Будьте нашей Тётушкой (СИ)
- Ты мне разрешаешь? Ты же знаешь, ему будет спокойно рядом со мной, а тебя мы всегда будем любить и помнить.
Я киваю, опять глажу ее по руке. Интересное ощущение - я полностью чувствую свое тело, но для других мои касания легки, не физически, а больше эмоционально ощущаемы, как дуновение ветерка.
Искренне хочу, чтобы они были рядом - ведь я нашла свое место и семью в другом мире, пусть же и они будут счастливы. И я исчезаю, напоследок еще раз обняв их обоих. От этого сна остается грустное послевкусие, но чувство это какое-то светлое, легкое, не давящее, но дающее надежду.
Но вот видение переходит в другое и продолжается как кусочки из сериала - теперь я вижу Марию и ее светлый дом. Она смеется, глядя на молодого мужчину, который что-то ей кричит из сада. Я даже не ожидала, что она так может смеяться.
Но вдруг в дом заходит тот лохматый мужчина, который преследовал ее в предыдущий раз, и смех резко обрывается. Он что-то выговаривает женщине с упреком, потом даже кричит на нее. Слов я не разбираю, но интонация угрожающая.
В дом заходит мужчина помоложе, но очень похожий на лохматого - судя по всему, тот его старший брат. Мужчина в чем-то упрекает и его, они ссорятся, на глазах у Марии слезы. Она отдает ему деньги, лишь бы он оставил их в покое.
Затем сцена сменяется другой - молодой мужчина лежит в постели, Мария ухаживает за ним. Опять заходит лохматый и что-то требует, выговаривая всем - и больному, и женщине. Мария вновь плачет, но сделать ничего не может. И снова лохматый забирает деньги и уходит.
И последняя сцена - Мария в черном платье и платке, муж умер, дом опустел. Старший мужчина стоит рядом, затем резко вырывает из рук женщины кошелек, забирает большую часть денег, уходит из дома.
Мария сидит безучастная одна, но потом решительно встает и начинает собирать вещи, что-то прячет, что-то убирает. Наконец-то она решилась на противодействие!
Затем вижу покупателей, которые обходят ее дом, осматривая его. Маша потерянно ходит следом, видно, как ей тяжело расставаться со старой жизнью и привычным бытом. Но тут она показывает свой характер - решительно торгуется с людьми, настаивает на своем.
И последняя сцена - она уже на станции, ждет поезда или чего-то подобного, оглядывается в страхе - видно, боится появления родственника мужа. Но он появляется только тогда, когда поезд отходит. Он кричит, грозит кулаком, видно, что он пьян, люди оглядываются и обходят его стороной.
Теперь вся история Маши мне ясна и я могу противостоять этому лохматому - не на ту даму он попал, не на ту!
Просыпаюсь в странном состоянии - и грустном, и решительном. Теперь все тайны прошлого мне известны, эти страницы уже закрыты, надо жить здесь и сейчас, делать то, что велит мое сердце. Я собрана и сосредоточена, предстоит много работы.
Завтракаем вместе с Андреем, собираю ему корзину с пирожками на работу, проверяю припасы.
Все подъели, надо сегодня готовить обед. Достаю рыбу - дошел черед и до нее, будет все-таки уха. Ставлю пока варить самую мелкую рыбу, потом я ее уберу и на ее бульоне сварю стерлядь - пусть не тройная, но двойная уха должна получиться. А на второе сделаю кашу гречневую с тем же гуляшом- жаль, что грибов нет, можно было бы добавить.
Просыпается Андрюша и почти сразу приходит Настя с Марфушей. У девочки в руках собачка, уже достаточно замурзанная. Настя со смехом объясняет:
- Как сшила игрушку, так из рук и не выпускает, и ела с ней, и спала, даже кашей ее кормила. Ав-ав говорить научилась за мной, повторяя.
Марфуша, прислушиваясь к нашему разговору, действительно повторила эти слова. Ещё раз убеждаюсь, что она вполне обучаема, видимо, нарушение мозаичное, можно работать с имеющимися возможностями.
