Плакса (СИ)

– Этот Новый Год полный отстой, – сказала она.
Не согласится с этим было просто невозможно. К нам подошли Марик с Артуром, чтобы сказать о том, что все готово.
– Хочу подойти ближе, – Саша встала со скамейки покачиваясь и Марк тут же подхватил ее под локоть, придерживая. – Пойдем.
Она, пошатываясь, потянула Марка в сторону, где стояли ребята. Брат окинул меня вопросительным взглядом и я кивнула. Саше его помощь нужна была больше, чем мне.
– Впервые вижу ее такой, – сказал Артур, пиная ногой снег.
– Да, – я подняла на него свой взгляд. – Ты перестал меня игнорировать?
Парень молчал, продолжая пинать ногой белоснежные сугробы.
– Если ты не хочешь говорить ты, тогда буду я, – Артур поднял голову и наши глаза встретились. – Не знаю, чем я тебя обидела, могу только догадываться. Ито, это лишь мои домыслы, неподтвержденные ничем. Ты перестал со мной общаться и игнорировал мое существование. Я не исключаю того, что у тебя есть на это свои причины, но, мне кажется, ты бы мог мне о них сказать. Это бы облегчило жизнь нам обоим.
– Я злился на тебя. Ты меня обманула.
Я нахмурилась.
– В чем?
– Ты сказала, что не хочешь отношений, – он сел на скамейку рядом со мной. – Но каждый раз, когда в нашей компании появлялся Лис, вы словно приклеивались друг к другу. Куда ты – туда и он. То, как он на тебя смотрел и как ты смотрела на него, – он провел рукой по волосам, явно нервничая. – Я злился на тебя, потому что мне ты говорила, что не хочешь отношений. Хотя могла честно сказать, что все дело во мне. Что я не тот, кто тебе нужен. Я бы ничего не ждал.
Я отвернулась и сосредоточила взгляд на ребятах. Пока Андрей поджигал фетиль в коробке, ребята отошли на безопасное расстояние. Саша почти повисла на моем брате, а тот крепко за талию прижимал ее к себе.
– Я не знала, что нравлюсь тебе, как девушка.
Артур рассмеялся, запрокинув голову вверх. Облачко пара, вырвавшееся из его рта, устремилось вверх.
– Я тебе говорил это и не один раз, – парень покачал головой.
– Ты флиртуешь со всеми девушками, попадающимися на твоем пути, откуда я могла знать, что со мной все иначе?
Послышался радостный крик и, сопровождаясь громким залпом, в небе взорвалась разноцветная вспышка красно-зеленых искр, а за ней еще одна, только с другим узором. Искры салюта исчезали в синеве зимнего неба, а на их месте появлялись новые, еще более красивые по своим узорам и сочетаниям цветов.
Так и в жизни. На смену старому, всегда приходит что-то новое, еще более лучшее. И жизнь тоже становится ярче, интереснее, вкуснее.
– Потому что я тебе это говорил. Ты просто не хотела слушать, – Артур повернулся лицом в мою сторону. – В любом случае, я не хочу искать виноватых, сейчас это ни на что не повлияет. Ты все еще тут, – он приложил указательный палец к виску. ­ – Но это пройдет. Не хочу тащить все это в новый год. Так что, прости, если обидел.
– Тебе не за что извиняться. А вот я должна, – я посмотрела Артуру в глаза и горло сжалось. – Извини, что не воспринимала всерьез твои слова, отмахиваясь от них. Я не лгала тебе, когда говорила, что не хочу отношений. Я была честна с тобой и мне искренне нравилось с тобой общаться. Ты был первым, кто меня заметил и привел в свою компанию. Но любовь не выбирает, когда ей случиться.
Где-то рядом слышались затухающие залпы салюта и веселый гул ребят, а Артур несколько секунд пристально изучал мое лицо, прежде чем заговорить.
– Спасибо, что сказала это. Мне стало легче, – Артур протянул мне руку. – Предлагаю оставить все в ушедшем году.
Я облегченно выдохнула и пожала руку Артура. Мне нужен был этот разговор и ему тоже. Мы сказали друг другу что хотели. Извинились и оставили эту ситуацию в прошлом. Кажется это так просто, когда на самом деле понадобились недели, чтобы начать разговор.
– Спасибо, – я аккуратно вытащила свою руку. – Я надеюсь, что однажды мы сможем общаться друг с другом, как раньше.
– Я бы этого хотел.
Мы молча, плечом к плечу, продолжили сидеть на скамейке до тех пор, пока ребята не решили пойти в дом. Почти у самого крыльца, Лида, поскользнувшись, упала в сугроб. Саша, оттолкнув своего парня, с визгом бросилась сверху на нее.
  
