Исповедник в академии тёмных (СИ)
— Обидел фактом своего появления на свет… — раздраженно пробубнила она. Словно почувствовав неловкость за свою слабость, резко отстранилась, потерев побледневшие щеки. Сейчас она выглядела такой хрупкой и ранимой…
— Ты можешь поделиться со мной, если хочешь…
Рориэль поправила воротничок куртки, на мгновение прикоснувшись к красным отметинам от руки Харда. Господи, в какой жестокий мир я попал… наша академия действительно по сравнению с этой казалась просто раем. А я то думал, что у нас там хуже некуда… Я вновь испытал приступ греховного гнева. В жизни бывало всякое. Кого-то я боялся, на кого-то смертельно обижался, на кого-то ужасно злился, но никогда в жизни ни к кому я не испытывал такой лютой ненависти, как к Харду! Гнев схлынул, и на его место пришел жгучий стыд. Я снова не смог защитить девушку… В этот самый момент я понял, что сделаю все, что в моих силах, чтобы подобного больше не повторилось. Я пробегу хоть тысячу миль, буду тренироваться до потери пульса, лишь бы обрести силы для защиты невинных людей. И раз уж мне не досталось активной силы боевого мага или мага-стихийника, я компенсирую это физической силой!
— Возвращайся в академию, завтра нас ждет насыщенный день. Я зайду за тобой перед завтраком. От греха подальше будем заниматься по утрам, — явно избегая поднятой мною темы, проговорила Рори. Шагнув за грань светового пятна от стоящего рядом фонаря, тут же растворилась в темноте позднего вечера. Лишь легкий ветерок донес до меня еле слышные слова.
— Добрых снов, пирожочек…
Глава 9
В эту ночь мне плохо спалось. То снилось заплаканное личико Рори, которая умоляла о помощи, то образ Харда, превращающегося в ужасное чудовище, похожее на ларса. Мы с Рори бесконечно долго убегали от него по какому-то разрушенному, покрытому черной сажей замку, а когда я остановился и решил бороться, Хард укусил меня. Подскочив в холодном поту от пережитого во сне ужаса, я понял, что проснулся задолго до рассвета. Решив больше не ложиться, направился в ванную, чтобы хоть немного расслабиться в теплой воде. Когда вернулся, ребята уже вовсю застилали свои постели, готовясь к завтраку, который должен был состояться через час. Парни направились в ванные комнаты, а я, воровато оглядевшись по сторонам, достал из тумбочки припасенную с вечера сдобную булочку. Нет, я помню, что вчера вечером решил навсегда изменить свою жизнь, но я имел в виду физические нагрузки, а не питание. Откуда, скажите, мне набираться сил, если сидеть на одной траве? Да я уже через сутки падать в обморок начну! Твердо уверенный в том, что поступаю верно, я с огромным блаженством впился зубами в уже не такую ароматную, но все еще вкусную булочку. От наслаждения даже не сразу заметил, как в комнату кто-то вошел.
— Отставить жрать булочки! — гаркнула Рори прямо над моим ухом, и моя несчастная душа чуть не отправилась к праотцам. Подскочив на месте, я подавился суховатым тестом. Рори тут же, бормоча что-то явно ругательное, принялась дубасить меня по спине. Ну и тяжелая же у нее рука! Не завидую Харду…
— Ты что, в семье боевых магов росла? — прохрипел я, едва обретя возможность дышать.
— А ты как догадался? — удивленно вскинула она темную бровь. Прямо святая простота! — Мой папа боевой маг.
— Да так, подумалось…, - пробормотал я, предприняв попытку припрятать почти не тронутую булочку, да не тут-то было!
— Брось каку, пирожочек! — злобно прищурив глаза, прошипела Рори, тихонько двинувшись на меня.
— Ну уж нет! Давай договоримся, я согласен подыхать на стадионе, но еду себе я буду выбирать сам. И точка!
Хмыкнув и состроив морду кирпичом, почти сложил руки на груди, но вовремя вспомнил о том, что рядом с этой язвой булочку из них лучше не выпускать, поэтому ограничился выпячиванием груди.
— Да ладно, пирожочек, давай договоримся, — обманчиво ласковым голоском протянула Рори, сделав шаг ко мне навстречу. И тут же, воспользовавшись моей заминкой, резко рванула вперед, выдернув булочку из моих рук.
