Созвездие Ворона

Солнечные лучи освещали длинную улицу, уходившую в никуда. Вдоль улицы стояли дома под крышами из гофрированного железа. Если бы ему сказали, что остаток жизни он проведет здесь, он тут же, не раздумывая, застрелился бы. Впрочем, и здесь люди живут. По улице прошла темнокожая девушка. Васкес проводил ее взглядом, удивляясь, отчего некоторые находят африканок сексуальными. Лично он не испытывал ничего, похожего на возбуждение.
Васкес подошел к распахнутому настежь окну и выплеснул в серую пыль кофе из чашки. Кофе был неплохим, но за те несколько секунд, которые он провел, бреясь, в него успела плюхнуться жирная африканская муха.
— Жалкая смерть! — заметил он мухе.
Васкес был в приподнятом настроении и такие мелочи, как испорченный кофе, не могли его, это самое настроение, испортить.
Правда, в этом занюханном африканском городишке многого не хватало. Он с наслаждением выпил бы бутылку холодного пива, а не баночной гнуcи, которую здесь можно было купить. Но подобные лишения — всего лишь почти обязательная составляющая его работы. Они придают ей необходимую пикантность, без них жизнь стала бы пресной, а Васкес, несмотря на возраст и весьма специфическую профессию, все еще оставался романтиком.
Темные волосы, короткая стрижка. В тропиках чем короче волосы, тем лучше — пот быстрее стекает, и насекомым некуда забраться. Правда, господин Васкес в джунгли не собирался, но кто знает, как обернется дело. Не всегда удается таскать каштаны из огня чужими руками.
В его карих глазах порой вспыхивали хищные огоньки. Пабло умел произвести впечатление на клиентов, которые предпочитали иметь дело с суровым профессионалом. Боже, он не сомневался, будь у него на физиономии несколько шрамов, они бы валялись у него в ногах, как у звезды экрана. Эти люди ничего не понимали в его деле. Самый лучший убийца — тот, кто не выделяется из толпы. И расставаясь с заказчиками, он спешил смешаться с толпой. А что касается шрамов, то они были. Пластические операции встали ему в кругленькую сумму. Зато теперь у него не было особых примет. Обычное, ничем не примечательное лицо.
Он расправил плечи, красуясь. Подумал, как это глупо должно выглядеть со стороны. Но рядом не было никого. Как правило, он держался скромно, даже при женщинах, которые, инстинктивно угадывая в нем хищника, ожидали агрессивного поведения. Это раздражало Васкеса. Впрочем, связывать судьбу с какой-нибудь дамочкой он не намеревался. Разве что под старость, если ему дадут дожить до старости. А почему бы и нет? Шакал до сих пор гуляет на свободе. Вот тогда он обзаведется молодой и красивой женой, которая родит ему ребенка, а он будет заливать им про свою жизнь, ибо о том, чем он на самом деле занимался, он не расскажет даже на исповеди в свой последний час. Подумав об исповеди, он вытащил нательный крест и истово поцеловал его.
Он напряг мускулы на животе, они проступили рельефно. Женщинам это нравилось. И за это он их тоже презирал. Что тело? Тело только орудие, ему ли не знать, как легко оно умирает. Что остается потом, вот вопрос!
Несмотря на крайний практицизм, Васкес был склонен к метафизическим размышлениям. Интересно было знать, куда отправились его жертвы? Не встретят ли они его у ворот вечности, чтобы отомстить? А ему будет все равно, он будет бесплотен! Он не боялся их.
Посмотрел в окно. Окно выходило на улицу поселка с одноэтажными низкими домиками. Кирпич, листовое железо — это самое лучшее. А так — по большей части глинобитные домики. Еще недавно здесь, очевидно, крыли их соломой.
В пыли копошились ребятишки.
Комната была почти пустая, если не считать древнего гардероба, в котором, должно быть, держали свои макинтоши знаменитые охотники прошлого. Также здесь находилась железная кровать и неожиданно изящный столик на резных ножках. Столик порадовал человека. Пабло Васкес мог найти местечко получше в гостинице, но не хотел светиться… Кроме того, он хорошо знал, что за люди будут его соседями.
Большой белый человек в Африке. Он всегда мечтал побывать здесь, но никогда не полагал, что придется сделать это в связи с таким делом.
