Исповедник в академии тёмных (СИ)

— Студент, — кивнул я в ответ.
— Форму с гербом ношу?
Я тут же вспомнил тот жуткий камзол.
— Носишь.
— Ну и все. Это же самое я разъяснила Раусу, он согласился, с тех пор не достает меня, да и в других вопросах относиться стал с пониманием. Боковые наклоны. Раз, Два!
Наклонившись влево, я услышал, как захрустели мои бедные позвоночки. Ничего, родные, сегодня я устрою вам отдых. После ужина завалюсь и даже шевелиться не буду. Только бы вот еще до кровати как-то доползти…
— Наверное, ректор тебя зауважал. Удивительно, я думал, он всех девушек ненавидит одинаково.
— Раус вовсе не ненавидит всех девушек, — горячо возразила Рори, словно пытаясь защитить ректора. И я решил, что его симпатия взаимна. — Исключительно ту их часть, которая падает в обморок при слове «жопа».
— Рориэль!
Я аж слюной поперхнулся!
— А чего я такого сказала? — искренне удивилась девушка. — Ладно, перефразирую на божественно-исповеднический. Только ту часть томных барышень, у которых в голову кроме мыслей о парнях и красивых шмотках больше ничего не вмещается, а предел их способностей — вышивать крестиком.
— Презрение — это большой грех! — назидательно произнес я. Мне не нравилось, когда о девушках говорили как о глупых гусынях. Хотя… я не мог отрицать того, что многих действительно заботят всякие глупости. Но моя Сан точно не такая!
— Я вовсе не презираю их, пирожочек. Прекрасно понимаю, что каждому свое. Кому-то быть хранительницей очага и заниматься домом, а кому-то боевым магом проводить время в военных походах. Я вот не собираюсь выходить замуж и каждый год рожать своему супругу детей до прекращения детородного возраста. Дети — не предел моих мечтаний.
Почему-то после слов Рори мне вспомнились слова собственной матери: «Конечно мы любим тебя, Арктур, но пойми, что дети — это не единственный смысл в жизни! Сам поймешь, когда станешь отцом!» На душе стало ужасно грустно.
— Дети не всегда помеха для счастья, Рориэль… — произнес я, но уже не так уверенно. Кажется, для родителей я все же оказался такой вот помехой…
— Я не говорила, что дети — помеха для счастья, пирожок! — возмущенно воскликнула Рори, даже не окончив упражнение. — Боже, рядом с тобой я чувствую себя просто исчадием ада! Что же ты так все выворачиваешь наизнанку?
— Ладно, а что же является пределом твоих мечтаний, если не семья? — примирительно проговорил я, и девушка мечтательно улыбнулась. Ее глаза взволнованно заблестели в свете летающих огней.
— Я бы хотела путешествовать! — восторженно произнесла она, — Для начала объездить всю Тиату от края до края, потом податься в Айдорэ, Северную Виату. Может, даже навещу тебя когда-нибудь в Эларии, — мечтательно возведя глаза к потолку, заулыбалась Рори. Но через мгновение ее лицо стало серьезным, а глаза с подозрением сощурились. — Ну ты и хитрюга, пирожочек. Заболтать меня решил, лишь бы отвертеться от бега? Давай, погнали кто вперед!
С этими словами она рванула на дорожку. Девушка определенно поддавалась мне, иначе как объяснить то, что я все же смог догнать ее?
— А того рыжего как звать? — решив хоть немного отвлечься от этого изнуряющего бега, выдохнул я.
— Это Сайрус Милтон. Среди всей троицы он самый адекватный парень. Мне приходилось общаться с ним, когда Ричард с Генри попали в лазарет после неудачной драки. Так вот, мне кажется, что он неплохой парень. Сайрус в компании этих придурков и Сайрус один — это два совершенно разных человека. Мне кажется, он просто слишком ведомый и боится пойти наперекор этим болванам. А что ты так выспрашиваешь у меня о них?
— Просто врага нужно знать в лицо…
— Неожиданно мудрая мысль, пирожочек!
Мы сделали два круга, как вдруг на дорожку вышел Хард. Неприятное предчувствие кольнуло в сердце, и оно меня не подвело. Когда мы заходили на третий круг, Рич поравнялся со мной и с силой толкнул в плечо. Я бы устоял, но был слишком измотан тренировкой. Покачнувшись, я вновь запнулся о свою ногу и упал. За спиной послышался смех Генри и Сайруса.