— Эй!
— Знаешь что, пирожочек, я и не запрещала тебе выбирать еду, но это…, - и она потрясла булочкой у меня перед носом. — Для организма это не еда, а мусор! А мусор положено выбрасывать!
С этими словами Рори распахнула форточку и безжалостно вышвырнула булочку в окно!
— Ох ты ж, цейвих тайхорнский! — послышался далеко внизу чей-то возмущенный до глубины души возглас. Рори застыла с огромными глазами, а через мгновение прямо в нашей спальне из сизого тумана материализовался Асмодей Раус собственной персоной! Да как он делает этот трюк, черт возьми? Левитация? Какой-то особый вид портала? И как он вообще узнал, что злосчастная булочка вылетела из нашего окна? А именно ее он держал в руке, потрясая потрепанным жизнью хлебобулочным изделием прямо перед нашими носами.
Кто же мог подумать, что минув шесть этажей, она приземлится аккурат на голову ректора? А судя по крошкам в черных волосах, именно так все и произошло.
— Зохари! — рявкнул он, и Рори вытянулась в струнку. — Какого дьявола рогатого вы калечите черствыми булками честных магов? Если это была диверсия, то крайне неудачная, нужно было сушить по меньшей мере батон, булкой меня не пришлепнуть!
— Простите, ректор, так получилось… — без заминки отрапортовала она. — Просто приобщаю Арктура к здоровому питанию!
Окинув меня внимательным взглядом, ректор понимающе закивал.
— Что ж, это благое дело. Я бы даже сказал в некотором роде жизненно необходимое. Но впредь едой не кидайтесь, а то всю академию посажу на сухой паек к чертовой матери. И на всеобщем собрании сообщу, кому студенты могут объявлять благодарность, усекли?
— Так точно, ректор Раус! — отсалютовала Рори.
— Вот и отлично, — лицо мужчины было предельно серьезным, но смешинки в этих пугающих глазах, как и едва заметные лучики морщинок в их уголках, выдавали его с головой. — Хорошего дня.
И он почти уж было вышел из комнаты, к моему удивлению, вполне обычным способом, но в последний момент, когда мы уж было вздохнули с облегчением, вдруг обернулся.
— Минуточку, а что вы делаете в мужской спальне, мисс Зохари? — с подозрением протянул он, покосившись на нас.
— Так, эм… — этот вопрос явно застал Рори врасплох. — Я же говорю, приобщаю Арктура к здоровому питанию.
— К здоровому питанию? — сощурился ректор, и под этим взглядом, я покраснел до корней волос, словно и правда занимался чем-то предосудительным.
— Ну да, — лихорадочно закивала головой Рори.
— В спальне?
— Ну… да, — уже не так уверенно протянула она.
— Смотри, Рориэль! — погрозил ректор пальцем. — Забеременеешь — выгоню с позором!
— Ректор Раус! — возмущенно хватая ртом воздух, выдохнула Рори. — Вообще-то Арктур не интересуется девочками!
Ну спасибо тебе, дорогая подруга! Судя по задергавшемуся глазу ректора, это вовсе не та информация, которую он хотел услышать с утра пораньше…
— Эм, мисс Зохари, спасибо, конечно, за то, что держите в курсе, но личные пристрастия студентов меня не интересуют. Черт, опять придется пить зелье, стирающее память… Третий раз за неделю…, - пробормотал ректор, хватаясь за дверную ручку.
— Нет-нет, вы не так поняли! — вовремя спохватилась эта заноза, не умеющая подбирать выражения. — Арктур он же исповедник, а им нельзя!
— Третий раз за неделю…, - обреченно пробубнил ректор, выйдя из спальни.
— Рори, дьявол тебя подери! — не выдержал я, ринувшись на нее. — Я тебе сейчас покажу, как мне нельзя!
— Арктур, не надо! — заверещала Рори, перескочив через кровать. — Ты же слышал ректора, мне нельзя беременеть!
— А чего боишься то? Мне же все равно нельзя, да и вообще я не по девочкам! — возмущенно выдал я, обежав кровать, но Рори тут же перескочила на другую сторону.
— Ладно, прости меня, пирожочек, должна же я была как-то отвязаться от ректора, иначе он бы нас не оставил в покое! Пошли уже на пробежку, скоро завтрак, а мы ерундой занимаемся!