Красавица без сердца (СИ)
— Не думаю, что Радочка способна на убийство, — засомневалась я.
— А сначала всегда так. Смотришь на подозреваемого и думаешь: да нет, не мог он. А потом выясняется, что у него в подвале десять тел человеческих захоронено.
Я поморщилась. Все-таки профессия наложила отпечаток на деда.
— Я могу попробовать поговорить с Радочкой. Аккуратно. Как считаешь? А Катькину деятельность надо сворачивать.
— Катерина пусть занимается своими феями, — буркнул дед. — Она с детства такой была, фантазерка. Лучше уж пускай за привидениями охотится, чем с пацанами по улицам шляется. Да и ты рядом, присмотришь. А по поводу разговора…
Дед замолчал, а потом признался:
— Есть у меня нехорошее предчувствие. Не хочу тебя в это втягивать, Лизочек. Так что, извини уж, но либо ты за Катюшей смотришь, либо я тебе помощника присылаю. Гены у тебя мои, опять же, глазастая ты очень. Может, и узнаешь чего. Но одной я тебе в этой грязи копаться не дам.
— Помощника? — кисло спросила я. — Это лейтенанта что ли твоего?
— Его, его, — радостно подтвердил дед. — Согласна?
— Ладно, — выдохнула я, понимая, что деда мне не переспорить. — Присылай помощника. Кстати, а почему завещание такое странное? Почему Иван Поликарпович все решил оставить Альбине? Он ведь с ней, насколько я понимаю, практически не общался.
— Да, отношения у них не заладились. Но Альбина — девочка умная и смышленая, многого сама добилась, без помощи отца. Да и самая разумная она из всех троих. Вот Поликарпыч и рассудил, что она наследством правильно воспользоваться сможет.
Мне это показалось несправедливым, но я промолчала. Деньги не мои, поэтому свое мнение я решила держать при себе.
— Сегодня к вечеру приедет твой помощник, — сообщил дед. — Я тебе информацию попозже в сообщении пришлю.
— А он согласится?
— Согласится, куда ему деваться?
Я нервно хихикнула. Похоже, бедному парню просто не оставят выбора.
— Ладно, жду.
— А, и это… Ты уж остальным-то не говори, что это от меня паренек. Представь его как своего молодого человека, — торопливо сказал дед.
— Хорошо, — покладисто согласилась я.
— Но спали чтоб в разных комнатах, — пригрозил дед. — Нечего мне тут… Ну ты поняла.
— Я так замуж никогда не выйду, — ласково сообщила я.
Дед оскорбился:
— Что за шутки? Выйдешь, и еще как выйдешь. Хватит мне тут чепуху городить. В общем, жди помощника.
Я гаркнула:
— Есть!
Глава 12
Только спустившись вниз, я сообразила, что так и не узнала у деда имени моего «жениха». Подниматься наверх мне было лень, и я здраво рассудила, что до вечера времени еще полно, и позвонить деду я всегда успею. К тому же он обещал выслать более подробную информацию о женихе в сообщении, а слов на ветер дед никогда не бросал, и обещанное исполнял в точности.
Так что я без угрызений совести присоединилась к чете Семеницких, мирно завтракающих за столом. Радочка, несмотря на ранний подъем, сияла и лучилась, а вот Иван Поликарпович был не в духе. Катя, к моему удивлению, тоже вставшая рано, вяло ковыряла вилкой подгоревшую яичницу.
— Лизочка, доброе утро, — пропела Рада. — Садись скорее завтракать. Раз уж с Раисой Степановной приключилась такая неприятная история, я взяла на себя хлопоты по дому и приготовила для всех полезный и сытный завтрак.
Я внимательно осмотрела стол. Так, горелая яичница, неаппетитная каша с комками и апельсиновый сок.
— Что будешь? — радостно спросила молодая супруга Ивана Поликарповича.
Катька скорчила гримасу, и, улучив момент, когда Радочка отвернулась, шепнула мне:
— Даже ты готовишь не так отвратительно.
— Спасибо, — язвительно ответила я, и громче сказала: — Мне бы просто кофе. Я по утрам не ем.
— Это очень вредно для фигуры, — не преминула заметить тощая как доска Радочка, но кофе мне все же любезно приготовили.
Наслаждаясь напитком, в который Радочка, недолго думая, бухнула три чайные ложки растворимого кофе, и щедро залила все это кипятком, я спросила:
— А где Кристина?
