Третий не лишний? (СИ)

— Да что это с ним?!
Макс на секунду прислушался, не разбудил ли громкий хлопок детей, и продолжил тише:
— Что опять на него нашло?! Что снова не так? С меня хватит, пойду и вытрясу из него всю правду!
— А ну стой, — Ханно поймал Макса за рукав. — Ты один раз уже «поговорил» с Брайаном, да так, что он сбежал от нас и не отвечал на звонки.
— Но меня бесит, как он себя ведет! В чем дело-то?
— Давай спросим утром. Может, мы просто устали и нам показалось, — но по лицу Ханно было видно, что он так не думает. «Брай точно злится на нас, но почему? Мы же всё выяснили… вроде бы», бродили мысли в его голове.
Макс недовольно согласился, что утро вечера мудренее, и приглашающим жестом показал Ханно на кровать. Увы, но сегодня они могут опробовать лишь, удобна ли она для сна.
***
Чем ближе время подходило к Рождеству, тем свободнее становился график: они оба специально устроили так, чтобы провести праздники с близкими людьми. Дети, свободные от школы и садика, гостили чаще и дольше. В те дни, когда девочек не было, дом ощущался опустевшим. Но, с другой стороны, можно было чувствовать себя свободнее.
Ханно проснулся раньше всех. Первым делом растолкал, накормил и собрал дочек — за ними вскоре приехали их мамы. Затем занялся завтраком. Брайан появился как раз в тот момент, когда блинчики были готовы.
— Доброе утро, Ханно, — он подошел, потягиваясь, и коротко чмокнул его в щеку.
Опять «Ханно». Никакого тебе тягучего, ласкающего слух «hooooney». «Похоже, меня разжаловали до деда с катетером», Коффлер натянуто улыбнулся Смиту, накрывая на стол:
— С добрым утром, у меня для тебя сюрприз, — и поставил между тарелок бутылочку кленового сиропа. — Надеюсь, это то, что нужно. Ты как-то сказал, что любишь, а я даже не знал, что это и зачем.
Он старался выглядеть приветливым, изо всех сил скрывая своё недоумение и разочарование. Если в самом начале прозвище раздражало его, то теперь Ханно по нему скучал.
— Спасибо, я и забыл, когда ел его в последний раз, — Брайан выглядел удивленным и сбитым с толку. — Попробуй, уверен, тебе понравится, — он с улыбкой полил блинчик и подвинул свою тарелку Ханно для дегустации.
Забота мелкого была очень приятна, но и опасна. Приходилось все время напоминать себе — не расслабляйся, не придумывай того, чего нет и не будет.
Ханно недоверчиво обозрел содержимое тарелки Брая и осторожно подцепил пальцем немного вязкой светло-карамельной жидкости.
— Хм… даже не знаю. Вкусно, — улыбнулся он испачканными губами и крикнул, обернувшись на шум воды в ванной комнате:
— Макс, иди уже! А то блины кончатся.
Брайан как завороженный уставился на губы Ханно — в уголках осталась капелька сиропа. Он не выдержал и с шаловливой улыбкой стер ее указательным пальцем, после чего облизал. Макс появился как раз в этот момент.
Взгляд серых глаз затуманило желание, а дыхание участилось. Он когда-нибудь сможет смотреть на своих любимых без этой дикой страсти? О том, что они вообще-то собирались выяснить отношения, Макс напрочь забыл. Подойдя к Брайану, он глубоко его поцеловал, воруя вкус сиропа со сладких губ.
Ханно аккуратно втиснулся между ними, целуя одного и другого.
— Я понимаю, что Брай интереснее завтрака, но я старался и обижусь, — и мило улыбнулся обоим. — Некуда торопиться. Мы все успеем, — но вылезать из двойных объятий не спешил.
— Блинчики можно подогреть, а пока мы можем провести время с куда большей пользой… — Брайан с соблазнительной улыбкой огладил ягодицы Ханно одной рукой, второй стискивая бедро Макса.
Такое случалось уже не в первый раз. У Ханно сложилось четкое впечатление, что после возвращения Брайан начал вести себя иначе. Они практически не разговаривали, а если пытались поговорить с ним, Брай переводил тему на секс. После чего беседа неизбежно переходила в горизонтальную плоскость, поскольку противостоять обаянию их любимого техассца было невероятно трудно.