А Настя тем временем достает из сумки еще трех собачек - и похожих, и разных,все сделано очень аккуратно и красиво. Замечательно, уже начало есть, но пока оставляю на запас.
Спрашиваю Настю, что еще надо - оказывается, материалы есть, можно продолжать работать. Прошу сразу Андрюшу нарисовать побольше игрушек, сама вспоминаю про тильд - шьются они легко, а какое разнообразие их можно сделать! Тут и зайчики всем семейством, и куклы, и мышки, и кошки - только фантазируй! А материала нужно совсем немного. Рисую схематично и их, остальное- идеи мальчика, исполнение Насти.
Сажаю всех завтракать и размышляю над предстоящими делами. Настя говорит, что скоро должны подойти " мураши"- значит, будут опять помогать с уборкой.
Раздаю указания - Андрея с Настей и Марфушей - на улицу, мальчишкам- убираться. Потом готовить обед и можно поделать игрушки из соленого теста -вспоминаю и записываю его рецепт, пусть займутся, если время останется.
С улицы слышу речевку про "мурашей", а затем хлопают двери - заваливают целой компанией мальчишки, несут корзинки с пирожками. Ребята смеются, рассказывая, как к МММ вчера пришли какие-то дамы из приюта, забрали три корзины с пирожками, сунули деньги и, ничего путем не объяснив, отчалили назад, оставив бедную женщину растерянной и недоуменной- представляю ее состояние!
Говорю Родиону, что Матрене нужна помощь - заказов же больше, он кивает головой- все уже сделано, часть детей оставлена на помощь, вот и прекрасно.
Я начинаю собирать свои бумаги, ищу одежду для приема в мэрии. Выбираю прямую черную юбку и красивую блузку с кружевным воротником и манжетами- строго и красиво, очень мне идет, все одобряют.
Тут подъезжает Антон Павлович, бледный и взволнованный. Благодарю его за букет, ободряюще улыбаюсь. Под пожелания всех присутствующих мы отбываем в мэрию. Ну, городской глава, берегись - я ИДУ!
Глава 27. " Хмэр" и другие официальные лица.
Помогая мне сесть в коляску , Антон Павлович подал мне руку и в этот момент внутри меня что-то щелкнуло, как будто включилось радио или телевизор, и я услышала его голос:
- Как хорошо, что Мария Ивановна приехала к нам. Может, хоть она разворошит это болото!
Я даже спросила его:
- Вы что-то сказали?
- Нет, но я очень рад вашей помощи и поддержке. Вы очень неравнодушный человек, не все такие в нашем городе.
Это что получается, я стала слышать мысли других людей? Но видимо, только тогда, когда прикасаюсь к ним? Неплохое умение, должно пригодится! Я всегда была эмпатом, хорошо чувствовала переживания и эмоции других людей, без этого в моей профессии нельзя, но эта способность, появившаяся у меня, очень порадовала.
Часто пользоваться не буду, это не очень этично, но время от времени, когда нужно будет не для себя, а для дела, можно и прибегнуть. Я опять дотронулась да врача, передала ему силу, поддержку и симпатию в кратком прикосновении, чувствуя, как зеленое сияние охватывает его. Хорошо, что он ничего не заметил, отвлекся чем-то. Сидим оба задумчивые, сосредоточенные всю дорогу.
Около мэрии вижу мальчишку, продающего газету. Интересно, моя статья уже напечатана? Покупаю сразу несколько и разворачиваю одну из них - статья на главном месте. Показываюее врачу и говорю, что вчера отнесла ее в редакцию Александру Сергеевичу.
Антон Павлович быстро просматривает ее под мой комментарий, что там я изложила все мысли, ранее высказанные ему. Он одобрительно кивает - правильно, так лучше, теперь будем ждать реакцию начальства.
Сама себя глажу по головке - как же во время я ее написала, а Кушкин напечатал. Иначе совсем другой расклад бы получился - стали бы официальные лица меня от моих же идей оттирать, да проворачивать свои делишки, никому не отчитываясь. А так - все в открытую, никаких тайн и темных расчетов. Кто молодец?- Мы с Кушкиным молодцы!
