Как сбежать от дракона и открыть трактир

– Я впервые встречаю столь виртуозное владение кулинарной магией, – продолжил дракон. – Ты расскажешь, в каком мире обучалась?
В который раз убеждаюсь, что сытый человек – довольный человек. К драконам, выходит, это тоже относится. Вот и Корин уже не рычит и не обвиняет меня непонятно в чём.
– Я родом из мира, где нет магии, всем правят технологии. Так что все мои умения – это результат практики и знания рецептов приготовления блюд. Мой мир называется Земля, ты слышал о таком?
– Нет, – покачал головой дракон. – Название мне незнакомо. Можешь показать, в какой части Созвездия расположен мир Земля?
– Ты имеешь в виду зодиакальное созвездие? – удивилась я, тут же представив себе весы, водолея и прочие знаки зодиака. – Земля – название моей планеты, она вращается вокруг Солнца, это звезда…
– Похоже, мы говорим о разных вещах, – заметил дракон.
Он щёлкнул пальцами, отчего в кухне потемнело, затем соединил ладони, после развёл их в сторону, и передо мной возникла трёхмерная схема. Она состояла из светящихся точек, соединённых между собой линиями. Схема была огромна – заполнила всю кухню и, кажется, проникла сквозь стены в обеденный зал.
– Это миры, связанные между собой древней сетью стационарных порталов, – пояснил Корин. – Вот здесь, – он ткнул пальцем в точку примерно посередине своей схемы, – мир Ниазас, мы сейчас здесь находимся. Мир Терра, где стоит мой замок, на окраине Созвездия.
– Терра – это одно из названий Земли! – воскликнула я. – Может, это и есть мой мир?
– Ты говорила, что в твоём мире нет магии, – заметил Корин. – Ни один дракон не может долго жить в техногенном мире.
– Потому-то у нас драконы – только персонажи сказок. Хотя… – Я задумалась. – Не может ли быть, что ты помнишь Землю, какой она была, скажем, несколько сотен лет назад? Или даже тысяч? Драконы, как я поняла, живут дольше людей. Это так?
– Мы не умираем от старости и можем жить сколь угодно долго. Но дракона вполне может убить… другой дракон. – Глаза Корина потемнели. – Ты говорила, что бежала из моего замка. Расскажешь, как ты туда попала и при чём здесь Виаррон?
– Если ты так вежливо просишь, конечно, – согласилась я.
Мой рассказ не занял много времени. Я перечислила факты, начиная с момента, как два дня назад подобрала Тишку во дворе своего дома, и заканчивая пробуждением сегодня в этом доме.
О Виарроне я упомянула только то, что мы познакомились сорок лет назад, какое-то время провели вместе и с тех пор больше не виделись. Не зная, могу ли доверять Корину, о своей дочери говорить не стала. Ведь по всему выходит, что Вероника наполовину дракон, да и в Арише есть часть драконьей крови. Что это может означать для них? Пока я не разобралась.
По словам главы бронзового клана, драконы враждуют между собой. Вдруг кто-то из них заинтересуется полукровками? Тот же Корин сейчас сыто улыбается, а ведь начал с необоснованных обвинений и угроз в мой адрес. А если он захочет использовать дочь врага в своих целях?
– То есть маг, что призвал тебя по приказу Виаррона, говорил, что ты – истинная пара этого радужного змея? – уточнил бронзовый.
– Именно так, – подтвердила я. – Маг был уверен в этом, а Рональд спорил…
– Рональд?
– Он так представился сорок лет назад, когда ещё притворялся человеком, – пояснила я. Внимательно посмотрев на Корина, добавила: – Маг утверждал, что использовал для призыва пары магию Виаррона, поэтому ошибки быть не может. Как вообще эта ваша драконья парность проявляется?
– Первое, что дракон чувствует, встречая пару, – это сильное, почти не поддающееся контролю влечение, – сказал Корин, откинувшись на спинку стула. В его глазах всё сильнее разгоралось тёмное пламя. – Следом приходит желание защитить, спрятать пару от всех, чтобы никто не посмел посягнуть на твоё сокровище. Оберегать как самую великую драгоценность. Ну, и как следствие, ты готов сделать всё, о чём только не попросит пара. Бросаешь весь мир к её ногам.
– Ты говоришь будто на своём опыте, – заметила я.