Ханно недавно пришла в голову мысль, в чем может быть дело. Не в том ли, что они оба раньше очень мало общались с Брайаном вне постели? И тот теперь думает, что нужен только для секса? Раз так, надо почаще втягивать его во что-то, с сексом не связанное. Ханно не терпелось сейчас же поделиться с Максом своими выводами, но он понятия не имел, как сделать это незаметно.
 
А того, как назло, тоже повело. Он смотрел на них обоих, как загипнотизированный, и обнял Ханно крепче, прижимаясь грудью к его спине.
Брайан ласково поцеловал шею Ханно, гладя ладонями бедра Макса, стоящего сзади:
— Ну так что? В спальню или прямо тут?
Колени предательски подогнулись, пришлось ухватится за Брая. В конце концов, поговорить можно и потом. Если Брайан опять не сбежит.
— Макс… — Ханно обернулся к нему и погладил по щеке, — ты как хочешь, с комфортом или без?
Тот глубоко вдохнул, еле унимая предательское возбуждение. Опять Брай меняет тему! В который раз уже? Внимательно посмотрев Ханно в глаза, Макс отрицательно мотнул головой. Последние связные мысли тут же оформились в слова:
— Я хочу кофе. А потом, я слышал, тут новая выставка модного фото-художника открылась. Ты же любишь фотографировать, Брай? Я думал, мы можем сходить все вместе.
Брайан недоуменно нахмурился. В штанах было тесно от возбуждения, а он хочет кофе?! Неужели Максу даже трахаться с ним успело надоесть?
 — Может, как-нибудь потом. А сейчас все-таки десерт? — и призывно улыбнулся.
Мысли шевелились в голове Ханно, как клубок змей: «Сначала мы тащили его в постель и не замечали вне ее, теперь он делает то же самое. Почему?»
Он вспомнил, как именно они занимались любовью, и у него появилась ещё одна догадка. Но что делать сейчас? Если отказать, не будет ли Брайан чувствовать себя отвергнутым? Может, попробовать показать ему его ценность по-другому?
— Я бы с удовольствием сходил на выставку с вами, попозже, — он обнял Брайана левой, Макса — правой рукой. — Что касается десерта… — Ханно поймал взгляд серых глаз, — в этот раз я хочу быть десертом для вас обоих. Возьмете меня вместе?
Сердце упало куда-то в пятки. Для Ханно это был большой шаг вперед. А мысли о том, что грязно, а что нет, он отогнал сразу. Ответ был прост: раз им всем хорошо, происходящее не может быть грязным.
Брайан и Макс синхронно переглянулись:
— Ханно, это совершенно необязательно, — Брай ласково погладил его по плечу.
— Уверен, что это не слишком? К тому же, я совершенно не против быть под вами обоими, — Макс поцеловал сначала Брайана, затем Ханно.
— Не хотите даже попробовать?
Он и сам не понимал, что чувствует. Хотелось то ли вздохнуть с облегчением, то ли обидеться. Но Ханно был упрямым. Почему-то идея, показать Браю, что дело вовсе не в том, что именно тот в девяноста процентах случаев отдавался им, показалась хорошей.
— Может, мне любопытно. А вам нет?
Макс не мог противостоять этому зовущему взгляду. Только мысленно уговаривал себя не торопиться и быть осторожным. В четыре руки они раздели Ханно и друг друга и переместились в спальню, посбивав по дороге все углы — но это не волновало ни одного из троих.
Брайан толкнул Ханно на кровать, избавляя от последнего предмета одежды, черных боксеров, и без всяких прелюдий вобрал его эрегированный член до самого горла. Тот мог только беспомощно всхлипывать, наблюдая, как опускается и поднимается над его пахом коротко стриженная темноволосая голова. И как к ней присоединяется еще одна, светловолосая.
Брайан интенсивно отсасывал Ханно, когда его слегка толкнули в плечо — Макс оказался рядом и с совершенно блядским видом протянул ему тюбик со смазкой. Они переглянулись и стали ублажать их общего любовника вместе, поочередно страстно облизывая ствол и яички. Параллельно Брайан аккуратно ласкал указательным пальцем внешнее кольцо мышц ануса, слегка проникая в него.
Макс отринул подозрения, что терзали его с недавних пор. Видеть их обоих перед собой, донельзя возбужденных и жаждущих, его и друг друга, само по себе было удовольствием. Он забыл о всех тех странностях в поведении Брая, настороживших его ранее. Сейчас он мог только отдаться их общей страсти, как течению реки, жадно напитываться их любовью и дарить свою в ответ.