Нежный защитник

— Надо полагать, глупо ждать цветистых комплиментов от мужчины, который ведет знакомую в кегельбан и пиццерию, — суховато заметила Кери.
Райен резко повернулся к Серене, слушавшей их с открытым ртом.
— Я увожу вашу начальницу на ленч! — объявил он.
Более властного тона представить себе было невозможно.
— А вот и нет! — не колеблясь, возразила Кери и соврала: — Я уже ела.
— Нет, не ели! — запротестовала Серена, не обращая внимания на негодующий взгляд Кери.
— Кто платит зарплату? — сказала Кери угрожающе.
— Если ты намерена и дальше так себя вести, то единственные счета, которые тебе придется оплачивать, будут больничными. — Райен принялся выдвигать ящики письменного стола Кери, пока не отыскал в одном из них ее сумочку. — Ну вот. Знаю, что без нее ты бы чувствовала себя раздетой.
— Я никуда с вами не пойду, — продолжала протестовать Кери, даже когда Райен заставил ее подняться и потащил к двери.
— Мы вернемся часа через полтора, — кинул Райен через плечо, выталкивая Кери из кабинета.
Ленч был на редкость тихий. Кери ела молча, упрямо не желая говорить.
— Тебе от меня не спрятаться, Кери, — сказал ей Райен, высаживая ее после обеда у агентства.
Она холодно улыбнулась:
— Не советую на это рассчитывать, Райен.
— Я всегда добиваюсь своего.
С этими словами он улыбнулся и уехал.
* * *
Перед рассветом в понедельник утренняя тошнота напала на Кери с новой силой. Как только она почувствовала, что может рискнуть и выйти из ванной на пару минут, она позвонила Барб и предупредила, что придет в агентство с опозданием.
— Позвони своему врачу и скажи ему, как тебе нехорошо, — приказала Барб. — Это же тебя совсем выматывает, Кери. Существуют лекарства против утренней тошноты.
— Он противник того, чтобы будущие мамы принимали слишком много лекарств. — Кери вздохнула и тут же почувствовала уже знакомые спазмы. — Позвоню попозже.
Повесив трубку, она бегом кинулась в ванную.
Когда тошнота немного унялась, Кери спустилась вниз за галетами и чашкой чая, а потом устроилась на диване с таким чувством, словно ее несколько лет подвергали изощренным пыткам.
Услышав звонок в дверь, она со стоном попросила невидимого посетителя:
— Уходите!
Но тот не прислушался к ее мольбе, а принялся колотить в дверь.
— Кери, открой!
Приказ Райена разнесся по всему дому.
Кери снова застонала.
«Просто превосходно! Ну конечно, он должен был появиться в тот момент, когда я больше всего похожа на персонаж из фильма ужасов!»
— Кери, Бог свидетель — я вызову полицию! — пригрозил Райен.
Нельзя было не открыть ему, потому что она знала, что он исполнит свою угрозу.
— Ну ладно — сам виноват, — проворчала она, с трудом вставая на ноги и направляясь к двери. Она ожидала увидеть у себя на пороге разгневанного Райена — и страшно удивилась, что он выглядел бледным и очень встревоженным.
— Видал и облезлых кошек, у которых вид был здоровее, — сказал он, проходя мимо нее в гостиную.
— Спасибо за комплимент! — огрызнулась она, прекрасно зная, что мятый розовый халатик, слипшиеся от пота тусклые волосы и бледное лицо отнюдь ее не красят. — Благодаря ему день стал светлее. А теперь изволь объяснить мне, что ты здесь делаешь.
— Я позвонил в агентство, чтобы спросить, не встретишься ли ты со мной на неделе за ленчем, а твоя секретарша сказала, что ты дома, болеешь. — Райен пристально посмотрел на Кери. — Опять утренняя тошнота?
Кери устало кивнула и снова рухнула на диван.
Райен нахмурился. Он подошел к Кери и положил ладонь ей на лоб.
— Температуры нет, — пробормотал он, — но лоб потный. Если тошнота настолько сильная, то почему ты не пьешь лекарство? Или ты из упрямства хочешь плохо себя чувствовать? — саркастически добавил он.
— Я не настолько глупа. — Кери положила голову на спинку дивана. — Мой врач считает, что на ранних стадиях беременности не следует принимать слишком много лекарств. Он уверяет меня, что тошнота скоро пройдет.