— Что ты творишь? — возмущенно воскликнула девушка. — Извинись перед Арктуром!
 
— Еще бы я не извинялся перед этим мешком дерьма, — хмыкнул Ричард, сложив руки на груди. Я даже сообразить не успел, а Рори уже схватила Харда за запястье и, сделав подсечку, уложила его на лопатки.
— Извинись. Немедленно, — яростно процедила она, надавив ему локтем на горло, но Ричард ловко вывернулся и, освободившись от захвата, придавил Рори к полу.
— Рориэль! — я дернулся, чтобы подняться, но руки подоспевшего Генри грубо надавили мне на плечи, и я неловко плюхнулся на место.
— Не лезь, толстяк, — рыкнул он.
— А теперь послушай сюда, стерва, — цедил меж тем Хард, сжимая горло Рориэль. — Думала, что вчерашняя твоя выходка останется безнаказанной? Ты, наверное, забыла, с кем связалась!
Рори хрипела и изо всех сил изворачивалась. Я чувствовал завихрения воздуха совсем рядом. Она пыталась призвать силу, но отчего-то не получалось.
— Рич, хватит, оставь ее! — вдруг услышал я голос Сайруса. — Не надо, она же девушка!
— Да какая она девушка? — надменно выдал Хард. — Скорей неудачная пародия на девушку. Уродина! Доска!
Эти ужасные слова, достигнув моих ушей, заставили сердце сжаться от ярости. Из последних сил я толкнул Генри, и он от неожиданности шлепнулся на пятую точку. Но моя помощь Рори не понадобилась. Зарычав, она со всей силы врезала Харду коленом промеж ног. Тот истошно завопил и свалился с нее, схватившись за пах.
— Гребаный ублюдок, как же я тебя ненавижу! — кричала Рори, яростно врезаясь кулачками в лицо парня.
— Ро, успокойся, не надо! — вовремя подскочив к ней, я с трудом скрутил разъяренную девушку.
— Пусти, я уничтожу его! Уничтожу!
— Рори, он не стоит того, прекрати! — мне стоило неимоверных усилий оттащить эту хрупкую девушку к выходу.
— Только попробуйте хоть один из вас подойти ко мне или Мэйсу! — рыкнула Рори, яростно зыркнув на притихших друзей Харда.
— Рориэль, мы не хотели, честно! — виноватый голос Сайруса был последним, что я услышал.
— Рори, Рори, посмотри на меня! — с усердием сжав плечи девушки, я как следует встряхнул ее. Этот взбешенный, сумасшедший взгляд стал наконец осмысленным. Ее всю трясло в моих руках, и я не знал как помочь. Прижав к себе, принялся поглаживать спутанные каштановые волосы. — Все закончилось, успокойся, сейчас мы пойдем к ректору и все расскажем, этот ублюдок должен понести наказание.
— Не надо никуда идти, пирожочек, — хриплым от пережитого голосом проговорила она. — Это личное, только между мной и Хардом. Не надо никого втягивать.
— Но как же? Он чуть не придушил тебя!
— А я, вероятнее всего, лишила его возможности стать отцом, — прошептала она и закатилась нервным смехом. Боже правый, меня не учили справляться с девичьими истериками! Мертвую душу упокоить — ради бога! А вот справиться с живой…
— Ты не приняла сегодня зелье, — наконец дошло до меня. Рори, словно почуяв мою панику, прекратила смех.
— Мой флакон с зельем пропал, а новое Розалинда изготовит только завтра.
— Но почему тогда ты не смогла призвать силу, раз зелье не действовало?
— Замкнутое пространство, Арктур. В помещениях мои силы ограничены. Воздуха недостаточно, чтобы устроить мини-апокалипсис. У каждого мага есть своя слабая сторона, — горько усмехнулась Рори, и я вздохнул.
— Наверное Хард не будет столь благороден, как ты. Кажется, завтра у нас возникнут проблемы.
— Не возникнут, Арктур. Просто поверь, подобное между нами происходит не впервые…
Некоторое время я раздумывал над произошедшим, и над словами Рори, и вдруг меня озарила внезапная догадка. Рори ведь не просто так заступилась за меня в тот вечер. Нет, я не говорю, что она не хотела помочь, но было и еще кое-что… Чем же Хард так насолил несчастной девушке? И за что он так люто ненавидит ее?
— Рори, расскажи, что случилось между тобой и Ричардом? Откуда такая ненависть? Он чем-то обидел тебя?