Лида, пытаясь сбросить с себя блондинку, недовольно бурчала. Саша, не обращая на это никакого внимания, голыми руками нырнула в сугроб и, набрав, полные ладони снега, развернувшись, бросила их Шлепе в лицо.
Тот с невозмутимым видом стряхну со своих плеч снег и закатил глаза на Сашину выходку. Лида решила отомстить за брата и, зачерпнув снега, засыпала его ей за шиворот.
Саша разразилась громкими ругательствами, но ее пьяный язык заплетался и выглядело это скорее смешно, чем устрашающе. Артур нагнулся и, слепив из снега круглый снежок, запустил в Лиду и тот просвистел прямо перед ее лицом.
– Ты труп! – прокричала она и запустила в него снегом.
Шумилин увернулся и снежок прилетел Андрею в грудь.
Повисла тишина, а затем разразился самый настоящий хаос. Марик потянул меня за руку и спрятал за своей широкой спиной, как всегда, защищая. Таким образом еще один пункт из моего списка зимних дел можно было вычеркнуть.
Поиграть в снежки, как в детстве.
С небольшим лишь изменением. Я не играла вместе со всеми. К сожалению, у меня не было такой способности, как у Саши – переключать свои эмоции, когда так было выгодно. Поэтому я наблюдала за всем происходящим из-за спины брата, радуясь тому, какими беззаботно счастливыми выглядели ребята, качаясь в сугробах, как дети. И как бы я хотела разделить этот момент с Лешей.
  
Алексей
 
Если и существовало в мире место, которое работало чем-то вроде подорожника, только для душевной раны – то это определенно была ледовая арена. Коробка размером шестьдесят на тридцать помогала заморозить рой эмоций, жужжащих в голове.
Взмах клюшкой, щелчок и шайба летит в бортик, ударяясь об него с характерным звуком.
Мысли становятся тише.
Еще один бросок и тело расслабляется окончательно.
Второе января хорошо тем, что ледовый дворец работает, а вот людей в нем нет. Можно арендовать на час лед для себя и очистить голову. Влетело это в немалую копеечку, но это того стоит.
Впервые за два дня я не схожу с ума от чувств, рвущих на части изнутри. Если повезет, благодаря физической нагрузке и усталости, мне удастся, наконец, поспать.
Посылаю еще одну шайбу и на этот раз она залетает в калитку. Неплохо, но можно лучше.
Пот ручьем катиться по лицу и спине, а легкие горят от недостатка кислорода. Лучше уж так, чем от лавины эмоций, стремящейся задушить меня.
Время на арене летит незаметно и часа кажется мало для передышки, но больше нельзя. У нас с парнями через пару дней игра, травмироваться или подвергнуть свой организм риску из-за недосыпа и чрезмерной усталости было бы глупо. А я не такой.
Взмахиваю клюшкой и со всей силы ударяю по шайбе, вкладывая в это движение всю свою оставшуюся злость. Громкий стук разносится по льду и я облегченно выдыхаю. Так-то лучше.
Со злостью легко управляться с помощью физической активности. А вот что делать с другими чувствами? Во что можно сублимировать предательство? А любовь?
Сердце сжалось в груди, но я списал это на сегодняшнюю нагрузку. Разве оно может болеть от предательства? У него другие функции, намного более важные, чем болеть из-за предательства.
Колени дрожат от напряжения, сил на заминку почти нет, но я все равно ее провожу.
Доковыляв до раздевалки, падаю на скамейку и прислоняюсь к стене тяжело дыша. Вот и все. Эмоции ненадолго утихли, но как избавиться от мыслей об Алисе?
Ее образ преследовал меня ночью, когда я лежал без сна. Вспоминал, как приятны ее объятия и с какой успокаивающей силой на меня действовала ее улыбка. Как тепло и уютно было спать рядом с ней и ее мягкий голос, произносящий «спокойной ночи».