— Еще спит, — ответил мне Иван Поликарпович. — Лиза, еще раз извини за вчерашнее. Ума не приложу, как я мог спутать тебя с … Э-э, кем-то другим. Наверное, это все нервы.
— Чаю с ромашкой? — тут же влезла Радочка.
Отмахнувшись от жены, Иван Поликарпович продолжил:
— Сема звонил, сказал, что к тебе должен жених приехать. Так? Мы гостям всегда рады, так что не стесняйся.
Катька округлила глаза, глядя на меня. Ясное дело, ни о каком женихе она никогда не слышала, потому что и нет у меня никакого жениха.
На всякий случай я пнула Катьку под столом, чтобы та молчала, и ласково улыбнулась:
— Да. Большое спасибо, Иван Поликарпович. У нас еще конфетно-букетный период, поэтому не хотелось бы расставаться надолго.
— О, это так чудесно, — закатила глаза Радочка. — Вот Ванюша за мной так красиво ухаживал в начале отношений! А какие огромные букеты он мне дарил! Верите или нет, но они не пролазили в дверь!
Опасаясь, что Радочка захочет продемонстрировать фотографии букетов, мы с Катей хором ответили:
— Верим!
— Правда? — воодушевилась Радочка. — Ну хорошо. Лиза, а как зовут твоего жениха?
Я открыла рот, чтобы ответить, и тут же вспомнила, что имени мне так и не сообщили. Покрывшись холодным потом, я беспомощно посмотрела на Катьку, которая уставилась куда-то в потолок, и промямлила первое, что пришло на ум:
— Андрей.
— Прекрасное имя, — одобрительно кивнула Радочка. — Да, очень звучное.
— Ага, — жалобно проныла я, и быстренько перевела тему: — Какие планы на день?
— Мне нужно уехать по делам. Меня не будет до вечера, — откликнулся Иван Поликарпович. — Радочка с Кристиной остаются дома.
— Да, я собираюсь приготовить лазанью на обед, — хлопнула в ладоши Рада.
Катька выдохнула, как побитый пес, и, наклонившись ко мне, лаконично прошептала:
— Мы умрем с голоду.
— Перебьешься бутербродами.
— У меня так гастрит разовьется, — буркнула сестра. И добавила так, чтобы все ее слышали: — Иван Поликарпович, ко мне сегодня тоже друг приедет. Поможет разобраться с аппаратурой.
Я недовольно посмотрела на сестру. Какой еще, спрашивается, друг? Куча посторонних людей в доме только будет мешать, и никак не поспособствует поимке преступника, пугающего жильцов. В том, что призрака не существует, а вой и прочие гадости — дело рук одного человека, я не сомневалась.
— Мне его Вадик посоветовал, — объяснила мне Катерина. — Очень хороший специалист.
На лицах Радочки и Ивана Поликарповича зародились смутные сомнения. Пару секунд хозяин дома молчал, но, так как он сам пригласил Катю с ее сумасшедшими идеями, отступать было поздно.
— Хорошо, — кивнул Иван Поликарпович, и поднялся. — Мне пора ехать. Рада, где мой портфель?
— Сейчас, — засуетилась Радочка, и бросилась наверх. Иван Поликарпович ушел в прихожую, и мы с Катькой остались вдвоем.
Я тут же задала вполне логичный вопрос:
— Какого черта, Катя? Что за друг?
— Не поминай всуе, — одернула меня сестрица, и недовольно повела плечом. — Не друг, а знакомый. Я же объяснила, что он приедет, чтобы помочь мне.
— А тебе требуется помощь? Я думала, ты специалист. Не зря же родители тратят тонну денег на эти твои книжонки о паранормальном.
— Твоя машина стоит в три раза дороже.
— Мне ее дед подарил. И машина — это полезная вещь, — нудно начала я, — а твои эти штучки-дрючки…
— Ты лучше мне про своего жениха расскажи, — ядовито бросила Катя. — Насколько я помню, последний твой парень сбежал со свидания, испуганный дедом, который заявился в ресторан…
Мы стали увлеченно переругиваться, и не заметили, как в столовую вернулась Радочка. Только когда она села за стол, я обнаружила ее присутствие и замолчала. Катя сделала то же самое. Как бы страстно мы не ругались, но при посторонних сор из избы выносить не стоит.