 
Этот парень был его тезкой, его звали Пол. Точнее, Павел. Изощрились родители или славянские корни? Дополнительной информации по объекту предоставлено не было. Возможно, заказчик ею не располагал, возможно, просто не желал давать больше, чем нужно. Васкеса это не удивляло, а совпадение имен не вызвало ни на мгновение душевного трепета. Мало ли в Бразилии Педро?
Он занимался этим делом уже не первый год. Все очень просто. Многим людям приходится решать проблемы, связанные с применением силы. Вполне обычным, зачастую даже респектабельным людям. Вот тут и появляется он. В этом случае, правда, пришлось прибегнуть к помощи напарника. Напарник был из черномазых, но отличный стрелок, прошедший несколько локальных конфликтов. Здесь он был незаменим, опыт работы в тропиках, черная физиономия. Сам Пабло заметил, что становится с каждым разом все осторожнее. Он уже не раз испытывал удачу, но везение может кончиться! Он становится суеверен и чаще молится, чем прежде!
Он включил приемник, прокрутил настройку, пытаясь уловить в какофонии смешанных звуков что-то близкое его теперешнему настроению. Темнело. Васкес отследил американца до того момента, как тот вместе с девицей покинул город. Со вчерашнего дня снайпер находился недалеко от базы Нейдера, ожидая приезда Розена. Васкес предупредил его по мобильному, но стрелять было нельзя: на базе американца уже ждали. Пришлось ждать. Если бы Розен решил заночевать в гостях у Нейдера, а не отправился сразу к метеориту, то прожил бы на день дольше. Снайпер доложил своему нанимателю о том, что намерен перехватить их на обратном пути. Васкес был уверен, что вопрос можно считать решенным. Он уже не один раз сотрудничал с этим человеком, прибегая к его помощи в тех случаях, когда приходилось действовать в таких условиях, как здесь. Васкес плохо ориентировался в лесах и, кроме того, был изрядным чистоплюем. Месить пыль и грязь он предоставлял другим — пыли ему хватало и здесь. Он хорошо представлял себе то, что должно сейчас произойти там, на дороге. Один выстрел — и, если повезет, можно убить двоих в машине. Оставшимся просто будет некуда деться на открытом пространстве. Может быть, он напрасно решил не участвовать в этом. Охота на человека — кто один раз участвовал в ней, уже никогда не станет охотиться на иную дичь.
Васкес посмотрел на часы. Неизвестно, сколько времени проведет Розен на месте падения. Скажем, час — максимум. Васкес плохо представлял себе, что может искать американец на этом месте. А вдруг он там останется до вечера — кто его знает? Придется отложить операцию до следующего дня. Наниматель Пабло Васкеса не ставил жестких ограничений по времени. Его единственным условием было: Павел Розен не должен вернуться в Штаты.
Подождав еще немного, он решил связаться с молчащим напарником.
— Как у нас дела? — спросил он.
— У нас небольшая проблема! — сказал спокойно снайпер. — Две небольших проблемы!
— Что случилось? — поинтересовался Васкес после небольшой паузы и почувствовал, как кровь приливает к лицу от гнева.
— Не беспокойтесь, я все улажу, — сказал снайпер. — К вечеру дело будет закончено.
Снайпер обращался к нему, как к вышестоящему. Никакого боевого братства и тому подобной фамильярности. Васкес выступал в роли нанимателя и требовал соответствующего отношения. Кроме того, ему не нравилось, что чернокожий может обращаться к нему, как к равному. Снайпер почувствовал это и нисколько не обиделся. Ему было все равно.
— Машина слетела с дороги и загорелась. Крайне неудачно вышло, — сказал он.
— И?!
— Я не мог осмотреть ее — пламя очень сильное. Но кто-то уцелел — скорее всего сам американец и девушка.
— Почему ты так думаешь?
— Я ранил его. А рядом с машиной, на листьях, следы крови. Кроме того, я нашел следы. Мужские ботинки и женские. Я иду за ними, но, кажется, они нашли лодку. Только далеко им не уйти. Я хорошо изучил местность, эта река впадает в болото и вокруг нет никаких поселений. Они сдохнут, даже если я не найду их раньше. Кроме того, американец сильно ранен. До базы им пешком не добраться и я их скоро найду!