, если пойдут на меня и мой род, и поймут, что даже такие, как, например, княжеский род, не смеет выступать против меня без последствий. Пусть даже и самых лёгких. Всё же я не исключаю мирного разрешения конфликта. Если они согласятся откупиться, я не стану отказываться. Единственное, что не оставлю безнаказанным, — это убийство моего отца. Отдавший приказ, может, и не умрёт, но жизнь его станет намного печальнее. Ну а что касается самого убийцы… Хочет он или нет, ему предстоит до конца своих дней нести крест за содеянное. Убивать его я не стану. У меня есть опыт «гвоздичек». Он станет дополнением к этой коллекции. Но его контракт закончится лишь после смерти. А неповиновение отправит прямиком в глубины ада при жизни. Он миллион раз пожалеет о том, что не умер в той битве.
  
Цербер поставил подпись и передал бланк, а мы двинули к выходу. По пути навестили моего куратора и одногруппников. Хотелось увидеть Ивана, если честно, да и остальных, кто был со мной в Болгарии. Я пожелал им всем удачи и сказал, что, скорее всего, мы увидимся только на экзаменах. Ещё раз оценил Касаткину Ольгу, нашу железную леди. Мне бы такого бойца в авангард, эх…
Заскочили и в библиотеку. Книг много не бывает. Теперь мне предстоит забыть, что такое сон, отдых и празднества… Я всё равно не смогу сравниться в опыте и познаниях с теми, кто собирает различные материалы тысячелетия, но я обязан хотя бы сократить разрыв и применить новые знания для самосовершенствования и помощи моим соратникам. Опять же, моя магия зачастую использует силу вдохновения, и чем больше я смогу себе представить, тем больше шанс, что хотя бы что-то сработает. И будем откровенны: завоёвывать Сибирь стандартными методами невозможно. Это делают уже не один век, тем не менее мы сейчас контролируем даже меньше земель, чем сто лет назад. А значит, надо менять тактику. Надо использовать то, что в обычной ситуации и не подумаешь…
Поднятие мутантов-мертвецов — опасная идея, но весьма эффективная. И разрушительная. По крайней мере такой она мне видится. Если получится обуздать эту грань силы, смогу направить мутантов на войну с мутантами. Всё же фамильяры мне дороги, да и чем они от меня дальше, тем слабее. А ходить от холма к холму, от болота к болоту по всей территории Сибири — так мне и пятидесяти лет не хватит, чтобы обойти её вдоль и поперёк и очистить.
Покинув академию, мы приехали к моей любимой, истерзанной всякими проходимцами усадьбе. Она выглядела слегка потрёпанной несмотря на недавно законченный ремонт. Огород в упадке. Совсем зарос без своих хозяев. Ещё и ночи стали холоднее…
Что с усадьбой этой делать, ума не приложу. Жанна потребовала её застраховать, и я был с ней согласен. Дал добро так и поступить. Дядя Миша посоветовал продать её, если не нужна. Но она — символ статуса. Расположена идеально. Да и если каждые пару месяцев я буду возвращаться в Москву, не придётся искать жильё. В общем, от продажи отказался.
Набрал номер своего риелтора. Углёв с радостью меня выслушал и сообщил, что уже почти готовы все документы на продажу соседнего участка. Я даже удивился такой новости, но виду не подал. Шустро, но оно и понятно: мало того, что я слишком шумный и опасный сосед, так ещё далеко не самый обычный, вот мой испанский амиго, который жил через забор, решил всё-таки съехать. Да и всякие ЧП на участке его явно задолбали. Он даже последний месяц практически не мог жить на своём участке из-за моих диверсий.
Не знаю, успел ли приложить к этому всему руку Багратион, ведь я давным-давно его об этом просил, но дело пошло, когда мне уже и не особо это нужно. Слишком в этом змеином логове столичном душно жить. Постоянно какие-то непонятные проблемы возникают на ровном месте. А вот в Кощеевке ни одного инцидента до сих пор! Охраны уже нет из числа союзных родов, а всё равно ни диверсий тебе, ни шпионов, ни маньяков или нашествий монстров с мертвецами. Я, конечно, могу сейчас «накаркать», но думается мне, что это действительно особенность Москвы. У них своя богемная тусовка аристократов, и я в неё не особо-то и попал. Недругов нажил в достаточной мере. Друзей, конечно, не меньше, но всё равно есть кому мне гадить. А разбрасывать свои силы на несколько мест жительства не стоит. Та же проблема будет меня ожидать и с моим графством разбазаренным, но проблемы лучше решать по мере их поступления.