– Это верно, – произнёс Корин. – Хочешь услышать историю моего клана?
  
Коринерран арт Терракс (Корин)
Я смотрел на милую ведьмочку с лучистыми глазами и не мог отделаться от мрачных мыслей.
Мария. Красивое имя. Эта ведьма – моя пара, в этом нет сомнений. А ещё она была юной, полной жизни, всячески демонстрировала искренность, но призраки прошлого вставали между нами.
Со мной происходило то же самое, что и Шадроном. Он тоже поверил женщине, своей паре, а в итоге потерял всё. Он стал жертвой коварства Виаррона.
А Мария прямо сказала, что была в отношениях с этим скользким мыршем. По её словам, это было давно, но что такое несколько десятков лет для Высшего?
Сейчас Мария сидит передо мной, невинно улыбаясь, а я до сих пор не знаю, не внушил ли Виаррон ей чего-то? Вдруг она тоже его орудие, каким стала Риата для моего брата?
– Когда-то Бронзовый клан был одним из самых богатых в Созвездии, – произнёс я наконец. – Теперь от нас почти ничего не осталось.
– Что произошло? – спросила Мария.
– Нас предали. Я не отрицаю свою вину, после гибели отца я совершил ошибки, которые нас погубили… – Слова почему-то давались тяжело. – Я был недальновиден. Не сумел вовремя распознать хитроумную и подлую комбинацию, которую провернул другой клан – всё для того, чтобы захватить нас и сделать своими рабами.
Мария серьёзно смотрела на меня. Я не чувствовал от неё жалости – такого я бы ни от кого не принял, даже от пары. Но она словно понимала и разделяла мои чувства. И я начал говорить даже больше, чем собирался вначале.
Рассказал ей про Шадрона.
– У меня был брат. Он встретил свою пару, был очень счастлив. Когда нашего отца убил Красный дракон, Шадрон, как тот, кто может продолжить наш род, возглавил Бронзовый клан. Слишком поздно мы поняли, что его пара… была подослана к нам с подлой целью. Эта женщина, полукровка из Радужных, заставила брата передать всё наше имущество Виаррону. Этот скользкий мырш хотел, чтобы мы стали частью Радужного клана и работали только на него!
– Позволь уточнить. – Мария понялась и поставила чайник на плиту. Обернулась ко мне и спросила: – Я правильно поняла, твоего брата окрутила какая-то драконица, а ты считаешь виновным себя? Кстати, ей это удалось?
– Окрутила. – Я горько усмехнулся. – Какое верное слово! Риата была парой моего брата, и слишком поздно мы узнали, что она – дочь Виаррона. Всё дело в том, что глава Радужных обладает особенностью, которая отличает его от прочих драконов. Он может иметь детей от разных женщин, не только от пары.
– Вот как, – протянула Мария. Она достала с полки какую-то банку, открыла её и задумчиво принюхалась к содержимому. – Тишка говорил о том, что у Виаррона много детей.
– Сколько, никто доподлинно не знает, – подтвердил я. Спросил как можно небрежнее: – А где, кстати, твой Тишка?
Странная сущность, принявшая обличье кота, не давала мне покоя. Кто он? Какова его роль в этой истории? По словам Марии, этот Тишка и перенёс нас с ней в моё убежище.
Как он это сделал? Ещё один вопрос, ответа на который не было, ведь этот дом до недавнего времени находился в Безвременье.
– Не знаю, – вздохнула Мария. Она достала ещё одну банку, заглянула внутрь и насыпала на ладонь сухую траву. – Он обещал вернуться и объяснить мне всё. Вот жду не дождусь. Скажи, а дети дракона всегда становятся драконами?
– Дети от нормальных драконов, насколько мне известно, всегда, – ответил я. – А вот в случае с детьми Виаррона это не так. Может, это связано с тем, что от него рожают женщины, которые не являются его парами, не знаю. К примеру, Риата, пара моего брата, не драконица вовсе. Она не только не могла оборачиваться, но и магии толком не имела. Как мы выяснили очень скоро, у неё также не было никаких инстинктов, связанных с парностью.
– Объясни подробнее, – попросила Мария. Она выбрала несколько банок, насыпала в небольшой чайник по щепоти из каждой и залила всё это кипятком. В кухне запахло цветущим лугом.