 
Райен разразился проклятиями и начал метаться по гостиной.
— Райен, перестаньте, пожалуйста! У меня голова болит! — взмолилась Кери, и сама удивилась тому, насколько жалобно прозвучал ее голос.
— Как фамилия твоего врача? — резко спросил он.
— Не ваше дело. Уходите, пожалуйста!
Он отправился на кухню, покопался в записных книжках у телефона и явно решил взять все в свои руки. Кери с откровенным ужасом услышала, как он набирает какой-то номер и требует к телефону Барб.
— Здравствуйте, Барб, это Райен Кинкейд. — Он был просто воплощением любезности. — Я зашел к Кери домой, а она слишком упрямится и не хочет подумать о себе. Как фамилия ее врача? Нравится ему это или нет, а он пропишет ей лекарство, чтобы у нее прошла тошнота.
Кери испустила громкий стон.
— Ох, Барб, пожалуйста, не говори! — прошептала она.
— Доктор Чалмерс. — Райен улыбнулся, услышав, как Кери грозит своей сотруднице всяческими карами. — Спасибо. Да, я о ней позабочусь.
— Нет! — снова застонала Кери.
Но Райен еще не закончил. Сжавшись в комочек на диване, Кери слушала, как он звонит в приемную ее врача и требует, чтобы ее записали — сию же минуту.
— Мне этого никогда не забудут! — пробормотала она, глядя, как он возвращается обратно в гостиную.
— Тебя примут через час, — отрывисто объявил он. — Я отвезу тебя к врачу. — Он даже не подумал спросить ее, хочет ли она ехать к врачу! Возражать было бесполезно. — Тебе помочь одеться?
Удивительно, но этот вопрос не сопровождался многозначительной мужской ухмылочкой!
Кери медленно поднялась с дивана.
— Нет, спасибо, — пробормотала она. — Раз уж вы чувствуете себя как дома, можете не стесняться и сварить себе кофе.
Она направилась к лестнице.
Теплый душ помог Кери немного успокоиться. Высушив волосы феном, она уложила их в узел на макушке и чуть подкрасила лицо. Впрочем, придать лицу здоровый цвет, а глазам — блеск ей не удалось. Надев халатик, Кери вернулась в спальню.
Она совершенно не ожидала увидеть здесь Райена — он сидел в плетеном кресле у окна.
— Я разрешила вам остаться внизу. Сюда вас никто не приглашал, — едко сказала Кери, от удивления делая шаг назад.
— Я хотел убедиться в том, что с тобой все в порядке.
Подозрительно прищурившись, Кери смотрела на Райена. Она не могла и не хотела ему доверять. Он — мужчина, а мужчины всегда причиняют боль.
Райен моментально почувствовал ее внутренний протест.
— Я боялся, как бы тебе снова не стало плохо, Кери, — мягко объяснил он, вставая. — Я спущусь вниз.
— Может, это ему надо к врачу, а не мне, — ворчала Кери, доставая чистую одежду и поспешно натягивая джинсы и бледно-розовую футболку.
Когда Кери снова спустилась вниз, Райен поднял взгляд от журнала, который лениво перелистывал.
— Не хочешь перед отъездом выпить чашку чая? — вежливо спросил он.
Кери покачала головой.
— Если вы так настаиваете, чтобы я побывала у врача, я могу поехать туда одна.
Райен криво усмехнулся:
— Как же я могу допустить, чтобы больная женщина сама сидела за рулем, направляясь к врачу? Джентльмены так не поступают!
— Почему это?
Он встал и начал рыться в кармане брюк в поисках ключей от машины.
— А для чего существуют друзья? Когда плохо себя чувствуешь, надо, чтобы кто-то помог. А я как раз здесь.
— Почему вам все неймется? — спросила Кери, выходя следом за Раненом и направляясь к его машине. — До того, как вы сюда явились, я прекрасно справлялась сама.
— О да — вываливала завтрак, ленч и обед. Это ты называешь прекрасным? — парировал Райен, вручая Кери небольшой пакет с сухими галетами. — Вот тебе на всякий случай.
Кери поморщилась. Да уж — Райен действительно хорошо знал, что такое токсикоз беременных!
— Ненавижу мужчин, которые всегда и ко всему готовы! — сообщила она ему, чуть презрительно кривя губы.